Павел Иевлев – Седьмая мапа. Часть первая: "Танго фрезерных станков (страница 2)

Перезагрузил и поставил в режим «самообслуживания». Так хотя бы не фризится. Ещё день простоя, Груша мне мозг выест — расходка-то не бесплатная. Самое бесполезное оборудование, но зато и поковыряться не жалко. Кроме Семёрки висят ещё Двойка, Двенашка и Двадцать первая. С Двойкой проблема циклическая, по накоплению. Глюкавый сет с багнутой обратной связью отдаёт не всю телеметрию, прошивка фиксирует разбежку параметров и переводит систему в стендбай. Это штатная функция, для безопасности: есть ошибка — выключаем. Мало ли, что там разъехалось? На самом деле у Второй ничего страшного не происходит, сам модуль отрабатывает штатно, сбоит шина данных. Вообще-то сбрасывать триггеры безопасности категорически нельзя, если оборудование уходит в стендбай по защите, надо выводить из эксплуатации, а не костылить, но это ж убыток. Поэтому добрый дядя Гарт сейчас переведёт в режим отладки, сбросит ошибку и перезагрузит. Главный принцип Средки: «Крайм от легала отличается только ценой». У Киралика всё проплачено, никакая проверка ничего не заметит, да и логи я сотру. Вот, всё, стартовало. Теперь спокойно отработает день, а что к ночи опять ошибка вылезет — так и чёрт с ней. С утра перезапущу, за это мне и платят, в конце концов. Можно написать скрипт, который будет это делать сам по таймеру, но всё-таки лучше вручную. Так я вижу, что разбежка не растёт и ситуация стабильная.

Перехожу к Двенашке. Терпеть её не могу — каждый раз с новой ошибкой падает. Чистый рандом. Правда, на работу почти не влияет — зависает ночью, в режиме самообслуживания. Самое противное, что логи при этом крэшатся, и я никак не могу понять, в каком моменте её отрубило. Поэтому на паузу — надо глазами будет посмотреть, что цикл обслуживания закончился, а не завис на середине. Но обход с осмотром оборудования позже, сначала надо сделать всё что можно удалённо. Да, в дополнение к прочим недостаткам я ещё и ленивый. Теперь Двадцать первая. Кстати, где этот интик с моим кофе?

Интик приволокся, когда ежедневная маета с перезагрузками подходит к концу. Двадцать первая капризная, то и дело теряет сеть, поэтому, хотя глючок у неё ерундовый, но перезапустить каждый раз проблема. Интерфейс то не прогружается, то прогружается частично, то грузится весь, но кнопки неактивны. Приходится долбить через командную строку в режиме терминала, но даже там надо три-четыре раза набирать, потому что коннект отваливается, и всё заново. Давно уже собираюсь ей сетевой модуль перепрошить на другой канал, но всё никак руки не доходят. Вечно находятся дела посрочнее. Ладно, может, в следующий раз. Перезапустилась же? Дальше с ней проблем быть не должно, клиент-серверный канал рабочий, только телеметрия говнит. Да, это строго запрещено, бла-бла-бла, но разве кому-то не плевать? Мне так да. Лог наружу не пишется, а что не пишется, того и не существует.

— Не понял, где мой кофе?

— Боз Гарт…

— Да, это я. Работаю, как видишь. Без кофе. Где он?

— Боз Гарт, — вздыхает интик, — у меня отняли карту… Встретили у автомата, побили…

Я внимательно посмотрел на парня и скептически уточнил:

— Не вижу следов активного сопротивления изъятию моего имущества.

— Ну… почти побили. Но карту отняли! Это были…

— Я знаю, кто это был. Откуда ты высрался на мою голову такой убогий? Нет, не отвечай, это был риторический вопрос. Пошли.

— Куда, боз?

— Куда скажу. Теперь ты мне ещё и денег торчишь, понимаешь? Лично мне и лично ты.

— Да, боз, — загрустил интик. — Понимаю…

У автомата их нет, но это не проблема, по любому где-то рядом шакалят. Я купил себе, наконец, кофе и сэндвич и сел неподалёку на лавочку.

Интик, нервно оглядываясь, осторожно присел на краешек рядом, готовый в любой момент вскочить и удрать. Раннее утро, но ещё темно, мелкий дождик. Уборщики таскаются взад-вперёд по тротуарам, кафе и бары закрыты. Рендовый грузчик-киб с плечами шире, чем жопа у Груши, таскает ящики в подсобку небольшого ресторанчика, загружая запас на вечер. Сейчас Средка не впечатляет, то ли дело в ночи… Но зато безлюдно и тихо. Из десяти заведений открыты одно-два, и наше среди них. Мы закрываемся позже других, и это тоже часть бизнес-схемы Киралика — в это время конкурентов почти нет. Клиентов, правда, тоже немного, но есть те, кто приходит специально на утреннюю скидку. Нищеброды, которым не по карману ночная цена. При дешёвом ренде за бракованное оборудование босс может себе позволить делать ставку на них. Тем более, что шлоки не капризны, третий сорт сойдёт. Они уже промотали рендные выплаты в заведениях получше, теперь сливают остатки у нас, понимая, что новый ренд подпирает. Торопятся получить от жизни всё, прежде чем её придётся снова продать.

