Павел Калинин – Всё как есть, или Повесть о настоящем (страница 3)

По итогам фестиваля «Ночная трость» получила свой первый приз зрительских симпатий и статус известной в Орле команды. Успехом ребят заинтересовался их школьный товарищ Андрей Щекотихин (на данный момент он заведует кафедрой органической химии в РХТУ). Его родители работали в образовательной сфере, а сам он после школы уехал учиться в Москву. Связавшись с ребятами, Андрей попросил их сделать качественную запись, которую он мог бы отнести на прослушивание своим знакомым из московской рок-лаборатории.

Ребята с энтузиазмом взялись за работу, писались всё на том же УВМе. Эти треки представлены в сборнике «Новый порядок – 1990».

В группе часто менялись ударники. В записи «Нового порядка» принимал участие Андрей «Дюк» Козлов.

Кроме Ступиных песен записали песню Эдика Кузьмина «Дядя Кузя» и Стаса Дорофеева «Привет тебе, человек». Музыка последней очень схожа с «Тварью». Слова в будущем переделает Ступа – так получится песня «Какая разница».

Писались «на живую», то есть не каждый инструмент отдельно, как сейчас, а всё и сразу. Делали несколько дублей одной и той же песни, отбирая наиболее удачные варианты. В те времена никто не заморачивался названиями песен (называлось всё как кому удобно), тем более не заморачивались и распределением песен по альбомам.

Главное, что запись дошла до адресата, и «Трость» пригласили на прослушивание для участия в Фестивале надежд.

По такому случаю Ростислав отложил свои амурные дела и на отборочном этапе играл на бас-гитаре.

Каждой группе давалось на всё про всё 30 минут. Выйдя на сцену, Рост и Кузя начали настраивать инструменты. Достоверно неизвестно, что они перед этим покурили, но процесс настройки оказался для них очень увлекательным, настолько, что, когда они закончили, времени осталось на одну песню. Исполнили «Тварь».

Александр Ф. Скляр, присутствовавший на отборе, уже резюмировал: «Достаточно, следующие!» – но тут за «Трость» вступился его коллега Максим Покровский и попросил, чтобы группа исполнила всю программу.

Вот таким образом «Ночная трость» (единственная немосковская группа) и стала участником Фестиваля надежд 1990 года.

По приезде с прослушивания Константин задумывается о том, как сделать так, чтоб московская публика надолго запомнила их выступление, и разрабатывает план.

Итак, первым по списку стояло «блевануть на сцене». Для выполнения этого пункта было решено во время выступления пить водку из горла до тех пор, пока не сработает нужный рефлекс.

Вторым пунктом значилась демонстрация непосредственно «ночной трости». Затем планировалось дать по лицу кому-нибудь из жюри и, по возможности, водрузить британский флаг. Сразу успокоим читателя – не всё задуманное удалось исполнить.

Стас Дорофеев: «Я всячески пытался убедить Константина, что он крут и без подобного перфоманса, что если мы сосредоточимся на музыке, то шансов быть замеченными намного больше».

Фестиваль проходил в ДК Горбунова с раннего утра и до позднего вечера. Малоизвестные группы, поставленные в начале, выступали в фоновом режиме, зрители тусили, общались, занимались своими делами в ожидании выступления любимчиков, например «Монгол Шуудан». Для неизвестной же группы считалось большим успехом, если кто-то подходил к сцене, чтобы потрясти головой.

Немаловажной задачей как для зрителей, так и для выступающих было избежать встреч с ребятами, приехавшими в столицу из тех городов, где чаще посещали спортзал, а не музыкальные каморки.

Перед выступлением Костик приступил к реализации своих планов. Познакомившись с панками, он показал им свой самый настоящий британский флаг и попросил помочь водрузить его на крышу Горбушки. Однако милиция сработала хорошо и задержала провокаторов.

«Трости» пора было уже выходить на сцену, но Константин куда-то пропал. Ребята предположили самое худшее – он встретился с гопниками. Однако в последний момент Костику удалось вырваться из рук правоохранителей, и выступление началось.

Выйдя на сцену, Константин сначала представил свою команду. Оголять «трость» он не решился, просто подержался за неё. Исполнили «Тварь», и к сцене начали подтягиваться зрители. Ступа, согласно следующему пункту, усердно пил водку, но вместо «блевануть на сцене» получалась лишь отрыжка. Выпив полбутылки, Костик бросает эту затею и передаёт бутылку в зал. Зрители, слегка удивившись, что в бутылке настоящая водка, с удовольствием осушили содержимое.

После выступления каждую группу в гримёрке ждали девушки-корреспонденты из журнала «Сдвиг», чтобы взятьинтервью для небольшой статьи.

Константин был готов к вопросу о происхождении названия группы: с невозмутимым лицом расстегнув ширинку, он показал молодым интервьюеркам, мол, да вот же она, ночная трость. На этом интервью и завершилось.

