Павел Ионов – Приключение в Корее (страница 132)

В Россию я возвращусь после окончания выступлений в роли айдола. Тогда у нас с Женей будет накоплен достаточный опыт, чтобы попытаться что-либо сделать на музыкальной сцене у нас на родине.

Следующее выступление у нас было в Санкт-Петербурге. Оно тоже прошло при большом стечении зрителей и с огромным успехом.

Пресс-конференция на этот раз была короткой. Побыв неделю в Москве и Петербурге, мы вылетели в Пермск-на-Амуре.

Там местная администрация построила в авральном порядке трёх лучевую эстраду на стадионе «Авангард».

Стадион "Авангард".

Его вместимость составляла шестнадцать тысяч человек. Но к нашему прилёту выяснилось, что будет почти двадцать тысяч зрителей – столько продалось билетов.

Маша позвонила Павлу Ионову. Он не смог достать билет на наше шоу. Тогда мы пригласили его вместе с семьёй посмотреть представление с центра поля, куда сходились все три сцены. По заданию Маши там была возведена временная вышка с сидячими местами. Наши техники сумели с помощью местной администрации закончить эту башню высотой в четыре метра до начала концерта. Когда начали заполняться трибуны, Маша провела Ионова с женой и детьми на стадион и посадила их на этой башне.

Представление прошло штатно, хотя из-за усталости у некоторых девочек появились ошибки. Хорошо, что песни никто не испортил. Ведь наши группы пели живьём и никогда не использовали фонограммы.

Полёты на этом концерте осуществлялись в основном вокруг башни, и были два вылета к трибунам. Это нас попросила сделать Маша, чтобы доставить удовольствие своему двойнику в этом мире.

Пресс-конференции после концерта, который продлился почти три часа, здесь не было.

Мы сразу погрузились в частный самолёт корейско - русской авиакомпании «РОСКО» и отбыли в Сеул.

Прибыли в аэропорт Инчжон через два с половиной часа. Ещё полтора часа полёта на «леталке», и мы у себя в родном офисе. Нас встречают хальмони, Мичико-сан и мама Юко.

Фанаты, которые нас сопровождали в турне по Америке и России сообщили друзьям о нашем возвращении. Поэтому через час все проходы перед нашими офисами были забиты фанатами «Солбанг-Ул». Пришлось девочкам, которые успели только поесть и переодеться, выйти к людям, раздать автографы, а я обратилась к толпе с приветствнным словом, сказав, что находясь на гастролях мы всегда чувствовали поддержку, идущую от них через голосеть и интернет.

На следующий день наши группы потащили на шоу в «МБС», пришли новые рекламные контракты из «Вельвета». Затем целую неделю нас мурыжили на различных пресс-конференциях, шоу, хвалили в газетах и по телевизору. Потом нас вызвали к президенту.

Ли Мен Бак перед журналистами объявил нас открытием года, пожелал успехов в дальнейшей работе. Всем девочкам дали грамоты от правительства.

Президент заявил, что благодаря нашим выступлениям удалось заключить выгодные для государства контракты с США и Россией. Потом был фуршет в нашу честь.

Со следующего утра пошли пресс-конференции, которые выматывали больше, чем само турне. Наконец, к пятнадцатому октября вся эта вакханалия кончилась. Я отправила группы отдыхать до третьего ноября, а сама вместе с Машей отправились в свой дом на Чеджу, прихватив с собой хальмони, Сон Хена и наших дочерей.

- Что будем дальше делать? – Поинтересовалась Маша.

- Пока продолжим музыкальную деятельность. Всё же у нас ещё четыре года по контракту с JYP. Подготовим до конца наши группы и сдадим их в аренду Чин Ёну. Пусть возит их по разным странам.

- Я пока займусь своим заводом. Надо контракты заключать на производство поясов и чего-нибудь ещё.

- Ну, пока у меня нет своего производства, я попытаюсь продумать, что я хочу.

- Но ты сказала, что хочешь сделать что-либо космическое?

- Надо же придумать, что и как делать. Может мне не придётся покупать завод, а внесу часть денег и куплю акции твоего предприятия. У тебя ведь пакет в пятьдесят процентов?

- Да!

- Вот и куплю двадцать или тридцать процентов свободных акций. И никто не сможет завод у нас отобрать. Кстати, надо подумать насчёт учёбы в ВУЗе.

- Слушай, я там, на той Земле не хотела в ВУЗ. А ты меня здесь хочешь в него загнать?

- Лучше иметь корейские дипломы, чтобы потом не придрались. Здесь их за деньги не купишь, придётся ходить на лекции.

- Ладно, потом подумаем. А чего ты решила в космос полезть?

- Всё очень просто! Здесь рынки все поделены между крупными корпорациями. У нас фактически небольшой заводик. Чтобы выжить, мы или должны выпускать такую продукцию, которую не делает никто, или же присоединиться к одной из крупных компаний и выполнять их заказы.

