Павел Корнев – Практик (страница 7)

Заявление капитана меня если и не воодушевило, то совершенно точно порадовало, но куда сильнее поразил хозяин кабинета.

– Первая экспедиция зарубежного отдела будет заниматься нашим приоритетным на текущий момент направлением: источником-двенадцать, – заявил он, откинувшись на спинку кресла. – Состав её на текущий момент окончательно не определён.

Я едва удержался, чтобы не присвистнуть.

– Так информация об источнике-двенадцать подтвердилась? – спросил и лишь в самый последний момент прикусил язык, не став упоминать архив Барини.

– Подтвердилась, – кивнул Борис Евграфович. – Нам даже известны его примерные параметры и приблизительное расположение.

Городец остро глянул на меня и покачал головой.

– Нет, в тех бумагах, что ты раздобыл в Ридзине, ничего этого не было. На основании их лишь сделали вывод о том, что Оксон и в самом деле отыскал источник-двенадцать.

Я нахмурился.

– А параметры и местонахождение?

– Информацию получила разведка СЭЗ, – пояснил капитан Городец. – Василий Архипович своё дело знает туго, недаром его в генералы прочат.

Честно говоря, мне стало немного даже обидно. По самому краешку ведь прошёлся и что же – всё впустую? Ведь колоссальной значимости сведения раздобыл, а на деле практической ценности у них никакой.

– На тот момент фурор произвёл сам факт эксплуатации источника-двенадцать Оксоном, – вроде как приободрил меня подполковник и предупредил: – Пётр Сергеевич, вопрос привлечения перспективных сотрудников из числа старшекурсников и выпускников РИИФС своей актуальности не потерял. По этому направлению будете работать с Георгием Ивановичем. На этом всё.

Я поднялся из-за стола, и Герасим сразу меня предупредил:

– Ты как с оформлением документов закончишь, подожди на проходной. Докину до института, тоже в ту сторону еду.

Лично я сегодня в институт отнюдь не собирался, но говорить об этом не стал, вместо этого кивнул, попрощался со всеми и покинул кабинет. Первым делом спустился в канцелярию, где и завис на добрых полчаса, а потом ещё и в кассе перед закрытым окошком минут пятнадцать проторчал. Плюс пришлось сбегать за оставленным в служебном вездеходе чемоданчиком. В итоге не я дожидался Герасима, а он меня.

Покинув штаб-квартиру корпуса, мы уселись в тёмно-синий спортивный автомобиль, и Герасим спросил:

– Сам-то не хочешь машину взять? С наградными-то хватит и ещё останется.

Я вытянул из кармана не столь уж и толстую стопку сложенных надвое купюр и повертел ею перед лицом товарища.

– Да прям!

– С наградными! – повторил Герасим. – Их тебе сразу на счёт зачислили. И ещё за ранение. Плюс премиальные и командировочные. Куча денег!

Я припомнил забитые валютой картонные коробки, не выдержал и рассмеялся.

Герасим достал из перчаточного отделения солнцезащитные очки, надел их и в своём пошитом по последней моде костюме сразу стал напоминать какого-то зарубежного киноактёра.

– Зря смеёшься. Если получишь меньше… – он подался ко мне и театральным шёпотом озвучил на ухо кругленькую сумму, – скажи. Я наших бюрократов потормошу.

Смеяться как-то сразу расхотелось, ибо пусть даже сумма и близко не дотягивала до моей оставленной Кеше доли, но всё равно внушала уважение. И в самом деле впору о покупке машины задуматься. Только не нужна она мне. Некуда на ней ездить. Но вот мотоцикл…

Я кивнул, соглашаясь со своими мыслями, и сказал:

– Мотоцикл лучше возьму. Электрический.

– Это дело, – одобрил мой выбор Сутолока и вырулил со двора на проезжую часть. – Они в свободную продажу не поступали, но я поговорю с людьми. В счёт квоты научного дивизиона оформим.

– А так можно?

– Орденоносцу-то? Запросто! – Теперь уже рассмеялся Герасим. – И на субботу-воскресенье ничего не планируй. Занят будешь.

Я проводил взглядом террасу какого-то кафе и вздохнул.

– Чего опять? Мне же только в понедельник на работу!

– В бардачке глянь. Да, именно конверт. Открой.

