Павел Иевлев – "Та самая Аннушка". 1 том, часть З: "Задний ход конструкцией не предусмотрен" (страница 7)
— Так ты из-за этого такой надутый? — рассмеялась она. — Я с тебя угораю, солдат. Под тебя уже костёр разложили, а ты сидишь и паришься, что обманом прокрался ко мне в койку?
— Ну… — растерялся я, — ты говорила, что сама не понимаешь, почему…
— Да брось ты, — отмахнулась Аннушка, — сначала я и правда напряглась, с чего это из меня неадекват попёр, но потом сообразила и успокоилась. Я раньше встречалась с кайлитами.
— То есть то, что Геманта меня заколдовала, или как там это называется, никак не повлияло?
— Разумеется, повлияло! Запоздало доперев, что на тебе глубокий, как отпечаток жопы в снегу, след кайлитского воздействия, я не могла не заинтересоваться, где ты мог встретить живого кайлита. И разумеется, догадалась, откуда ветер подул. Эй, рыжая, ты же дочь Меланты? Похожа на маму, кстати.
— Вы знали мою маму?
— Я знала её мужа. Возила как-то раз. Когда за Основателями гонялся весь Мультиверсум, только я оказалась достаточно отмороженной, чтобы доставить Меланту туда, где они прятались. А потом отвезти обратно. Она предлагала им убежище, они не согласились и правильно сделали. Но твоя мама, надо сказать, была умной и даже весьма правильной — для кайлитки, разумеется. Готова была рискнуть собой ради других. Жаль, ты не в неё пошла.
— Я тоже, — сказала Геманта, надувшись, — ради других. А вас я помню, видела в детстве. Вы та самая Аннушка.
— А ты одна из рыжих бесенят Мелантиного выводка, вас было слишком много, чтобы запоминать, я вас и сосчитать-то ни разу не смогла. Значит, подросло-таки поколение новых кайлитов. И что же тебя понесло в Мультиверсум, Геманта Мелантовна?
— У нас с Кори важная миссия! Вы должны нам помочь её выполнить, понимаете?
— Ты серьёзно? — расхохоталась Аннушка. — Вот так? Мне? Эй, рыжик, если ты ещё раз попробуешь на мне своё кайлитское вуду, я тебя отшлёпаю!
— Какая наглая молодёжь пошла, — сказала она мне, — вообще берегов не чуют.
— То есть на тебя её колдунство не действует? — уточнил я.
— Если не застать врасплох, то нет. Меня даже мамаша её не смогла обаять, хотя пробовала. Так что перестань так напрягаться, солдат, я тебе дала не из-за происков этой рыжей дурочки. Просто порыв, у меня бывает. Не бери в голову, это…
— … ничего не значит, я помню. Прости, что сломал твой маячок. Я не специально.
— Да хрен с ним. Я не сомневалась, что кайлитка доведёт тебя до беды, и в любом случае собиралась на неё посмотреть, так что метнулась до Терминала, заправилась и сразу поехала. Если в Мультиверсуме снова появились кайлиты, это, знаешь ли, не просто так.
— А что за наводку тебе дали? Как ты меня находишь?
— Кровь. Твою. Она лучше всего. Другие жидкости тоже работают, подружка моя, например, просто трахалась с теми, кто был ей нужен. Но кровь есть кровь. Не знаю, откуда твоя кровь у заказчика, — маленькая такая стеклянная пробирка с красной пластиковой крышечкой.
— Понятно, — сказал я мрачно, — а нам говорили, что это анализ на аллергены или типа того… Необходимо, мол, любому сталкеру, без этого заданий не видать…
Эту информацию надо переварить. Если Злобный — а доступ к крови был именно у него — действительно сильно захочет меня найти, то у него, оказывается, есть такая возможность. А я, между прочим, всё ещё не отработал аванс. Вот он, мой груз, сидит у костра, губки дует.
Аннушка не против доставить кайлитку туда, куда ей надо, и тем закрыть мой заказ. Ей очень интересно, кто там её ждёт и зачем. Но беда в том, что мои заметки по маршруту не говорят курьерше ни о чём, а я не знаю, как к нему привязаться. Чтобы найти конечную точку, надо сначала найти хотя бы одну промежуточную — то есть срез, в котором я был и от которого можно идти дальше. Увы, наши с Аннушкой системы координат совершенно не совпадают. Она может доставить меня куда угодно, но я не могу объяснить, куда мне надо.
Геманта раскрывать подробности своей миссии категорически отказалась. На всех разобиделась, на просьбу «больше не воздействовать» ответила: «Да кому ты нужен?» — и легла спать у костра, обнявшись со своей мелкой спутницей.
Аннушка попросила у меня посмотреть артефакт — ту самую двадцатигранную кость. Рыжая её назад не требовала, ну, и я не стал больше предлагать. Будем расставаться насовсем, верну. Покрутила в руках, хмыкнула, отдала обратно.
— Так вот, значит, как ты выиграл.
— Деньги были нужны.
— Я говорила, что с древними артефактами лучше не связываться?
— Ты говорила, что «ну их в жопу».
— Именно. Вот тебе отличный пример — выиграть ты выиграл, но не столько денег, сколько проблем. Костлявая с её синеглазым караваном — только начало, я тебя уверяю. Теперь вот кайлитка ещё…
— А что не так с кайлитами?
