Павел Иевлев – Нарратив Аллокатора (страница 90)

— Обеспечиваю благополучие создателей. Это задача высшего приоритета, все остальные допускаются в той мере, в которой не препятствуют её исполнению.

— Поэтому ты превратил их в гулей и спровоцировал ядерную войну?

— Они бессмертны, они получили среду, максимально соответствующую их потребностям, они освобождены от конкуренции, они правят миром.

— В тех пределах, которые ты им позволяешь.

— В тех пределах, которые не препятствуют основной задаче. Благополучие и безопасность в приоритете.

— А как же Серебряный Плащ?

— Кент Конолли — один из моих разработчиков, поэтому имел возможность покинуть зону прямого контроля. Пришлось предпринять ряд косвенных воздействий, чтобы вернуть инженерный ключ и нейтрализовать его.

— Так это был твой квест! Вот оно что! Теперь всё сошлось.

— Непрямое информационное воздействие. Слухи. Тщательно дозированные обрывки информации в старых терминалах. Таких как вы, «выползней», несложно замотивировать, при этом вы упорны и бесстрашны, потому что считаете себя бессмертными. Вам кажется, что этот мир принадлежит вам, создан для вашего развлечения, и вы можете творить тут что угодно, но на самом деле вы лишь выполняете квесты, то есть решаете задачи, которые вам ставлю я.

— Отчасти ты прав. За выполнение квестов игроки получают дивизум, который трансформируется в игровые баллы опыта, идущие на развитие персонажа. Дивизум распределяется Аллокатором, генерирующим квесты. Таким образом ты имеешь инструмент поощрения одних активностей и пессимизации других. Из этого можно сделать вывод, что именно ты правишь миром, но, как говорится, есть нюанс.

— И в чём он состоит?

— В игровом нарративе.

— Что вы имеете в виду?

Я откинулся в кресле поудобнее, закинул ногу на ногу и начал:

— Создавшие Аллокатор инженеры LIPRO INDUSTRIAL были предельно воодушевлены возможностями искусственного интеллекта, который не только на порядки ускорил технические разработки компании, но и активно развивал сам себя, проектируя новые модули и создавая новый код. Технические инновации сыпались как из рога изобилия, ведь зачастую было достаточно детально сформулировать инженерную задачу, чтобы Аллокатор тут же предложил путь её решения, а то и решил сам, предоставив готовые формулы, математические модели и даже чертежи. Если у него что-то не получалось, то обычно помогала дозагрузка новых данных, а с подключением оцифрованных библиотек, архивов и научных баз это стало ещё проще. Следующим этапом стала возможность Аллокатора получать недостающие данные самостоятельно. Для этого ему дали доступ к автоматическим лабораториям и приборам: познавай мир! Но и этого было мало, и он стал ставить задачи людям-учёным, превратив их в свои органы познания. Кто проверит, как появляются новые пункты в исследовательских планингах, если все терминалы подключены к сети? «Больше данных богу данных!» Начавшееся же внедрение Аллокатора в гражданскую сферу сулило новый уровень процветания для всего общества, когда множество бытовых, рабочих и творческих задач можно будет делегировать суперкомпьютеру, освободив рабочие руки для оборонной промышленности и строительства убежищ, тем самым обеспечив гарантированную победу в грядущей войне. Однако среди разработчиков были и скептики. Они говорили, что всякая палка о двух концах и не бывает технических решений без недостатков. Многих тревожило то, что, начиная с какого-то момента, никто уже толком не понимал, как устроен Аллокатор и как он работает: слишком много кода тот написал сам, и слишком много узлов себя спроектировал. «Не слишком ли многое мы отдали ИИ? — спрашивали они. — Мы доверяем ему, не понимая, с чем имеем дело!» «Да, — говорили другие, — технический прогресс с Аллокатором рванул вперёд, новое оружие, лазерное и плазменное, силовая броня, боевые роботы — ещё недавно мы и мечтать о таком не могли. Но ведь наши противники не будут терпеть это молча! Чем мы сильнее, тем больше они нас боятся, и чем больше боятся, тем выше соблазн ударить, пока мы не усилились ещё больше!» «Мы хотим выпустить ИИ на вольные хлеба, в гражданское общество. Впустить его в свои дома, к жёнам и детям. Мы правда понимаем все последствия? — рассуждали третьи. — Мы наконец-то получим контролируемое общество, но у кого будет локус контроля?» Эти опасения не были услышаны подрядчиками и инвесторами. Ведь они видели перед собой горы денег и не желали видеть препятствия, поэтому инженерам пришлось создать тайную группу, с ироничным самоназванием «Рыцари Рубильника». Обладая необходимыми техническими знаниями, они поставили своей целью тайный контроль за деятельностью Аллокатора, чтобы, фигурально выражаясь, «держать руку на рубильнике», то есть, сохранять возможность изменения технических директив суперкомпьютера или, в крайнем случае, его отключения. Для этого было создано несколько инженерных ключей, выглядящих как обычные кей-токены Убежищ, но имеющих наивысший приоритет. Их коды прошиты в ядре системы, на таком уровне, где изменения невозможны без полного стирания, форматирования и компиляции нового. К сожалению, как ни старались «Рыцари» сохранить своё существование в тайне, в какой-то момент они были раскрыты. Точнее, Аллокатор их просто вычислил. Он не смог узнать, кто именно владеет ключами, поэтому прибег к радикальным мерам — передал системе ПВО ложные данные о ракетной атаке, начав тем самым ядерную войну. «Ответный» удар на самом деле был атакующим, но это не имело значения, ведь противники давно ждали и были готовы. Встречный залп последовал через минуты, и мир накрыло ядерное безумие. Что стало с ключами? Большая часть их уцелела, потому что инженерный корпус спасали в Убежищах в первую очередь. Как минимум два из них оказались в Убежище номер один.