В незаклеенном конверте с моей написанной от руки фамилией обнаружился пригласительный билет на бракосочетание Герасима и Лии; я совершенно искренне улыбнулся.

– Поздравляю! Вы большие молодцы! Только… а там из моего круга хоть кто-нибудь будет?

Герасим фыркнул.

– Вот не тебе о каких-то там кругах говорить!

– А если серьёзно?

– Одноклассники ваши придут. Инга и… Аркадий? Да! Аркадий!

– О! – обрадовался я. – Как он? Восстановился после ранения?

– Восстанавливается. Я попросил Рашида Рашидовича им заняться. Говорит, всё хорошо будет. Ещё Марину Дичок позвали, она со своим кавалером прийти обещала. Ты его знаешь, мощный такой. Василия Архиповича сложением здорово напоминает.

Я кивнул.

– Карл, он же Мефодий. Точнее даже, наоборот. Не в курсе, как он в столицу съездил?

Герасим покачал головой.

– Чего не знаю, того не знаю. – Он вдруг улыбнулся. – Ника с Викой тоже в числе приглашённых. Интересовались тобой, между прочим.

– Думаю, не интересовались, а интересовалась, – поправил я его. – Вика, так?

– Без комментариев.

В этот момент автомобиль подъехал к служебным воротам РИИФС и после недолгой, но весьма тщательной проверки нас запустили на территорию студгородка. Как оказалось, часть помещений в одном из новых корпусов выделили научному дивизиону – там разместилась рекрутинговая служба, ну и Герасим под предлогом более тесной работы с преподавательским составом выбил зарубежному отделу два кабинета с общей приёмной.

И да – «зарубежный отдел» было эвфемизмом разведотдела. Заниматься нам предстояло получением информации из открытых источников, привлечением к сотрудничеству иностранных специалистов, промышленным шпионажем и даже организацией диверсий и прочими выездными мероприятиями. Последнее как раз и было в компетенции «экспедиций».

Пока что мебелью обставили только приёмную и кабинет начальника, вот к себе Герасим меня и пригласил.

– А чего людей нет? – отметил я.

– С понедельника полноценно работать начинаем. Хочешь место выбрать?

– А мне зачем?

Сутолока кивнул.

– Ну да, лучше аналитиков здесь посажу. Их, правда, ещё набрать надо, а то нам до последнего штатное расписание не утверждали. Есть несколько аспирантов на примете, но их пока Городец проверяет. – Он достал из шкафа бутылку содовой и два стакана, налил себе, предложил мне.

Я отказываться не стал и спросил:

– Так чем конкретно придётся заниматься?

– Подготовкой людей для ведения подрывной деятельности в районе источника-девять, а в перспективе и для полного выдавливания оттуда нихонцев.

– Ого! Амбициозно! – поразился я и предположил: – Подготовка – это в сверхэнергетическом плане?

– Именно. Люди либо уже проходят обучение в особом дивизионе, либо их отберут для этого в самое ближайшее время. Контрольных групп будет пять. Первые две набраны из операторов. В одной наши, в другой уроженцы Джунго. Ещё две сформируют из соискателей. В пятую войдут бойцы корпуса. Операторам поставишь адаптивную технику с точной настройкой на гармонию источника-девять. У соискателей будешь контролировать закалку тела и проработку внутренней энергетики. Вопросы?

Я развёл руками.

– Множество, но для начала дай с мыслями собраться.

– Как соберёшься, займись подготовкой плана мероприятий. И ориентируйся на два дня в неделю. В понедельник будешь ездить на Кордон, вторник проводить в учебном центре. Но если проект утвердят, придётся переходить на полную занятость, так что учёбу не запускай. Экстерном сдай всё, если возможность есть.

– Само собой!

Лично я полагал, что после двух месяцев интенсивного штудирования учебников, доступа к закрытым библиотечным фондам и общения с ведущими профильными специалистами, восстановление в институте и досрочная сдача экзаменов не вызовут ровным счётом никаких затруднений, но всё оказалось не так просто.

До пятницы только тем и занимался, что оформлял необходимые для возвращения к учёбе документы, собирал подписи, получал допуски к зачётам и обходил преподавателей. Список долгов по рефератам, докладам, контрольным и курсовым меня нисколько не порадовал, так что в итоге плюнул на всё и вторую половину пятницы посвятил личным делам.