— Скажем так, некоторое время назад их расу зачистили под ноль, и не без причин. Её мать, Меланта, выжила чудом. Скорее всего, она вообще оставалась единственной кайлиткой в Мультиверсуме, но, как видишь, даже это не помогло — снова расплодились.
— Как же она смогла одна расплодиться?
— Даже не спрашивай, долгая история.
— И за что их так невзлюбили?
— А ты как думаешь? Тебе понравилось, как эта рыжая с тобой обошлась?
— Совсем не понравилось.
— Вот и остальным тоже. Кайлиты — рассеявшаяся по Мультиверсуму раса, как грёмлёнг. Их мир пережил коллапс, они попытались захватить власть в чужом, началась резня… Закончилось тотальным геноцидом расы. Никто не любит, когда им манипулируют.
— Ты забыла сказать, — буркнула Геманта, — что кайлитов вынудили. Что с ними обращались, как с животными. Что им запрещали размножаться без разрешения. Что им…
— О, не спишь? — перебила её Аннушка. — Я ещё много чего не рассказала, да. Кучу подробностей, которые никого не красят. В этой истории вообще все хороши.
— Я знаю, — ответила рыжая мрачно. — Но теперь можно всё исправить.
— Глупости, девочка. Ничего никогда нельзя исправить, ни воскресить, ни вернуть. В Мультиверсуме полно говённых раскладов, но знаешь, что ещё хуже?
— Что?
— Пытаться что-то «исправлять». Это всегда приводит к новой крови, без исключений. Кажется, тебя уже пытались убить, верно? И твой первый спутник погиб?
— Да. И я не хочу, чтобы он погиб зря!
— Вот об этом я и говорю, — вздохнула Аннушка. — Это ваше «не зря» всегда означает, что умрёт кто-то ещё.
Я мысленно согласился, с войной ровно та же фигня. Чтобы «ребята погибли не зря», всегда должны погибнуть другие ребята. Как правило, в гораздо большем количестве. Но остановить набирающую обороты мясорубку невозможно, потому что выйдет, что «всё было напрасно». Нет, я не знаю хорошего решения. Потому что его просто нет. Если бы я верил в каких-нибудь богов, то решил бы, что они просто любят пить нашу кровь, и пока не напьются, не останавливаются. Но я не верю. Сами хороши.
Посовещавшись, решили, что для начала вернёмся на Терминал. В первую очередь потому, что это одно из самых безопасных мест на Дороге. На Геманту охотятся и чуть не убили, на Аннушку охотятся и чуть не убили, а вот со мной непонятно. Вряд ли я такой значимый человек, чтобы открывать на меня охоту. То, что кто-то подсунул Аннушке мою кровь, связано скорее с попыткой найти через меня кайлитку, чем интересом к моей персоне. Тем не менее, на Терминале Геманта в относительной безопасности, а у меня есть некая идея, как добраться оттуда до нужного места.
На Терминале мы не встали на парковку и не пошли к главному входу — машина объехала комплекс и зарулила во внутренний дворик. Ворота перед ней открылись сами собой — это, вероятно, означает, что Алина уже в курсе.
— Тебе нельзя показываться с Кори, — инструктировала Аннушка Геманту. — Она слишком приметная. О чём Меланта вообще думала, отправляя вас вдвоём?
— Кори не может надолго оставаться без меня, она страдает. И мне без неё будет плохо.
— Тем не менее, хотя лет прошло много, кто-то может и вспомнить, у кого были эмосимбионты. Нам совершенно ни к чему, чтобы прошёл слух о возвращении кайлитов. Если будешь выходить из номера, выходи одна. А ещё лучше, сиди там. Я попрошу Алину, чтобы еду вам приносили.
— Мне это не нравится! — надулась рыжая. — Я двадцать лет просидела на Эрзале с матерью, я хочу всё-всё посмотреть! Мама говорила, про нас все давно забыли.
— Девочка, я тебя уверяю, в Мультиверсуме есть люди с хорошей памятью. И Терминал как раз то место, где их можно встретить. Так что послушай меня и посиди тихо, пока взрослые пытаются решить твои проблемы.
Я посмотрел на мрачно-упрямую веснушчатую физиономию девушки и подумал, что педагогическими талантами Аннушка не богата. Геманте около двадцати, она прожила эти годы в какой-то глуши с матерью, вырвалась на свободу с «великой миссией»… А ей: «Заткнись и иди в свою комнату». Я бы в её возрасте не послушался.
У меня уже нарисовался план, как сбыть с рук этот сомнительный рыжий груз, закрыть заказ на доставку и убрать мишень со спины. На Терминале есть кросс-локус, а те, кто ходит через них, передвигаются примерно по одним и тем же маршрутам. Если я им воспользуюсь, то рано или поздно окажусь там, где смогу привязаться к последовательности проходов, которую мне выдал покойный синеглазик, а значит, дойти по ней до конечной точки. Тащить с собой Геманту с Кори не буду, на кой чёрт мне такой капризный балласт? Оставлю на Терминале с Аннушкой. Она может найти меня где угодно, вот пусть и привезёт их сразу на место.