Павел Корнев – Ритуалист-2. Людоед (страница 43)

Озадаченно хмыкнув, я молча запихнул в рот людоеда кляп, и тогда ведьма спросила:

— И что теперь?

— Для начала разожжем камин и раскалим кочергу.

Но мы не успели. Откуда-то со стороны ратуши донесся раскатистый звон, а следом его подхватили и колокольни других храмов. Звонарь церкви Святой Гуниллы присоединился к общей какофонии с некоторым опозданием, и сразу от басовитых раскатов в окнах задрожали стекла.

Никакой общей мелодии колокола не выводили, просто размеренно били, поднимая из кроватей горожан. Да именно в этом и заключался смысл сего действа!

Вставай! Беда! Давай! Вставай!

Я подскочил к окну и невольно выдохнул:

— Святые небеса!

Со стороны Нистадда на полнеба расползлось злое оранжевое зарево. И ладно бы полыхало только там! Мелькали отблески пожара в окрестностях Стюгора, горели крыши домов сарцианского гетто, рассыпалась цепочка факелов по набережной Ливы.

А потом на улице закричали пронзительно и тонко. Закричали и смолкли. Так обрывается вопль, когда человеку режут глотку. Невесть с чего я был в этом совершенно уверен.

Беда…

Часть вторая

ОФИЦИАЛ

Глава 1

В городе били колокола и кричали люди, под окнами пронеслась кавалькада верховых, следом пробежала с факелами толпа горожан, и тут же в соседнем квартале хлопнул выстрел, ввинтился в воздух истеричный женский визг.

Творилось что-то невероятное, и я совсем растерялся, не зная, как быть. Задумчиво взвесил в руке кочергу, перевел взгляд на скрученного людоеда, вновь посмотрел на кочергу. Дадут мне поработать с выродком или…

Сомнения разрешил лихорадочный стук в дверь.

— Магистр! — послышался голос Уве. — Откройте, магистр!

Ангелы небесные! Только Уве мне еще здесь не хватало! Я не собирался ни знакомить слугу с нашим гостем, ни тем паче привлекать школяра к допросу. Полевые методы дознания требовали куда более крепких нервов и определенной душевной черствости, коими паренек не обладал.

— Магистр! — вновь крикнул Уве. — Откройте! Это важно!

— Угомонись, — потребовал Микаэль. — Сейчас оденутся и откроют.

Марта возмущенно фыркнула.

— Минуту! — отозвался я и подошел к людоеду. — Хватай за ноги!

— Под кровать? — предположила ведьма.

— Нет! Потащили к сундуку!

Сплетенные Мартой веревки были дополнительно усилены ее непонятной ворожбой, но я и понятия не имел, сумеют ли они удержать горбуна. Людоед обладал поразительными способностями управлять собственным телом — а ну как ведьма не заблокировала их целиком и полностью? А сундук — это сундук. Прочные доски, железные полосы и уголки. Такой даже князя запределья удержит, не приведи небеса…

Я обругал себя за дурную шутку, ухватил горбуна под руки и поволок по полу, а после поднатужился и с помощью Марты погрузил уродца в сундук. Скрюченный привратник поместился в него без всякого труда, будто столяр снимал мерки именно на такой случай. Проверив, не затянулась ли веревка на шее слишком сильно, я опустил крышку и навесил на нее замок. И лишь после этого отпер входную дверь.

В мансарду тут же заскочил взбудораженный Уве. Паренек открыл было рот, но сразу же замер как вкопанный. Волосы на его голове встали дыбом, будто у повстречавшего давнишнего соперника помойного кота.

— Ч-что это?.. — пролепетал паренек. — Вы чувствуете, магистр?

Маэстро Салазар потянул носом воздух, поморщился и с удивительным спокойствием произнес:

— Запределье, что еще? Хотя нет — тут нечто совсем уж паскудное было…

И в самом деле — миазмы потустороннего еще не успели развеяться и продолжали баламутить незримую стихию, искажая и отравляя эфир. Это мерзопакостное присутствие давило и угнетало. Всякий простец убрался бы отсюда, даже не отдавая отчета в своих действиях, а Уве держался очень даже неплохо. Как видно, помогали наработанные за время обучения ментальные блоки.

Паренек нервно обернулся и укорил маэстро Салазара:

— Нельзя так шутить!

— Он не шутит, — уверил я слугу.

У того от изумления рот приоткрылся.

— Но как же так?.. — опешил Уве и даже попятился обратно к входной двери, но Микаэль толчком ладони в спину отправил его на середину комнаты.

Оставленная кончиком ножа людоеда ранка никак не затягивалась и продолжала кровоточить, пятная алым белый лен новой сорочки. Я затянул сверху носовой платок и пояснил:

— У нас был… гость.

Сегодня только и говорили что о призванном ночью в город порождении запределья; Уве моментально сложил одно с другим и охнул:

— Демон?!

Я лишь многозначительно усмехнулся. Маэстро Салазар приметил в руках ведьмы новый нож и протянул руку, но Марта с таким видом покрутила клинком, что настаивать Микаэль не решился. Точнее, не счел нужным.

— Так что случилось? — напомнил я. — Вы же не просто так прибежали?

Микаэль распахнул оконную раму, и в комнату ворвались ветер и колокольный звон.

— Сам посмотри, — указал маэстро на зарево пожаров.

— Видел! — отмахнулся я. — Скажи лучше, что происходит!

Уве отвел взметнувшуюся под порывом ветра занавеску и присвистнул, завороженный жутковатым видом, но сразу опомнился и пояснил:

— Только что прибежал один из постояльцев. Он был на площади, когда во время фейерверка шутиха упала в толпу! Началась давка и паника, затоптали невероятное количество горожан. Вроде толпа собиралась брать штурмом резиденцию бургграфа, а кто-то подбивал людей громить Черный двор.

— Провокаторы, — заявил Микаэль без малейшей тени сомнения. — Уверен, в оружии недостатка не будет.

— Думаешь, все спланировано?

Маэстро уставился на объятый заревом Нистадд и усмехнулся.

— Пожар начался слишком уж своевременно. Лучшего способа взбудоражить тамошних обитателей не найти. Одним шепнут, что поджог устроили люди бургграфа, другим наплетут о прилетевшей со стороны ратуши шутихе. Не важно! Кто подурней, полезет штурмовать Стюгор, кто поумнее, рванет грабить купеческие склады.

— Вы так спокойно об этом говорите! — вскипел Уве. — Надо что-то делать!

— Надо, — согласился я со слугой и ткнул в него пальцем. — Арбалет где твой?

— Э-э-э… — замялся паренек. — В пансионе остался. Магистр, да кто же мог знать, что в нем возникнет нужда?!

Я покачал головой и обратился к Микаэлю:

— Что с мушкетом?

Маэстро Салазар направился к входной двери.

— Сейчас принесу.

— Давай живее! — поторопил я его, положил на стол пистоли, рядышком устроил подсумок с пулями и пороховницами.

Марта завернула нож людоеда в какой-то лоскут, уселась на подоконник и принялась глазеть на улицу. Своих эмоций она никак не выказывала, а вот Уве буквально затрясло.

— Вы серьезно?! — возмутился он. — Надо…

— Не надо! — отрезал я. — Мы, ты и я, работаем на Вселенскую комиссию и потому в случае любых волнений должны сохранять нейтралитет. Это не империя, где нас связывает присяга. Не забывай!

— Но…

— И потом — а что мы можем сделать? Выйти на улицу и героически умереть? Школяры, положим, нас не тронут, а цеховая шпана? Собираешься перебить их всех?

Уве посмурнел и уселся за стол.