Вы так похожи с ним – он, как и ты, всегда один…
Но не горюй, дружок, ты не единственный урод —
Таких здесь тысячи, кто в одиночестве идет
Сомкнув немые рты, себя в толпе похоронив,
Объединяются в бурлящий утренний прилив.
Твое призвание – во имя брюха своего
С утра до вечера творить ничто из ничего,
Твои стремления – жратва, дерьмо, оргазм и сон…
И жизнь твоя летит, как белка крутит колесо.
Закрыв во сне глаза, ты сразу слышишь звук шагов —
Тяжелой поступью к тебе идет Хозяин снов,
Рукой железною берет тебя за воротник,
Но страха нет в тебе – к его визитам ты привык.
И старость медленно, но неизбежно настает…
И вот уже твоей душе не хочется в полет —
За дверью кованой давясь бесплатною лапшой
Тебе не боязно, тепло, светло и хорошо!
И только гложет мысль, что ты чего-то не успел,
Не увидал, не смог, не съел, не выебал, не спел…
И, чтоб прогнать ее, готов ты выть, как дикий зверь,
Ползти за горизонт, но останавливает дверь…
Но не спасет засов! Нарушив старческий уют,
Стена разверзнется, посланцы Тьмы в нее войдут,
И дунет холодом в образовавшийся проем,
И молвят странники: «Мы за тобой – вставай, пойдем…»
Никто не хватится, почто тебя так долго нет —
Всем будет по хую! И только активист-сосед,
Смущенный запахом, на адрес вызовет ментов.
Наряд сломает дверь, войдут и выдохнут: «Готов!»
Над старым кладбищем седой опустится туман,
Похмельный суточник с досадой сплюнет в котлован…
Могила сирая – на арматуре номерок,
А жизнь унылая – всем современникам урок:
Каким бы ни был ты – хоть черт, хоть ангел во плоти,
Срок выйдет каждому и каждый обречен идти
В немом забвении, больную совесть теребя
Во чреве Вечности и Бездна смотрит на тебя!
Во мраке медленно, на ощупь много тысяч лет
Ты будешь двигаться, но, наконец, ты видишь свет
Волшебный и живой, красивей звезд, милее грез.
И ты бежишь вперед, сдержать не в силах больше слез…
Глупец! Не радуйся, не плачь и не кричи: «Прощен»!
Всего мгновение – и вот ты снова возвращен
В утробу матери – слепой, бесполый эмбрион.
И начинается знакомый беспощадный сон:
Ты снова чувствуешь прикосновенье добрых рук,
Твой крик – отчаянье: «Абзац, пиздец, замкнулся круг!!!»
И годы впереди, и снова ты – уже не ты —
Глашатай Вечности, слуга Великой Пустоты…
Яйца гармония, хрустальный шар, семейный круг,
Кольцо венчальное единым целым станут вдруг…
Плодятся-множатся и, уходя куда-то вдаль,
Круги сжимаются и образуется спираль!
И снова вдаль летят бесцельно прожитые дни,
И снова мастера засов повесят на двери,
Ты снова пыжишься, пытаясь создавать уют,
А Тьмы посланники за стенкой терпеливо ждут…
Так было испокон, но звезды скопом рухнут вниз,
Когда однажды вдруг змея свой хвост устанет грызть,
Сердито зашипит и время повернет назад,
Расправит капюшон, с ее клыков забрызжет яд
И, посмотрев кругом, без сожаления тогда
Взмахнет она хвостом, сметая напрочь города,
В стальных объятиях она сожмет планеты шар,
Дыханьем огненным вселенский разожжет пожар!
