Павел Ковалевский – Кавказ. Выпуск XI. Народы. История завоевания (страница 4)
Помимо борьбы с Турцией, абхазскому владетелю пришлось вести упорную борьбу с мингрельским князем за Самурзакань, которая попадала то в руки одного, то в руки другого.
В 1864 году, в политических видах, князь Ширвашидзе отказался от владычества в Абхазии и Абхазия была присоединена к России.
Два слова о Самурзакани.
О самурзаканцах существует два мнения. По одному, самурзаканцы – смесь абхазцев, мингрельцев, имеретин, гурийцев, грузин, поселившихся в различное время в Самурзакани; по другому – жители Самурзакани – абхазцы, к которым только впоследствии присоединились мингрельцы. Один из самурзаканцев говорит по этому поводу следующее: «Самурзаканцы – народ абхазского племени, отделившиеся от абхазцев в силу исключительно религиозных причин»[4]. До XIV века в Абхазии процветало православие, но с падением греческого владычества и с переходом юго-восточного побережья во власть Оттоманской империи все горцы впали в магометанство, за исключением самурзаканцев, твердо следовавших учению Христову. В силу этого самурзаканцы, отделившись от своего родного народа абхазского, начали мало-помалу сближаться с мингрельцами и усвоили их язык.
Первыми проповедниками христианства в Абхазии, по сказаниям греческих писателей, были апостол Андрей и его спутник Симон Кананит. Явные признаки пребывания Симона Кананита в Абхазии мы имеем и ныне в Новоафонском монастыре. Однако недолго держалось христианство в Абхазии. Жестокое гонение владетелей скоро искоренило его. Только в VI веке христианство вводится в Абхазию Юстинианом и с той поры прочно укрепляется.
С воцарением в Абхазии династии Ширвашидзе начинается давление на Абхазию, в смысле введения там магометанства. Впоследствии магометанство насильно вводится в Абхазии и там идет усиленная борьба между христианством и магометанством. Несмотря на то что ныне абхазцы магометане, однако между ними есть много и христиан. Да и само магометанство имеет много добавлений чисто христианских. Истинная религия абхазцев, религия племени, религия преданий, религия обрядности, – христианская. Немного требуется, чтобы христианство было восстановлено в Абхазии. Этому делу посвятил себя в Абхазии Новоафонский монастырь. Он устроил школы для детей абхазцев и путем этих школ ведет весьма удачное и обрусение, и приведение в христианство. Эта миссия монастыря заслуживает самой тщательной поддержки и усердного поощрения как со стороны Государственной думы, так и со стороны администрации.
Абхазцы – народ очень рослый и прекрасно сложенный. Черты их лица приятны, но очень крупны и резко выдаются. Их правильный нос загнут крючком. Глаза черные, остро выглядывающие из-под нависших бровей. Огромное большинство абхазцев брюнеты, но попадаются огненно-рыжие с голубыми глазами. Сохраняя усы и бороду, они все бреют голову. Костюм обычный, кавказский: получеркеска, бешмет, узкие штаны и сандалии. Абхазец всегда с башлыком, которым он кокетничает, то распуская его концы по плечам, то завязывая на голове наподобие чалмы, как носят в Гурии. Прежде абхазцы носили папахи, ныне ограничиваются мингрельскими шапочками. При абхазце всегда много дорогого и красивого оружия, и уж во всяком случае кинжал.
Абхазки, особенно девицы, довольно красивы, хотя с резкими чертами лица, преимущественно выдающимся носом. Одежда – простая, без особенного стремления к щегольству. Она носит длинный бешмет (ацкы), поверх которого нечто вроде безрукавки или жилета, обыкновенно пестрого и вообще отличного от ацкы цвета.
Абхазцы живут обычно разбросанно, окружая себя фруктовыми садами и кукурузниками. Жилище – сакли, причем устраивается несколько саклей: одна для гостей, хозяина и семьи, другая для кухни и третья для скота. Для коз строится отдельная вышка, на которую козы взбираются по лестнице. В каждой жилой сакле – веранда, на которой абхазцы трапезничают и проводят время.
Дети абхазцев обладают прекрасными способностями и очень успешно проходят курс обучения. Сами абхазцы очень неглупы, сообразительны и находчивы. Жители горных местностей более умственно работают, долинные жители вялее и тупее.
Абхазцы живы, порывисты, крайне любопытны и склонны к болтливости не меньше любой женщины. Их речь сопровождается богатой мимикой, жестикуляцией и порывистостью. Абхазцы очень любят пение и музыку, и нет того дома, где бы не было музыкального инструмента. Любят они танцы, но танцы их не грациозны и напоминают прыганье козы. Особенно абхазцы любят скачки и в этом отношении представляют собой прекрасных наездников. Любят также они и стрельбу, которой сопровождают все торжества.
