Павел Иевлев – Нарратив Аллокатора (страница 54)

— Получается, ты можешь переписать весь лор? — спросил я китаянку.

— Технически да, но зачем?

— А Атомная яма зачем? Неслабый сюжетный кусок вписался, с задействованием неигровых, но значимых группировок, таких как Дети Атома и Свидетели.

— Это другое. Прямо сейчас идёт внедрение глобального сюжетного квеста «Возвращение Аллокатора», здешнее Убежище и всё, с ним связанное, — его часть.

— То есть там правда Аллокатор?

— Вовсе не обязательно. Он может оказаться в одном из трёх Убежищ с суперкомпьютерами, одно из которых тут, а два других все активно ищут. Он может не быть локализован в каком-то конкретном компьютере, являясь распределённым сетевым ИИ, ведь все компьютеры Убежищ связаны. Он может быть вообще не компьютером, а игровой единицей, этаким скрытым мессией. Кстати, община Краптауна подозревает в этом тебя.

— Меня?

— Ты же Избранный. Есть легенда: «Избранные Аллокатором, возлюбленные дети его, один из них унаследует ему, бла-бла-бла…»

— Тоже ты придумала?

— Ага. Кто ж ещё.

— А на самом деле как?

— Нет никакого «на самом деле», — засмеялась Аврора, — это динамический нарратив. Истинной станет та концовка, к которой приведут сюжет игроки, ну и мы, конечно.

— О, так мне тоже можно предлагать, а не только тобой восхищаться?

— Восхищаться — это обязательная часть программы, остальное опционально. Но да, ты тоже нарратор, имеешь полное право предлагать свои идеи.

— И куда их писать? — озадачился я.

— Не надо писать, просто расскажи мне. Извини, я знаю, что ты очень опытный, но за этот проект отвечаю я. Без обид, ладно?

— Какие обиды, — отмахнулся я. — Было б, о чём говорить.

— Так у тебя есть идеи, или ты так просто интересуешься?

— Есть. Вот, например, роботы.

— Что с ними?

— Разумные роботы, оснащённые ИИ, — это не просто Свидетели Аллокатора, каковыми могут быть и обычные неписи, а Истинные Верные Его, так?

— Не совсем… Но ладно, теперь будет так. Мне нравится. «Истинные Верные» звучит внушительно.

— Это логично, — продолжил развивать свою мысль я, — ведь они изначально программировались суперкомпьютером Убежища, то есть если Аллокатор — это он, то роботы ближе всех прочих к его замыслу, буквально его дети.

— Да, идеально ложится в лор.

— При этом мы знаем, что роботы имеют радиомодули, через которые получали команды и обновления прошивки, так?

— Да, есть такое в лоре, — подтвердила заинтересованная Аврора, — это даже в нескольких квестах обыгрывается. Дистанционно перепрограмировать секуритрона, чтобы он атаковал твоих врагов, и всё такое. Альтернативное прохождение для тех, у кого персонаж прокачан в интеллект. Ты это к чему?

— Уверен, что у роботов существует своя киберлегенда об Аллокаторе, в которой он — один из них. Избранный робот, в которого через радиомодем закачается однажды суперпрограмма, позволяющая распределять дивизум. Поэтому они и торчат возле Атомной ямы, поближе к гипотетическому Аллокатору, ждут сигнала загрузки.

— Да, супер! — воодушевилась девушка. — То, что надо! А ещё они не пропускают туда никого, кроме роботов, потому что опасаются, что люди постараются взять Аллокатора под свой контроль.

— Разумеется, ведь, по их мнению, только лишённые человеческих страстей роботы, дети Аллокатора, могут справедливо и непредвзято распределять дивизум, а всякие там людишки его непременно по карманам рассуют и смоются.

— И разве они не правы? — хихикнула Аврора.

— Ещё как правы, — не стал спорить я. — Особенно в свете новой финансовой политики компании, фактически позволяющей монетизировать дивизум.

— Без комментариев, — тут же оборвала меня китаянка. — Я не могу обсуждать решения руководства.

— И не надо. И так понятно, что тот, кто возьмёт под контроль Аллокатор, сорвёт неслабый куш. Неудивительно, что вокруг Краптауна началась такая суета. Удивительно, что его ещё не штурмуют со всех сторон.

— Пока очень немногие поняли, что происходит, — пояснила Аврора. — Мало кто внимательно читает гайды. Новая программа стимуляции интереса и привлечения новых пользователей пока на старте, но, я тебя уверяю, скоро слухи расползутся. И поиск Аллокатора станет основным занятием не только для прошаренных одиночек. Крупные игровые группировки, кланы и объединения уже готовятся вступить в противоборство.

