Павел Корнев – Сиятельный (страница 8)
– Скорее, силой воображения. У меня чрезвычайно живое воображение. – Я посмотрел на подстреленного грабителя и покачал головой. – И нет, для изменения реальности моих сил недостаточно. Я лишь слегка перелицевал ее, только и всего.
О том, каким именно образом чужие страхи питают мой талант, говорить не стал. В противном случае разговор мог зайти слишком далеко; обвинение в черной магии – это серьезно даже для сиятельного.
Инспектор только покачал головой и убрал пистолет в кобуру. Я последовал его примеру и спросил:
– Что теперь?
– Не знаю, – ответил Роберт Уайт и осветил подземный зал. – Не вижу пролома в банк.
– Возможно, его еще не выкопали?
– Или он не здесь, – решил инспектор и позвал меня за собой: – Идем! Эту падаль отправим в морг утром.
Оставив мертвецов на залитом кровью полу, мы вернулись к развилке и зашагали по второму коридору. Вскоре Роберт Уайт замедлил шаг и поднял фонарь, направляя яркий луч в черный зев пустого дверного проема. Тьма сразу попряталась по углам небольшого зала с высоким куполом потолка, и мы увидели ряды запыленных скамей, каменных и отшлифованных лишь сверху.
– Проверь! – приказал инспектор.
После недавнего инцидента желания лезть напролом у него изрядно поубавилось.
Прежде чем шагнуть внутрь, я на всякий случай вытащил из кобуры «Рот-Штейр», но оружие не понадобилось: в небольшом помещении никого не оказалось, как не оказалось и другого выхода.
Тупик.
Тупик – да, но что это за помещение?
– Странно… – пробормотал я, возвращая пистолет в кобуру.
– Что там у тебя? – Инспектор протиснулся мимо меня и повертел фонарем из стороны в сторону. – Похоже на заброшенную часовню, – объявил он и решил: – Давние дела.
– Вполне вероятно, – кивнул я, соглашаясь. – Посветите туда, будьте любезны! – попросил я начальника, указав в конец помещения, где, по моим предложениям, некогда находился алтарь.
Роберт Уайт небрежно мазнул лучом фонаря по дальней стене и направился на выход.
– Идем! – позвал он, но я не смог даже слова вымолвить, будто паралич разбил.
Да паралич и разбил. Ведь на меня взирал
Прямо здесь и сейчас он смотрел на меня, и его бездонные глаза вбирали в себя всю тьму, злобу и несправедливость этого мира; всю – и немного сверху.
Впрочем, немного ли?
Не уверен…
Сознание вернулось хлесткой пощечиной.
– Детектив-констебль! – прорвался в забытье рык инспектора. – Очнитесь немедленно!
Я жадно глотнул воздух и отполз к ближайшей скамье, там уселся на пол, прислонясь к ней спиной, и стиснул ладонями виски в жалкой попытке не дать взорваться многострадальной голове.
– Что с тобой, Лео? – Роберт Уайт опустился на корточки и потормошил меня за плечо. – Что случилось?!
– Падший, – выдохнул я. – Там…
Инспектор обернулся к дальней стене, затем уставился на меня с нескрываемым раздражением.
– Ты бредишь, Лео? – язвительно поинтересовался он. – Это просто статуя!
– Вовсе нет! Это падший, говорю вам!
Роберт Уайт озадаченно хмыкнул и снова осветил стену.
– Это статуя, – заявил он после недолгой заминки, но уже не столь уверенно. – Странная статуя…
Изваяние и в самом деле поражало своей неправильностью. Оно было проработано до мельчайших деталей, буквально до каждой ворсинки, волоска, складки мраморной кожи, – но только выше пояса. Ноги скрывались в стене, более того – их не вмуровали, они просто сплавились с кладкой в единое целое, словно падший рвался на волю и лишь самую малость не успел освободиться из каменного плена.
– Разве вы не чувствуете, инспектор? – спросил я, переборол слабость и оперся о скамью. Поднялся с пола и повторил вопрос: – Разве вы не чувствуете?
На падшего лишний раз старался не смотреть. Если начистоту, старался не смотреть вовсе. Падший, пусть даже и в каменном обличье, давил ощущением беспредельного могущества и острой чуждости этому миру. Каждая черта каменного лица поражала своим совершенством, но все вместе они сливались в нечто столь идеальное, что ничего человеческого в застывшей маске не оставалось вовсе.
Идеал без малейшего изъяна.
Мертвый идеал.
И этот идеал подавлял.
– Не чувствую чего? – не на шутку разозлился Роберт Уайт. – Ты бредишь, Лео!
– Вы же сиятельный! Вы не можете этого не ощущать!
Инспектор ожег меня гневным взглядом, подступил к статуе и решительно приложил ладонь к каменной груди. Я невольно проследил за ним взглядом и сам не заметил, как моим вниманием вновь завладело мраморное изваяние; завладело целиком и полностью. Падший увеличился в размерах, заполоняя собой все помещение, его раскинутые в разные стороны каменные крылья засветились изнутри янтарным сиянием, но в часовне от этого стало лишь темнее. И глаза… черные глаза больше не были мертвы, их заполонила беспредельная тьма. Тьма и нечто еще, нечто вроде презрительного недоумения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.