Павел Карачин – 30 лет цинизма. Сбоник стихов (страница 33)
Хлебало распростай и ублажай Князей!
Гори огнем фасад! Эх, размахнись, рука!
И нехрена смотреть на Землю свысока!
Хулахуп
На Мысе Надежды луч света погас —
Ни сил, ни желания больше гореть.
При тусклой свече я пишу свой рассказ,
Как Ветер решил к океану лететь.
С рассветной зарею он лег на крыло
И был через час во владеньях людских.
Рассеялся сумрак и Солнце взошло…
Сраженный увиденным, Ветер затих.
Он видит огромный дымящий завод
И свалку – бродячих прибежище псов,
На серой земле, где трава не растет,
Кварталы убогих домов-близнецов.
Слепец ковыляет сквозь мрачный пустырь,
Куда и глазастый давно не ходок.
И лает безумно его поводырь,
И рвет из руки у него поводок.
Заходится в кашле астматик-старик,
На старости лет он остался один…
Иуда монеты зашил в воротник
И смело пошел вдоль засохших осин.
Ни взять, ни добавить – Страна Дураков!
И между лачуг Ветер взвился юлой,
Но встретил случайно в одном из дворов
Девчушку, крутящую обруч стальной.
И бездна в девичьих глазах, полных слез,
И капля по щечке ребенка течет —
Поставлен девчушке диагноз: «Лейкоз»,
Врачами запущен обратный отсчет.
И воют собаки, почуяв исход,
И страшным знаменьем кружит воронье,
Но Фея сказала ей: Смерть не придет,
Покуда в движении обруч ее.
И верит девчушка в пророчество сна —
Уж слишком мала, чтоб обман распознать!
Крутя хулахуп, напевает она
Печальную песню опять и опять…
А Ветер вздохнул: «Ну и странный народ!
Чего не увидишь в людской стороне…»
Крылами взмахнул и рванулся вперед
В любви признаваться прибрежной Волне.
Летит над массивом промышленных труб
И свалок, где вечно отходам гореть…
А девочке снова крутить хулахуп,
Стремясь обмануть простодушную Смерть.
Абстиненция
Хищная пуля иглой пронзила плоть,
Сколь ни проси тепла – только вселенский дождь,
Смачную дулю кажет с небес Господь!
Сколько забыто лиц, голосов и строк,
Денег пропито, истоптано сапог,
Сколько крестов высится вдоль дорог!
Разум и сердце сошлись на кулаках,
Кроют друг друга, орут о былых долгах,
Сердце колотит, разум идет в отмах…
Черствость и жалость вошли одна в одну,
Перемешались, неясно, что к чему,
Только осталось, что волком выть на Луну!
Сколько ни сыпь на открытые раны соль,
Сколько ни жалуйся на головную боль,
Сколь показушно ни шастай по снегу босой,
Ищет душа разгонной полосы, 