О, вот и те, кого я искал. Так и знал, что появятся.

— Эй, шпана, сюда бегом! — сказал я громко. — Кому сказано? Я вас вижу.

Идут. Неохотно, переглядываясь, но идут. Увидели интика рядом, поняли, что косякнули. Пятеро. Три пацана, две девчонки, всем по пятнадцать-шестнадцать. Ребятки из низовой крайм-корпы, вылезают на Средку пощипать мелочь, потырить что плохо лежит, просто развлечься. Соцаванс даёт им бесплатную еду и одежду, но что-то сверх того приходится краймить. Для ренда они не доросли, а нет ренда — нет токов.

— Дрась, боз Гарт, — сказал их прем.

— И тебе не хворать, Хлось. Предъява к вам, краймовые, надо бы ответить.

Хлось постарше остальных, почти семнадцать, скоро в ренд. Парнишка не самый сильный, двое при нём и крупнее, и шире в плечах, но зато сообразительный. Уйдёт в кибы — и сольётся корпа, остальные не тянут. Девчонки так и косят в стороны, готовы сваливать, но прем понимает, что лучше со мной договориться, чем хлебное место терять.

— Это ж интик, боз Гарт! Интик с токами! Ну как такого не краймануть?

— Интики — позорное говнючьё! — презрительно оглашает лозунг низов одна из девчонок.

Моего интика аж перекашивает — девица симпатичная, с отменной фигуркой, в узком топе и экстремально коротких шортиках, от такой огрести обидно. Впрочем, интикам не привыкать, на низах не любят умников. Нигде не любят.

Начальное, оно же среднее, оно же (если ты с низов) и последнее, образование бесплатно и доступно всем. Иди в школу, учись, никто не запрещает. Но ходит один из ста, наверное. Учиться скучно. Учиться тяжело. Учиться, если честно, незачем. После школы устроиться куда-то мимо ренда почти нереально, а учиться дальше уже платно. Кредит будешь выплачивать до конца дней своих, работы всё равно почти нет, так и сдохнешь нищим шлоком. Почти все интики, не найдя себе места, в конце концов рендятся, и смысл? Что ты учился, что нет — на ренд это никак не влияет. Только везение и природные данные. Поэтому интики, то есть те, кто выбрал учёбу, среди низовых считаются за фуфло. За придурков, которые вместо того, чтобы оттягиваться или краймить, впустую сушат мозг, считая себя умнее остальных. Прав Хлось, такого при случае не краймануть — себя не уважать. Но есть нюанс.

— Это мой интик, — сказал я. — И мои токи.

— Эй, боз Гарт, — запротестовал он, — мы его в первый раз видели!

— А вы спросили, под кем он ходит, краймовые?

— Ну… — отвёл глаза парень.

— Если не спросили, — жёстко продолжаю я, — ваш косяк. Это Средка, тут есть понятия. Если спросили, и он ответил — это тем более ваш косяк, потому что выходит, что вы не интика крайманули, а меня. Итак, он ответил?

— Ну… — совсем поскучнел Хлось. — Так-то да, но…

— Да мы решили, что он гонит, боз! — не выдержала та же девчонка.

Бойкая девица, Скеша её зовут. Язык вперёд головы, но милашка. Можно не спрашивать, куда зарендится, и так понятно. Хлось покосился на неё неодобрительно. Понимает, что корпа не права и лучше не усугублять.

— Наш косяк, боз Гарт, — признаёт он неохотно. — Не удержались. Интик же. Ответим. Предъявляй.

Серьёзный парень, тащит как взрослый. Жаль, скоро уйдёт в ренд, и вместо этой корпы, скорее всего, придёт другая. Договаривайся с ними заново…

Ссориться со мной низовой крайм-корпе категорически не с руки. Во-первых, я могу наябедничать Киралику, и их спустят в сортир. Не обязательно в фигуральном смысле. Подростковая корпа шалит на Средке до тех пор, пока не мешает большим, а те, кто этого не понимает, могут узнать, как далеко лететь вниз с её края. Во-вторых, я могу им навалять без всякого Киралика — и это, по сравнению с первым вариантом, будет актом невиданного гуманизма. Ну, а в-третьих и главных, у меня с ними бизнес. Мелкий для меня, но совсем не последний для них. У низовых, с их соцавансными айдишками, любой ток за счастье, на него можно что-то купить сверх дармового фуфла в автоматах низа. Что угодно. Любая платная мелочь — сокровище, несущее с собой в первую очередь уважение и статус.

— На карте было одиннадцать токов, — припоминаю я. — Где?

— Прости, боз Гарт, — опускает голову Хлось, — мы их уже просвистели.

— Вот! — Скеша раскрывает сумочку. — Могу отдать, боз!

В сумке сияют яркие фантики. Сладости! Они накупили на мои токи конфет. Вкусных, в отличие от мучнистого и почти несладкого бесплатного синтетического говна с низов. Дети. Весь крайм низовых корп — тыринг кондитерки, тыринг штырева сверх бесплатной дышки, тыринг алкоголя, который намертво запрещён авансникам, тыринг токов на это всё.