Павел Корнев – Ведьмы, карта, карабин (страница 19)
Четыре магазина, «глок» под сорок пятый, без запасного, еще один амулет от пуль, такой же, как и у водителя, еще «дырокол», обычный, плюс «Щелчок» в петле на запястье… нормально так ребята вооружились.
Документов ни на ком не было.
Потом вдруг мысль стукнула: Хмель!
Схватился за чарофон, ткнул в двойку, он ответил почти сразу.
– Слава, ты там живой? Это к тебе приезжали?
– Ко мне. Живой. Одного положил, двое сбежали.
– Вызвал Дружину?
– А стоит?
Я вздохнул. Потом сказал, стараясь звучать как можно спокойней:
– Слав, тебе статья точно нужна? У тебя холодный на руках, и соседи выстрелы слышали, все верно? Вызывай, короче, и я продублирую. Мы этот фургон перехватили, один пленный.
И дальше я взялся за рацию, вызывая диспетчерскую Патруля. Потом по-быстрому попытался допросить пленного, но тот просто молчал. Уже понял, что его сейчас дружинники заберут, так что пугать мне его нечем. Хотя не могу сказать, что в участке ему будет лучше. И еще подозреваю, что скоро Линев нарисуется. Почему подозреваю? Да потому что Кузьминку уже звоню. Правила надо соблюдать, мы теперь с ними в открытую играем. Ну, почти. В части касающейся.
Подошел к фургону, посмотрел на борт – надпись «Западный полюс» почти оторвалась. Бумага на ленте. Одеты грузчиками, в спецовках. Оба.
Заглянул внутрь – пусто.
И чего хотели? Не покушение, точно. Очередная попытка похищения? Теперь Хмеля? Это как-то начинает надоедать. Из-за карты? Или что-то новенькое?
Глянул на бампер «широкого» – ничего, пара царапин. Силовой – штука полезная, хоть и тяжелая.
Послышался звук сирены. В конце улицы показался «хантер» дружинников, затем, почти сразу, на улицу выкатился «соболь» в их же цветах – это уже группа, дознаватели и прочие. Давайте теперь общаться.
Неожиданно завибрировал чарофон, напугав своим жужжанием до полусмерти, я вздрогнул и поспешно ответил на вызов. Звонил Николай – он поинтересовался стрельбой, я вкратце обрисовал ему ситуацию, и Гордеев ожидаемо посоветовал без промедления вызвать дружинников, потом отключился. У него тоже без приключений не обошлось, что только к лучшему – так или иначе скоро все прояснится.
Но совет он дал верный на все сто: по соседству люди живут, могли выстрелы услышать и куда следует сообщить. А у меня труп на руках. Непорядок.
Я выругался, взял табличку «Санитарный день» и скотчем приклеил ее снаружи на дверь поверх пулевого отверстия. Подняв с пола телефонный аппарат, сообщил о происшествии дружинникам, но звонил на случай причастности к нападению Ханина не в дежурную часть, а непосредственно в приемную отдела контрразведки. Потом набрал знакомого стекольщика с просьбой привести в порядок окно.
А чего такого? Не оставаться же теперь с выбитым окном!
Неожиданно со второго этажа послышался какой-то приглушенный шум, я быстро поднялся со стула и перебежал к стене.
– Хмель? – после секундной паузы послышался от лестницы голос Сани-чародея, который не иначе как перебрался на мою половину дома через чердак.
– Я!
– Нормально все?
– Порядок!
Саня спустился на первый этаж и встал на верхней ступеньке, разглядывая окровавленное тело.
– И это для тебя порядок? – охнул он. – За пиво, что ли, не заплатил?
– Типа того, – поморщился я и укорил чародея: – А ты, смотрю, не торопился!
– Я спал! – возмутился Саня, деактивируя короткоствольный чаромет. – Проснулся – сразу прибежал.
Явился чародей босиком, в тренировочных штанах и майке-алкоголичке, поэтому сомневаться в его словах не приходилось.
К бару подъехала машина, я выглянул в окно и увидел обычный УАЗ с синей полосой на боку.