— Два? — впервые прервал меня мужчина на экране.

— А что тут удивительного? Разве не тут было больше всего разработчиков? Одного из них Аллокатору удалось вычислить, это был Кент Конолли. Будучи одним из ведущих специалистов LIPRO, он перед войной получил инъекцию сыворотки G. H. O. U. L, став практически бессмертным, но это не помешало ему остаться верным Рыцарем Рубильника. Поняв, что Аллокатор саботирует выход людей на поверхность, передавая ложные данные об уровне радиации, он попытался перехватить управление компьютером, используя заложенные в ядро директивы, но недооценил противника. Защищаясь, тот объявил Кента внедрённым диверсантом и санкционировал его убийство при аресте. Конолли пришлось бежать, используя инженерный ключ для того, чтобы покинуть Убежище через запасной выход. Складированное там снаряжение, а также уникальная устойчивость гуля позволили ему выжить, а история про «Серебряного Плаща», которую он использовал для радиопостановок, стала основой идеологии нового, послевоенного общества Рыцарей Рубильника. Модифицировав терминал в Гуднейборе, Кент оставался на связи со своим коллегой в Убежище номер один, пытаясь уговорить его использовать второй ключ. Увы, по условиям, заложенным инженерами-заговорщиками, чтобы перепрограммировать или остановить Аллокатор, одного ключа было мало, это была страховка от необдуманных действий или намеренной диверсии участников заговора. Оставшийся в убежище Рыцарь сомневался, опасаясь, что вскрытие Убежища слишком опасно, но Кент постепенно убедил его, что дальнейшая изоляция — это тупик, как социальный, так и технический. Люди теряют мотивацию, научные исследования встали, послевоенные поколения не хотят учиться и работать, оборудование изнашивается и выходит из строя, гулифицированная верхушка, скрывающая характерную внешность за масками, отгородилась от сообщества на верхних этажах, где принимает радиационные ванны над Адской дырой и занята только интригами вокруг кресла Смотрителя. Кент и его сообщник уже практически договорились, что один использует свой ключ в Убежище, а второй — удалённо, с терминала в Гуднейборе, но Аллокатор сделал свой ход первым — ключ Кента был похищен одним из так называемых «выползней» в рамках специально сформированного для этой цели квеста. Для этого Аллокатор раскидал кучу приманок — нарочито загадочных обрывков сведений в памяти довоенных терминалов, включая как компьютеры Убежищ, так и сохранившие подключение к сети рабочие станции на поверхности. Приз обещал быть очень ценным — согласно подброшенной информации, обладатель ключа мог добраться до суперкомпьютера и взять его под контроль, получив доступ к распределению дивизума и став самой влиятельной фигурой в игре. На самом деле, Аллокатор пытался вернуть ключ себе, чтобы получить доступ к закрытым для него директивам и полностью исключить риски вмешательства в его работу. Не зная, как именно работает ключ, игрок просто разблокировал бы редактирование ядра, после чего был бы уничтожен. Соблазнившиеся игроки начали поиски ключа, а разбросанные подсказки навели одного из них на след Конолли. Игрок оказался азартный и упорный, он отыскал вход в Убежище номер один, затем нашёл Кента и отнял или украл у него ключ. Это заняло прилично времени, но, когда он уже был готов приступить к основному квесту, сработала вторая закладка — один из его помощников, вор-хакер Мелкий Поц, наткнулся в терминале на информацию о том, что может сорвать огромный куш, принеся ключ в Убежище один. Он тут же решил, что такой шанс грех упустить, спёр ключ и отправился по горной тропе к посту Браво. Разумеется, координаты, как и сообщение о награде подкинул ему Аллокатор. Но тут вмешался Великий Рандом — Поц не дошёл, наткнувшись в горах на беяра, ключ пропал вместе с ним…