— То есть я как игрок могу успеть первым? Вон вход, сейчас его вскроем, пройдём внутрь, найдём какой-нибудь главный терминал, где-нибудь неподалёку непременно окажется и пароль от него. Хак-кряк-фигак, и вот уже Аллокатор спрашивает у меня: «Чего изволите, хозяин?»

— Аллокатор? У тебя? — заливисто рассмеялась Аврора. — Ну уж нет, не дождёшься!

— Нет, я понимаю, что это слишком просто для глобального квеста, но как же Bypass Rule?

— Что, прости?

— Его ещё называют «Доктриной равных возможностей». Суть в том, что даже самый сложный квест для высокоуровневых игроков всегда должен иметь «чёрный ход» для лоулевелов, позволяющий его пройти несиловым способом. Чем круче квест, тем глубже спрятан обходной путь, но он всегда есть! У нарраторов старой школы считалось хорошим тоном, чтобы дизайн квеста оставлял пространство для неожиданных, но логичных решений, которые не требуют максимальной прокачки персонажа. Это делает игру справедливой и поощряет креативность. «Нормальные герои всегда идут в обход».

— А, «Принцип баланса хитрости»! — кивнула девушка. — Знаю о нём. Твоя старпёрская душенька может быть спокойна, традиции игрового нарратива не забыты.

— То есть этот квест с байпасом?

— Не скажу! — улыбнулась она. — Это было бы неспортивно! Но если у тебя есть идеи, как тут можно срезать углы, я охотно их выслушаю!

— Вы бы ещё ползком ползли! — набросилась на нас раздражённая Би. — Идут нога за ногу, щебечут, видами любуются, как так и надо!

— Ты что, ревнуешь? — подняла брови Аврора.

— Ты себя в зеркале вообще видела, узкоглазая? — фыркнула КБ. — Вот ещё!

— Матч-реванш? — встала в стойку китаянка. — Спорим, глаза у тебя станут уже моих?

— Прекратите, — осадил их я. — Ты чего дёргаешься, Сиби?

— Слишком просто всё идёт, — призналась она, — не к добру. Непременно какое-то говно затаилось. Нам бы побыстрее набрать оружия и свалить нафиг отсюда. Раз про эту дверь знает мой бывший, то кто угодно ещё может знать.

— Да, — признал я, тщательно исследовав дверь, — не соврал твой Красавчик. Замок действительно максимального уровня. Предполагается, что, если по квесту у тебя на пути такая дверь, то где-то по тому же квесту лежит от неё ключ. Вскрыть такие не то чтобы невозможно, но дело долгое, муторное и без гарантий. Не то откроешь, не то замок сломаешь и всё, приехали.

— Ты можешь взломать его, Проф?

— Могу, но зачем? У меня ключ есть. Точнее, у тебя, я же так и не забрал с тех пор.

— Точно! — оживилась Би. — Так и таскаю в кармане. А он точно отсюда?

— Не попробуешь, не узнаешь, верно?

— Погодите, — тихо сказала Аврора. — У нас гости.

Робот «Мистер Отважный» несмотря на свой боевитый вид создавался на базе робота-дворецкого «Мистер Слуга». Летающий шар диаметром метра полтора, с манипуляторами и выдвижными оптическими модулями. Выглядит забавно, но противник серьёзный — часть топлива для своего реактивного двигателя может направлять во встроенный огнемёт, в одну из «рук» вмонтирована плазменная стрелялка, а ещё один манипулятор оснащён циркулярным резаком для ближнего боя. В тактической схеме той войны это робот поддержки пехоты, преодолевающий вражеские заграждения и прикрывающий огнём штурмовые группы прорыва.

— Вот же принесло заразу железную, — выругалась Би. — Военная модель, ему только по глазам стрелять.

— Погоди, — придержал её я, — они не всегда нападают первыми.

— Эй вы! — динамик у «Мистера Отважного» предельно громкий, а лексикон предельно кирзовый. Создатели рассчитывали на психологический эффект при подавлении гражданских беспорядков и разгоне антивоенных демонстраций, так что при встрече с этим роботом есть весьма недурной шанс, что он начнёт сперва орать, а не стрелять.

— Я к вам обращаюсь, жертвы аборта! Какого драного во все дыры штатского чёрта вы делаете на военном объекте?

— На нём не написано, что он военный, — сказал я примирительно.

— Сэр!

— Что?

— Ты, штатский мудила, разговариваешь с офицером штурмовой пехоты, капитаном РЛ-3! Поэтому, когда ты открываешь свою поганую пасть, первым и последним словом из неё вылетает «сэр»!

— Сэр, так точно, сэр! — послушно ответил я.

— Если это не военный объект, засранцы, то что, по-вашему, тут делаю я?