– Проваливай, – приказал Сане, когда из машины высыпали вооруженные до зубов дружинники. – Тебя здесь не было.
– С Колей связаться?
– Уже связался. У него своих проблем полон рот.
В дверь требовательно постучали, я снял «таурус» с боевого взвода, убрал револьвер в кобуру и впустил внутрь группу быстрого реагирования. Разумеется, предварительно представился, но и так один боец удерживал меня на прицеле, пока остальные проверяли бар.
– Я вас сам вызвал вообще-то, – поморщился я из-за боли в левом плече, на котором уже проступили кровоподтеки, оставшиеся от хватки зарезанного мной бугая.
– Порядок такой, – отрезал старший сержант и потребовал: – Сядьте и посидите.
– А что такое?
– До приезда следственной группы ничего трогать нельзя.
– У меня времени достаточно было так-то, – сварливо напомнил я.
– Порядок, – отрезал дружинник, не слушая возражений.
Впрочем, я особенно на своем и не настаивал. Порядок, значит, порядок.
Сел на стул. Голова кружилась, в ушах звенело.
Но – живой. А это главное…
Следственная группа прикатила на «газели» минут через десять, следом подъехал «хантер» с мигалкой. Из него выбрался худощавый господин в черном дорогом пальто, конопатый и длинноносый. Начальник отдела контрразведки Григорий Кузьминок пропустил вперед следователей, потом поднялся на крыльцо и покачал головой.
– Ну и бардак у тебя, Хмелев! – протянул он, встав на пороге.
– Так это бар, а не библиотека, – парировал я.
– Логично, – кивнул Кузьминок и отпустил старшего сержанта. – Свободны. – Но сразу поправился: – Пока не уезжайте, на улице подождите.
Бойцы группы быстрого реагирования покинули бар. Один из следователей сунул в пластиковый пакет окровавленный кухонный нож, второй занялся фотосъемкой места преступления. Вольнонаемный эксперт склонился над мертвым телом и забормотал в диктофон:
– Одна колотая рана в области шеи…
Я не стал прислушиваться к его словам и обратил свое внимание на гимназиста в длинном кожаном плаще и кожаной же фуражке с меховым подбоем. Прибывший вместе со следственной группой колдун присел у стола, под который закатился оброненный нападавшим амулет, и провел вокруг него алхимическим маркером непрерывный круг. Реагент зашипел, намертво въедаясь в доски.
– Что там? – поинтересовался Григорий, когда гимназист провел над крупным кристаллом обыкновенным ивовым прутиком.
Колдун предостерегающе вскинул руку, призывая к молчанию, и закрыл глаза, но сразу встрепенулся и поднялся на ноги.
– Хитрая штука. Парализатор.
– Почему тогда хитрая? – удивился контрразведчик. – Их в любой лавке навалом. И у каждого второго защита куплена.
– От такого ментальная защита не поможет, он непосредственно на нервную систему действует. К обороту, кстати, запрещен из-за перманентного паралича конечностей в десяти-пятнадцати процентов случаев.
– Отследить покупателя можно?
– Сомневаюсь, – покачал головой колдун и позвал следователя: – Приобщайте к вещественным доказательствам. Только голыми руками не хватайте, он хоть и деактивирован, но мало ли…
– Ладно, – вздохнул тогда Кузьминок. – Излагай, Хмелев, свою версию.
Я в двух словах рассказал, как все было, ничего не приукрашивая, ничего не упуская. Но гимназист лишь покачал головой.
– Не сходится, – прямо заявил он. – Парализатор был активирован. Либо его не успели пустить в ход, а значит, вы атаковали первым, либо должна быть серьезная причина, по которой он не сработал. Обычный амулет от ментального доминирования не помог бы.
– Была защита. Была! – подтвердил я и закатал рукав, демонстрируя плетеный браслет с обуглившейся зеленой нитью. – И озаботился я своей безопасностью не вчера и не позавчера. Есть свидетели. Так что не надо инсинуаций.
– Позвольте! – Колдун с интересом осмотрел браслет и даже поводил над ним ивовым прутиком. – Оригинально! – улыбнулся потом. – Задумка отличная, а вот исполнение на троечку.