Павел Карачин – Кокон пустоты. Сборник стихов (страница 3)
Из экранных паяцев, фигляров, шутов.
Их похабные шутки простыли давно.
Не смешно… Не смешно! Не смешно!!! НЕ СМЕШНО!!!!!
Эй, барыга рогатый, готовь кошелек —
Кроме смеха, товара навалом еще:
Разум, совесть, свободу – мешающий хлам,
Поторгуйся… Я оптом дешевле отдам!
Считалочка (23. 11. 2015 г.)
Дети во дворе играли, а за ними наблюдали
Семеро, что сеют тьму, рассуждая, кто кому.
Хвастался отличник Петя, что умнее всех на свете.
«Вот – хороший пионер!» – молвил демон Люцифер.
Вася маленькую Олю по макушке стукнул больно.
«Даже у детей война!» – усмехнулся Сатана.
Мальчик Коля, толстый очень, доедал двадцатый пончик
Кока-колой их запил – Вельзевулу угодил.
Местный хулиган Аркашка ущипнул за зад Наташку.
«Ах, люблю таких детей!» – прослезился Асмодей.
Света ныла: «Денег дайте – я коплю себе на платье».
Как Мамона хохотнет! И занес ее в блокнот.
«У Наташки кукла краше…» – с завистью сказала Маша.
Комплиментов ей фонтан отпустил Левиафан.
Не пошел во двор Ерема, позевал, остался дома,
И за ним с тех самых пор зорко смотрит Бельфегор.
За любым из вас, ребята, с детства закреплен куратор.
Думаешь, свободен? Шиш! Ты ему принадлежишь.
Оракул (декабрь 2015 г.)
Бродя по переулкам в час ночной,
Нашел я на дороге шар хрустальный.
Я шар поднял, принес его домой —
Халяву упустить весьма печально.
На кухне я поставил шар на стол.
Фигня, конечно, но, глядишь, сгодится…
Достал бутылку, рюмку, разносол,
А после пятой начал он светиться.
Я с интересом посмотрел на шар,
Что светом голубым сиял во мраке…
Вдруг осенило – аж пробило в жар:
«Ядрена мать! Ведь это же Оракул!»
Вот так удача! Ну, я развернусь!
Узнаю все секреты мирозданья!
Такое и не снилось большинству,
А мне свезло! Я – долбанный избранник!
Чего б такого у него спросить,
Покуда в силах языком ворочать?..
Ведь глупо узнавать у высших сил
О бабах, о деньгах и о работе…
В кулак сжимая пьяные мозги,
Я напрягал свое воображенье,
Но отвлекли. Неслышны и легки,
Ко мне за стол пожаловали тени.
Теням я даже рад. Смотрю на них,
Пытаясь опознать по силуэтам,
И вижу лиц, когда-то дорогих,
Размытые и смутные портреты.
Мой брат, зачем явился ночь-полночь?
Ведь ты давно лежишь в своей могиле.
Тебе ничем я не смогу помочь:
Я не кудесник, воскресить не в силах.
А, впрочем, наливай за грешных нас!
Давай с тобой, как встарь, промочим глотки,
Ведь там, где обитаешь ты сейчас,
Навряд ли подают на ужин водку.
До края наполняй себе бокал
И не стесняйся – нынче я транжирю.