Павел Корнев – 10'92 (страница 18)

И тут мой приятель душой нисколько не кривил: работы Гуревич навесил на него изрядно, уволился с завода он вовсе неспроста. Ещё и Ане пришлось уйти из кафетерия, чтобы взять на себя «салон», как именовался торговый отдел в «Ручейке».

– Ну это же отлично, что ты себя в бизнесе нашёл! – усмехнулся я.

Фролов поморщился.

– Если б всё так гладко было! – махнул он рукой. – Не, так-то грех жаловаться, обороты наращиваем потихоньку. Чиж с Ромой полностью загружены, надо кого-нибудь ещё на сборку мебели дополнительно привлекать – ты ж теперь в своём институте пропадаешь. Вот скажи – ну куда тебе это образование упёрлось? На первую же сессию забьёшь, тебя и отчислят! Какой понт время зря терять?

– Есть понт, – отмахнулся я. – И чего ты жалуешься? Вон, Евген дембельнулся! Ты его за советскую власть агитируй, а не мне мозги сношай.

– Ты Жеку не знаешь? Он ещё месяц квасить будет, – усмехнулся Фролов и придержал меня. – Не, и здесь облом. Лампочка не горит.

– У поликлиники новый ларёк открылся. Давай там глянем.

И вновь сходили впустую: окошко в пивном киоске было наглухо задраено. Не везёт, так не везёт!

– Пошли в гастроном, бутылочного возьмём! – сдался Андрей и вздохнул. – Хорошо бы Янку в салон нанять. Моя не может там от рассвета до заката торчать, второй продавец нужен.

– А чего Алёну не позовёте? – удивился я.

– Анька звала, та отказалась. Не знаю почему, я в их дела не лезу. Так-то продолжают общаться. Вроде, нормально всё.

– Боится без работы остаться? Вдруг закроетесь…

– Чего это мы закроемся? – обиделся Андрей. – Ништяк у нас всё!

Я пожал плечами.

– Ты Алёнке это говори, не мне.

– Да ну её! Янку, вон, лучше возьму!

Но взяли мы пива. К нашей несказанной радости, в продаже имелось свежее «Жигулёвское», им и затарились. Купить получилось меньше, чем разливного, зато это с гарантией было неразбавленным. По сути, то на то и выходило, а о превосходстве вкуса и вовсе не приходилось говорить. Разве что нести было не так удобно – банки-то не выкинешь. Но как-то распределили груз на двоих, двинулись в обратный путь.

– Давай живее! – поторопил меня Фролов. – Евген разоряться будет, что долго ходим.

– Да и в рот его ногами, – фыркнул я.

– Хорош, Серый! Чё ты начинаешь?

У меня с Зинчуком никогда отношения не складывались, но не полез в бутылку, лишь пожал плечами.

– Проехали.

К этому времени мы уже перешли через дорогу и шагали меж торцов двух девятиэтажек, намереваясь пройти по краю частного сектора. Там-то я, отвлёкшись на разговор с приятелем, и зацепил плечом встречного мужичка. Ну или он меня зацепил – это как посмотреть. В конце концов, мог бы и посторониться чуток, раз у человека руки заняты.

Тем не менее, значения инциденту я не придал и даже не обернулся, но не тут-то было.

– Эй! Ты чё в шары долбишься?! – тут же послышался злой окрик.

Мы обернулись и уставились на мужичка лет тридцати в спортивном костюме. Был он невысоким, но жилистым и определённо – слегка поддатым.

– Ты, олень, ничего не попутал? – бросил я в ответ.

Мужичок вскинул руки и принял боксёрскую стойку, опрометчиво упустив из виду моего спутника, за что немедленно и поплатился. Я ещё и сумки на землю опустить не успел, как Андрей на шаге вперёд махнул ногой и впечатал кроссовок в голову поддатого дядьки. Тот вмиг скопытился, Фролов подступил и пробил пару раз кулаком, потом наклонился, а выпрямился уже с отливавшей золотом цепью, весьма и весьма солидной на вид.

– Дюша, ты чего, блин?! – опешил я.

– Валим! – коротко ответил Фролов, подхватил свою сумку и поспешил прочь. – Валим, Серый!

Я мешкать не стал и рванул следом, а только мы свернули на тенистую улочку посёлка, и Фролов разочарованно выругался.

– Чего опять? – забеспокоился я.

– Думал, золото, а это фуфло, – пояснил Андрей и замахнулся, решив выкинуть цепочку в траву, но делать этого в итоге не стал. – Евгену подарю. Не ну а чё? Выглядит солидно, так сразу и не скажешь, что голимый «жёлтый металл».

«Да он и сам не золотой, а ржавый», – хотел пошутить я насчёт цвета волос нашего рыжего друга, но промолчал. И пожалел об этом, когда открывший дверь Зинчук с недовольным видом протянул:

– Вас только за смертью посылать!

Я сунул ему одну из сумок, и Евген спросил:

– А разливного не было, что ли?

– Не было, – подтвердил Фролов. – Чего, думаешь, так долго ходили?

Зинчук кивнул и унёс пиво в комнату, мы разулись и прошли следом.

– Я вам говорю, просто две дырки делали и банку сгущёнки за раз выпивали! – доказывал Евген парням. – Серьёзно! Давайте на сотку забьёмся!

Но спорить никто не пожелал, пацаны стали откупоривать бутылки и разливать пиво по кружкам. Выпили, Фролов презентовал хозяину квартиры цепочку, поболтали о всякой ерунде, ну а потом я начал собираться.

– Ладно, пора мне! – сказал, поднимаясь из-за стола.

– Ты чего? – удивился Фролов.

– Так понедельник завтра. С утра на учёбу.

– Гонишь, что ли? – рассмеялся Зинчук.

– Серьёзно.

– Да ну! Хорош откалываться!

Я хоть и был уже подвыпившим, оставаться не пожелал.

– Меньше народу, больше кислороду! – пошутил Лёня Гуревич, когда я напоследок обменялся со всеми рукопожатиями и направился в коридор.

Но стоило только обуться, и появился Андрей с парой бутылок пива в руках. Он вышел в подъезд и протянул одну мне.

– На посошок!

Я подумал-подумал и решил не отказываться.

– Вот куда ты собрался? – спросил Фролов, когда мы уселись на ступеньки. – Пацаны к тёлкам в общагу сейчас поедут!

– Не, это точно без меня!

Андрей кивнул и поинтересовался:

– Ты свою-то шпилишь уже?

На бестактный вопрос я обижаться не стал, коротко ответил:

– Не-а.

– В натуре, что ли? – поразился Андрей. – А чего так?

– Не дозрела пока.

– Серый, не гони! – фыркнул Дюша. – Я же её в купальнике видел – всё там уже дозрело. Самый сок!

– Кроме мозгов.

– Ну так другую найди.

– А я другую не хочу, – с усмешкой признал я. – Ты вот на Аньку сразу запал, так?

Фролов неопределённо пожал плечами и пробормотал: