Павел Корнев – 12'92 (страница 15)

– Это всё на день или два. Я всё решу. Обещаю.

В серых глазищах заблестели слёзы.

– Это из-за того случая?

– И да, и нет. Мы бизнес развивать взялись, кое-кто его отжать хочет. Могут через тебя надавить.

– Бизнес?

Я затянул Зинку в лифт и утопил кнопку первого этажа.

– Ларёк поставили. Думаем палатку звукозаписи организовать, ещё что-то по мелочи. Это не важно. Главное – ни с кем и никуда. Если станут приставать, пшикай газом и убегай. И дождись меня в школе. Во сколько уроки заканчиваются?

– В половине первого.

– Я заранее приеду. И не расстраивайся, это всё ненадолго.

Но расстроилась, конечно. Да я и сам весь на нервах был. Не столько Зинку успокаивал, сколько головой по сторонам вертел.

Сначала двор с крыльца оглядел, потом улицу внимательнейшим образом изучил. Пусть ещё и не рассвело, народу на улицах хватало. К открытию гастронома очередь выстроилась, на остановке в ожидании транспорта люди толпились, у коммерческого киоска двое забулдыг наличность пересчитывали – уже успели накидаться с утра пораньше.

По дороге в школу обошлось без неожиданностей, но и так все лекции места себе не находил, с последней пары и вовсе ушёл, благо это была физкультура, а физрук обещал поставить зачёт по итогам лыжного кросса. Результат значения не имел, требовалось просто пробежать пять километров, а я – пробегу. Зря, что ли, по выходным занимаюсь?

На улице шёл снежок и по сравнению со вчерашним днём особо не похолодало, но пока дождался Зинку на школьном дворе, успел изрядно продрогнуть. Хотя, это, наверное, больше нервное.

Вместе с моей ненаглядной вышла ещё и Ксюша с приятелем. Серёжа-меломан заикнулся было о походе в гости к знакомым, но девчонки его и слушать не стали ни одна, ни другая.

– Ты нам музыку включишь? – спросила Зинка с надеждой.

Я покачал головой.

– Сейчас по делам метнусь. Если только вечером.

Ну вот – дополнительный повод для расстройства.

Список претензий к Немцову пополнился ещё одним пунктом, но идею решить проблему с помощью дробовика я пока что всерьёз рассматривать не стал. Не испугался, вовсе нет. Просто слишком многим о нашем конфликте известно, случись что – первым на подозрении окажусь, а Ибрагимову только дай повод, мигом делом сошьёт. И тогда придётся Козлова о защите просить, что мне будто острый нож в спину. Да и не факт, что опер помочь согласится или даже на это способен окажется.

С другой стороны, насчёт долга Йосик запросто мог на понт брать, вот я и надумал сегодня же заскочить в боксёрскую секцию, где не появлялся с октября, и провентилировать ситуацию. Вполне возможно, не так всё и плохо. Вполне возможно, малой кровью отделаться получится. И не своей – чужой.

Вместе с тем я прекрасно отдавал себе отчёт, что занимаюсь самоуспокоением, поэтому, когда заметил перед подъездом Степана, нисколько этому обстоятельству не удивился. Тот двинулся навстречу, но я ему и слова вымолвить не дал, бросил на ходу:

– Жди!

Сам спокойно проводил до квартиры Зинку с Ксюшей, поцеловал на прощание подругу и, в очередной раз напомнив об осторожности, поднялся к себе. Сборы оказались недолгими: переоделся в спортивный костюм, сунул в пакет со «Спектрумом» молоток и отвёртку, да и спустился во двор.

Вышел из подъезда с рукой в кармане, но пускать в ход газовый револьвер не пришлось: Стёпа так и дожидался меня в одиночестве.

– Чего хотел? – спросил я, встав на крыльце.

– Немец послал стрелу забить.

– Где и когда? – уточнил я, а выслушав паренька, от встречных предложений воздержался, только кивнул. – Буду.

Стёпа немного помялся, потом сказал:

– Зря ты с ним так вчера…

– Зря. Надо было запинать и обоссать.

На том и разошлись.

Дошёл до остановки, дождался троллейбуса, покатил на «Восход». Вполне мог не застать Мишу Тупина на месте, но повезло: в спорткомплексе почти сразу наткнулся на знакомого пацана, тот и посоветовал посмотреть в тренерской. Прежде там обычно зависал Демид, а Миша предпочитал трепаться с пацанами в раздевалке, но тут к худу ли к добру расклад поменялся самым кардинальным образом. Наверное, всё же к добру – мы прежде неплохо ладили.

Но то – прежде, а сейчас боксёр глянул свысока, не поздоровался даже, сразу спросил:

– Чего тебе, Енот?

И никто не поздоровался: ни помощники тренеров, ни даже Вахтанг.

Нехороший звоночек.

– С Немцем вчера пообщался, – сразу перешёл я к делу. – Он какую-то херню о долге нёс. Мол, я теперь ему должен.

– Так ты и должен, – спокойно подтвердил Тупин. – Мы тебя из ментовки вытащили? Вытащили. Теперь с Немцем рассчитывайся.

– Я никому не должен, – заявил я в ответ. – С Петровичем уже рассчитался. На этом всё.

Миша, такое впечатление, слегка даже растерялся, на помощь ему пришёл Вахтанг.

– Ещё разобраться надо, как так вышло, что всех пацанов положили, а ты живой! – резко бросил грузин. – Почему тебя на стреле не было, а?

Я спокойно выдержал его взгляд и заявил в ответ:

– С Петровичем рассчитался, поэтому и не было.

– Не колышет! – долбанул ладонью по столу Тупин. – Сам с Немцем разбирайся! Он теперь не с нами.

– То есть ты не при делах?

Миша угрожающе поднялся из-за стола.

– Енот, ты в уши долбишься? Сказано же: долг у тебя перед Йосиком!

– Долга нет, – упрямо повторил я. – А с Йосиком решу вопрос, не сомневайся.

Дальше нарываться на неприятности не стал, развернулся и потопал на выход из спорткомплекса. Всего так и потряхивало, едва сдержался, чтобы не наговорить лишнего. Уже только на крыльце матернулся. Тут меня и окликнули.

– Енот!

От компании парней отошёл Юра Поликарпов, мы поздоровались.

– Рыжий привет передаёт. Говорит, ты его подогревал, пока нас не было.

– Было дело.

Семён Зайцев второй месяц куковал в СИЗО, я и в самом деле пару раз собирал ему передачки.

– С утра у него на свиданке был, – пояснил Юра, затянулся последний раз и выкинул окурок. – Сам как?

– Нормально, – коротко ответил я. – А вы как съездили?

– Было весело, – ухмыльнулся Поляк, не вдаваясь в детали.

Ну а я не стал совать нос в чужие дела и перевёл разговор на другую тему.

– С Йосиком у вас что?

Юра сплюнул под ноги, нехотя сказал:

– Разбежались.

– Разбежались? Или это он от вас откололся?

– Ну да, откололся. Собрал из молодняка бригаду и теперь сам по себе, – подтвердил Поляк. – Графа с «Диеты» вышиб, теперь там точку держит.

– И что Миша?

– А что Миша? – развёл руками Поликарпов. – У нас теперь свои дела.