Твои пояса дадут прибыль только при продаже лицензий. Можно получить через маму Сон Ён какой-нибудь контракт, желательно военный – там оплата в случае успеха гарантирована государством.

- Тогда, как вернёмся в Сеул, поговорим с матерью Сон Ён с глазу на глаз.

- Да, такие вопросы по голофону не решаются.

Мы сидели на дворе своего дома. Дети бегали и играли в догонялки и возились в песочнице. Сон Хен что-то слушал по голофону, как я поняла, передачу на китайском языке. Хальмони что-то делала на кухне. Было немного прохладно – около четырнадцати градусов тепла. На море ветерок поднимал небольшие волны. Небо было ясным. На горизонте виднелся паром, идущий в Пусан…

Я сидела и думала, какие из достижений со старой Земли можно применить в этом мире. В космосе здесь уже был развит туризм, на орбите летало четыре отеля с довольно комфортными условиями – они были цилиндрической конструкции диаметром основания в двести пятьдесят метров, и длиной до четырёхсот метров.

Эти махины медленно вращались. что создавало небольшую силу тяжести. На геостационарной орбите были энергетические станции, переправляющие солнечный свет на специальные приёмники, установленные в определённых областях планеты.

Для питания космических объектов применялся термоядерный реактор. Поэтому летали рейсовые корабли Земля – Луна, которые за двадцать тысяч долларов (столько стоил билет туда и обратно) возили туристов в Селенатаун и рабочих с грузами для рудников, где добывался сверхпроводник.

На Марсе уже функционировал научный городок со сменным населением, и туда раз в месяц летали большие планетолёты типа «Земля». Венеру обследовали пока только автоматическими станциями.

Куча исследовательских спутников висела у Юпитера, Сатурна, Урана и Нептуна. Дальше всех улетел запущенный под эгидой местной ООН космический аппарат «Скаут-1», который уже вышел к границам Солнечной системы, находясь в полёте пятнадцать лет.

Поэтому надо было поступить в местный ВУЗ и изучить, чего добилась местная цивилизация.

Конечно, я читала научно-популярные статьи о космосе. Но одно дело то, что написано писателем или журналистом, и другое – когда с тобой занимается специалист…

- Джун! Отдай лопатку Аямэ! Я сказала, отдай, а не бей мою дочь по голове! Молодец, моя голубоглазка! Будет знать эта японская кореянка, как драться! – Радостно вопила Маша, поглаживая Аямэ по голове. А ко мне со всех ног неслась Джун с «фонарём» под глазом и оглушительный рёвом:

- Мама, эта недоделанная вегугинка выбила мне глазик!

Да, надо заняться воспитательными процедурами:

- Джун! А зачем ты её лопаткой ударила? - Я поймала дочку. Посадила её на колени, достала из сумки специальный крем, и помазала им «фонарь» на лице ребёнка. Через час у Джин ничего не будет на лице.

- Ну, мама! Она не хотела строить город из песка, а собиралась сделать яму и посадить в него кактус. А он колючий!

- И ты за эту мелочь ударила её лопаткой?

Дочь дуется, ничего не говорит. Я вздыхаю. Джун похожа на меня даже сейчас. В детстве, в нашей вселенной, я тоже себя так вёл. Помню только отдельные моменты, но все они связаны с такими вот стычками с другими детьми. Ладно, потом помирю их этих малолетних дурочек…

Глава 58

После отдыха деятельность нашего лэйбла продолжилась в том же ключе – девчонки опять занимались вокалом, оттачивали танцевальные движения. Техники, визажисты, костюмеры и другие работники старательно выполняли свою работу, тем более, что получали они намного больше, чем люди в других музыкальных агентствах. Маша стала пропадать на своём заводе – заказала кое-какое оборудование из Америки и теперь руководила его размещением. А так же искала рабочих, которые могли бы работать на прибывших станках.

Мне особо делать было нечего, и я с хальмони посетили Сон Хена, который прочно обосновался в бабушкиной квартире. Он рассказал об учёбе в университете, показал записи лекций. Я поинтересовалась, сможет ли он перевести мне некоторые технические статьи о применяемых здесь в космической технике материалах. Потренируется в переводе и получит за это адекватное вознаграждение. Срок – до нового года.

Деньги всем и всегда нужны, так что Сон Хен быстро согласился. Так, одно дело сделали. Теперь надо поговорить с Сон Ён.

Возвратившись в офис, я вызвала к себе в комнату нашу чеболиху, и спросила:

- Сонни (она просила так себя называть в неформальной обстановке), можешь ли ты позвонить своей маме, узнать, когда она будет свободной и сможет принять меня и Мин Джи?

- Могу, Джин! А зачем вам это надо? Что ей сказать?

- Скажи, что у нас к ней деловое предложение. Но не насчёт рекламы.