В статье, как мы видим, нет ничего особенного, отмечено только, что песня «Блядь» скопирована с песни Майка Науменко «Дрянь», хотя, по утверждению Ступы, это простое совпадение.

После выступления ребята прогулялись по московским гастрономам, где на прилавках стояли пирамидки из банок с морской капустой, увенчанные свиными головами с ценниками, гласившими: «Свиные рыльца – 1 р. 80 коп.».

В поезде Костик не давал товарищам спать, смеясь и приговаривая: «Свиные рыльца по рупь восемьдесят…»

Станислав Дорофеев: «После “Надежд” ребят как будто подменили. Если до фестиваля на репетициях не было никакого алкоголя вообще, ни в каком виде, только перед выступлениями немного для храбрости, то после фестиваля выпивка превратилась в проблему. Не знаю, с чем это связано, возможно, они решили, что уже добились всего. Я же принципиально не мешал дело и отдых. Начал договариваться о выступлениях в других городах – время тогда было такое, что раскрутиться можно было вообще без денег. Я надеялся, что мы опять приступим к серьёзным репетициям, но становилось только хуже. Алкоголь и успех – вещи несовместимые, поэтому я принял решение уйти не только из “Ночной трости”, но и завязать с музыкой вообще, направив усилия в другую сферу».

Спустя несколько лет Стас случайно встретит Ступу на улице. Тот ему расскажет, что переделал текст песни «Привет тебе, человек». Позже Дорофеев всё-таки вернётся в музыку и создаст успешный проект «Помни имя своё».

Мы же подчеркнём, что немалую долю своих песен Ступа сочинил под одним-единственным допингом – молодостью. На записи с «Надежд» слышно, как Ступа рассказывает о песне «Телевизор» («Холодный воздух»), сочинённой под воздействием травы, но, видимо, это единичный случай.

«Наркотики убивают, но их всё равно принимают»

После ухода Стаса в «Трости» из старого состава остаётся только Кузя.

Из статьи орловской газеты «Поколение» от 13.07.1991

видно, что за барабаны взялся некий Валентин, за бас – Евгений «Жора» Березовский. В таком составе «Трость» выступила на очередном Орловском рок-фестивале в 1991 году, после которого группа распалась.

Константин решает освоить навыки игры на бас-гитаре и ударной установке, на которых можно было поиграть в пединституте, где часто проходили музыкальные тусовки. Он даже решил купить барабаны и играть на них у себя дома. Олег уже жил отдельно и периодически навещал выходившего из-под контроля младшего брата.

Местная ребятня, видя, что к Костику идёт брат, собиралась под его окном. Они знали, что когда дело дойдёт до разборок, то в окно полетят пластинки и прочая атрибутика.

Одна из часто вспоминаемых Костей история того времени – поездка на выступление в соседний Брянск в составе группы Z.А.L.P под предводительством Вито Рембозо. Константин тогда временно заменил отсутствующего бас-гитариста.

Ступа: «Вито Рембозо баловался циклодолом и перед поездкой в Брянск угостил им меня. Выглядели мы как Элвис Пресли, а пёрло нас, как будто мы из группы “Тиамат”. Организаторы и зрители думали, что мы будем играть старый добрый рок-н-ролльчик. “Как играть?” – спросил я у гитариста, а он ответил: “Играй как хочешь, главное – быстро!” Было очень интересно наблюдать за лицами из зала, когда Вито на сцене начал своё безумие. Z.A.L.P. играл в стиле нойзкор, и моих навыков бас-гитариста вполне хватило».

Также часто вспоминалась поездка на фестиваль в Вильнюс с группой «Суровые молчаливые негодяи». Ребята так и не выступили, но к этой истории мы вернёмся позднее.

Случались редкие встречи с Кузей, во время которых Костик наигрывал зарисовки к будущим песням. Но вскоре и они прекратились – Эдуард уехал в свою первую «командировку».

Константин тоже становится на криминальные рельсы, о музыке напоминает лишь оформление его комнаты с флагом Конфедерации в центре и большой коллекцией атрибутов Великой Отечественной войны, в основном немецкого происхождения.

Противозаконные деяния легко сходят с рук, Костик чувствует удачу и безнаказанность, которые неумолимо затягивают его в свой омут.

Ступа: «Я просыпался утром и удивлялся, как меня ещё не расстреляли. Выходил на улицу с одной целью – взять от этого дня всё по максимуму, понимая, что рано или поздно придёт возмездие, но эти мысли быстро проходили. Такой подход притягивал ко мне много людей, им хотелось так же, но у большинства были планы хотя бы на завтра, а у меня был план только на сейчас».

Показателен случай с зубами. Заболел у Кости зуб, да так, что пришлось отложить все дела и идти в больницу, где поставили мышьяк и сказали прийти через три дня. Костик, конечно, не пришёл – сейчас-то не болит, а то, что зуб развалится через неделю, так на это вообще плевать.