Гостеприимство у абхазцев очень радушное, и гости являются настоящими господами сакли. Каждый абхазец рад посетителю. Развито у них также и аталычество, то есть передача своих детей на воспитание в чужие семьи, причем чужие семьи этим способом сближаются, как родные.
Абхазец сознает свое достоинство, умеренно самолюбив, умеет себя держать величественно и не позволит никому себя оскорбить. Он не выносит не только брани, но и грубости. Оскорбление действием отплачивается убийством.
В деле абхазцы очень ленивы и медлительны. Целыми днями они обществом лежат, проводя время в болтовне, под деревом, а если надоест под одним, то они обществом переходят под другое. Невыносимо иметь абхазца проводником. Он изведет своей медлительностью. Но есть между ними и люди энергичные, деловые, оборотливые. Эти легко составляют себе прекрасное положение и благосостояние.
Абхазцы очень выносливы и могут совершать большие переходы без пищи и утомления. В еде они крайне воздержаны. Они очень любят выпить, хотя пьяными бывают очень редко. Пьянство в Абхазии отсутствует и считается пороком быть даже навеселе. Точно так же абхазцы целомудренны. Отношения молодых людей обоего пола отличаются безукоризненной чистотой, доходящей до пуризма. Никаких внебрачных отношений не допускается. Брака, освященного церковью, у абхазца не существует. Его избегают даже самурзаканцы, во всех других отношениях ревностные христиане. По отношению к родителям проявляется самая трогательная нежность.
Телесных наказаний абхазцы не переносят, даже ничтожных. И это относится как к взрослым, так и к детям. В отношении к приезжим абхазцы вежливы, внимательны и сдержаны. При встрече с посторонним они всегда его приветствуют.
Увы, все это доброе было. А теперь только его остатки. Цивилизация, проникающая и в Абхазию, как всюду, вначале дает одни худые плоды. Деньги, деньги и деньги… Под влиянием лжецивилизации страдает нравственность, страдают нравы, страдает и все доброе…
По занятиям абхазец прежде всего земледелец, причем преимущественно возделывает кукурузу, тем более что она не требует за собой особенного ухода. Также они садят арбузы, тыквы, фасоль и пр.
Как на полях, так и при домах, у абхазцев сады, но растут они сами собой, абхазец же мало прилагает стараний к их культуре. Тут же он садит табак для себя и хлопок для женщин, которым он заменяет лен. Было когда-то тут и шелководство, но теперь остались одни воспоминания.
Работа распределяется так. Мужчина работает в поле, в винограднике, в саду и на винодельне, смотрит за скотом и доставляет дрова, женщина ведет домашнее хозяйство, огород, хлопчатник, рукоделие и вязание. Вообще, женщина в Абхазии пользуется значительной самостоятельностью, особенно привилегированного класса.
«Она исполняет в некоторых случаях религиозные обряды, руководит общественными делами, даже предводительствует иногда во время ночных похождений с целью грабежа – одним словом, стоит совершенно наравне с мужчиной. В Абхазии можно было нередко встретить женщину, одетую в черкеску с башлыком на голове и в полном вооружении, скачущую в сопровождении отборнейших всадников во весь карьер на ретивом коне. Переехать вброд через большую реку, сделать стоверстное расстояние, ограбить, поджечь, взять кого-либо в плен, а в случае надобности и броситься с шайкой на неприятеля – все это казалось для подобной женщины делами обыкновенными».
Сословные предрассудки в Абхазии были в некоторых отношениях очень крепки. Так, дворянин не имел права жениться на крестьянке, какими бы достоинствами она ни отличалась, и крестьянка никогда не выйдет замуж за дворянина. Скотоводство в загоне. Этому много способствует и лихорадочность местности, от которой гибнут и люди, и скот. Абхазский скот очень мелкий, равно и лошади, но вместе с тем и очень выносливый. Много у абхазцев буйволов, мало овец. Множество зверья открывает охотничий промысел, но он все-таки мало развит. Точно так же абхазцы мало использовали и множество пчел.
Торговлей абхазцы не занимаются и относятся к ней презрительно, предоставляя ее мингрельцам и армянам. Впрочем, от торговли не прочь князья и дворяне абхазские, которые в широких размерах ведут торговлю кукурузой и самшитом.
В последнее время в Абхазии страшно развито конокрадство. «Тем не менее рискованно приписывать дурное качество всему народу. Как отлично известно всякому, кому случалось пожить более или менее долгое время в Абхазии, занятие конокрадством в настоящее время стало почти исключительной привилегией бывшего класса князей и дворян, считающих унизительным для себя заниматься какой бы то ни было работой»[5].