Павел Корнев – 12'92 (страница 12)

– Найду, – кивнул я, решив, что запаса в четыреста пятьдесят марок мне точно хватит, а двадцатого числа нам капнет денежка за аренду складов в следующем квартале.

Гуревич на миг задумался, затем покачал головой.

– Не слишком честно. Мне же всё на себе тащить придётся!

Определённый резон в этих словах был, и я слегка поумерил аппетиты.

– Как отобьём вложения, моя доля до сорока процентов уменьшится. И ты учти, я ж тебя ещё и от рэкетиров прикрывать буду.

Лёня долго не сомневался, протянул руку.

– Согласен! – Но тут же принялся ставить дополнительные условия: – Только давай тогда аппаратуру где-нибудь здесь разместим. И ещё в вашем киоске точку откроем, лады? И через пацанов хорошо бы сбыт наладить. Они всё равно ваучеры скупают на «буханке».

Меня эти предложения целиком и полностью устроили, поскольку давали хоть какую-то возможность контролировать своего новоявленного делового партнёра.

– Сделаем, – кивнул я. – Десятую часть прибыли в общак сдавать будем, и ещё десятку в месяц за охрану точки платить придётся.

Лёня поморщился, но всё же кивнул.

– Надо – значит, надо.

– И смотри: места в бытовке хватает, если есть какие-то идеи, как его задействовать, – предлагай. Вы же с Тишей всякие варианты обкатывали, вдруг что и выстрелит.

– Там компьютер игровой можно поставить и брать десять рублей за пять минут игры, к примеру, – сразу предложил Гуревич. – Жаль у меня «Атари» сгорел, только монитор старый остался. И ещё книжную точку можно открыть. Один товарищ в институте этим занимается. Поговорить с ним?

– Поговори, – разрешил я. – А я насчёт компьютера разузнаю. Есть варианты.

– Деньги когда сможешь отдать?

– «Вегу» привезёшь, сразу и рассчитаюсь. Только хоть пару дисков захвати, чтобы звук оценить.

– Тогда вечером?

– Давай.

Хотелось верить, что не свалял дурака и не вложился в трест, который лопнет, но эти восемьсот долларов потянут разве что на импортную видеодвойку, никак кардинально мою жизнь они улучшить не могли. А вот дополнительный доход точно не помешает.

Рискну!

06|12|1992

вечер

Думал, придётся руками и ногами отмахиваться от участия в неизбежной пьянке, но нет – обошлось. Сначала как-то очень незаметно сделал ноги Зинчук, потом наотрез отказался пить Воробей – этот собирался загодя подготовить товар, чтобы завтра открыть торговлю с самого утра.

Рома и Чиж, конечно, не преминули подвалить ко мне на предмет остограммиться, но я помимо твёрдости характера проявил ещё и смекалку.

– Видите же – Гуревич Дюше битый час мозги сношает. Может, припашут ещё. Подожду пока, а там видно будет.

Пацаны озадаченно переглянулись, выкупили у Воробья литр водки и отправились восвояси, решив не искушать судьбу. Ну и я четыре бутылки пива взял, дабы совсем уж впустую не сидеть.

Невесть с чего самолично отправившийся на обход корпуса дядя Петя недобро глянул на меня и раздражённо пробурчал:

– Устроил распивочную, понимаешь!

– Заместителю директора можно и на рабочем месте выпить! – отшутился я, откупоривая бутылку «Жигулёвского».

Помогавшая брату с сортировкой вещей Настя улыбнулась.

– А вот мы не пьём, мы делом заняты.

– Вы – молодцы! – улыбнулся дядька, вздохнул и полез за папиросами. – Плесни, что ли!

Я разлил пиво по двум банкам, одну взял себе, другую вручил дяде и спросил:

– Что нового в мире делается?

– А-а-а! – Дядька махнул рукой, в один подход выдул полбутылки пива, пригладил усы и сказал: – Гайдара в пятницу не утвердили.

– Это хорошо.

– А чего хорошего? – вновь влезла в разговор Настя. – Толковый мужик!

Для дяди Пети такое высказывание было что для быка красная тряпка, он мигом нацелился на сестру Воробья.

– В каком месте он толковый-то?

Я в дискуссии участия не принял – в дверь как раз заглянул Андрей, вот и подхватил три бутылки, двинулся на выход.

Мы ушли в дальнюю мастерскую, где уже потихоньку начиналось производство железных дверей и высились штабеля заготовок под решётки, уселись на лавочке, стукнулись горлышками бутылок. Выпили, и я спросил:

– Ну что?

Был Фролов красным, словно не с Гуревичем общался, а в одного вагон сахара разгружал, немудрено, что выдал в ответ короткое:

– Задрал! – Потом пояснил: – Сахара мало фасуем, со сборкой мебели косячим, сроки срываем. То не так, это не эдак. Бери больше, кидай дальше.

– Ну мы на мебель и сахар действительно слегонца забили, – признал я.

– В том-то и дело, – вздохнул Фролов. – А он ещё вторую точку в «Торговом центре» открыть задумал, придётся новых людей нанимать, сами не вывезем.

– Так здорово же! – пихнул я приятеля. – Расширяетесь! Под тобой уже два салона будет!

– Если бы! – скривился Андрей. – В «Ручейке» Аньку главной ставят, а мне в «Торгаш» через полгорода мотаться придётся, ещё и продавщиц туда искать…

– Вообще не проблема. Ты с Воробьём на этот счёт поговори, у него от желающих в киоск устроиться отбоя не было. Самых симпатичных отобрал.

– Как бы ещё не через постель, – фыркнул Фролов. – Ладно, Серый, фигня война, прорвёмся! Как производство дверей запустим и продажи пойдут, ещё подумаю, продолжать ли с Гуревичем дальше работать. А то он борзеть начал – руки так и чешутся в репу дать.

– Ну и дай.

– Не, он теперь через кого-то из прокурорских вопросы решает. Мигом нахлобучат. – Андрей вздохнул. – На неделе фура с сахаром придёт, надо будет разгрузить.

– Разгрузим.

Мы ещё немного посидели, допили пиво и двинулись домой. Но к себе во двор я не свернул, зашагал вместе с Андреем к соседнему дому.

– Ты чего? – удивился он.

– К Татарину зайду. Дело есть, – пояснил я и усмехнулся: – О, на ловца и зверь бежит!

Бежать Саня-Татарчонок не бежал, но шёл быстро, втянув голову в плечи и сунув руки в карманы лёгонькой болоньевой куртки. Рядом топал в фуфайке его закадычный дружок Коля.

Я свистнул, пацаны оглянулись, заметили нас и повернули навстречу. Андрей поздоровался на ходу и задерживаться не стал, а вот я поинтересовался:

– Куда ломитесь?

– В каморе бухаем, – неопределённо махнул рукой куда-то за спину Санёк.

– Рома башляет, мы за водкой ходили, – пояснил его приятель, шмыгнул носом. – И ещё там авторитетный ваш с ним пришёл.

– Авторитетный? – не понял я.

– Костя Чиж.

– А! – понимающе протянул я и перешёл к делу. – Слушайте, вы летом у Бунькова «Спектрум» брали, не заиграли его ещё?

Пацаны переглянулись.

– Не, – ответил Саня без особо уверенности в голосе. – Лежит. К родакам его подойти не решились, не до того им, а продать – стрёмно. А чё?