Павел Иевлев – Ковыряла (страница 58)

На этом моменте все прифигели и заткнулись. Кажется, вышел перебор. Если до этого оратор просто манипулировал фактами, показывая их с нужной стороны, умалчивая о причинах и ловко обходя нестыковки, то вот тут он уже брякнул лишнего.

— Да ну нафиг, Скриптор, — недоверчиво пробормотал Дербан. — Городские, конечно, края теряют и всё в свою пользу гнут, но про детей это реально срань какая-то.

— Не веришь? — улыбнулся рассказчик. — Эй, Цепной, Шплинт, где вы там?

— Здесь мы, — вышли из темноты к бочке два незнакомых клановых.

— Это Цепной и Шплинт, из клана Синей улицы, — представил он их.

— Это где баба премом? — крикнул кто-то сзади.

Собравшиеся заржали.

— Не важно, кто там прем, — не поддержал веселье Скриптор. — Расскажите, ребята, что вы видели!

Гости помялись, смущаясь направленного на них внимания, но рассказчик, задавая наводящие вопросы, всё-таки расшевелил их, а затем они и сами увлеклись, изображая в лицах, помогая себе жестами и гримасами.

С их слов, прем мелкой корпы, которую они крышуют на Средке, случайно наткнулся в технической зоне на левый брейнкластер и, не зная, что с ним делать, позвал их премшу. Так вот, оказалось, что он собран из детских голов! И не каких-нибудь там, а именно клановых!

Тут Скриптор включил стоящий на ящиках экран и начал показывать картинки, снятые коммом кого-то из «синих»: детские головы под стеклянными колпаками, импланты, грубо смонтированные в глазницы, провода в черепе, оборудование жизнеобеспечения, сетевые коммутаторы…

— К сожалению, — вещает Скриптор, пока все офигевают, — узнать, кто это устроил, не удалось. И это только один брейнкластер, который нашли случайно! А сколько их всего? Кто знает? Город пожирает наших детей!

Глава 24

Нагнуть город

Клан возмущённо шумит, и в этот момент в освещённый круг входит Каролина. Её и без того экзотичная внешность подчёркнута тем, что она в какой-то броне. Нечто вроде безовского экзоскелета, который защищает от повреждений и дополнительно усиливает, только более лёгкий и тонкий, сидящий по фигуре, визуально выделяя грудь. Что за штука? Никогда о такой не слышал. Где она её взяла? Зачем напялила?

— Выслушайте меня, свободные люди клана Чёрных Песков! — сказала она неожиданно громко. — Всё, что рассказал Скриптор, правда, и вы это знаете. Всегда знали, но гнали от себя эти мысли. И сейчас пошумите, поругаетесь — и забудете. Разве не так?

Невнятный гневный шум в ответ, но никто не кричит «нет», не обвиняет её во лжи.

— Я скажу вслух то, что вам не понравится. Скажу то, что боитесь сказать вы: город держит вас за яйца.

— А ты кто такая, чтобы нам тут предъявы выкатывать? — недовольно спросил Дербан.

— Меня зовут Каролина, я внешница, и я знаю, как вам помочь!

— А с каких, Креоном драных резонов, тебе помогать клану?

— Город настолько прогнил, что вся надежда только на вас! На свободных людей, которых не охолостили дышкой и не купили Средкой! Настоящих крутых парней, которые могут что-то изменить!

А вот это заявление клановым уже нравится. Хотя, как по мне, она их просто разводит. Вот и Дербан, я смотрю, выглядит скептически. Не покупается на дешёвые комплименты.

— Глотку драть все горазды, — качает головой прем. — Нам дофига чего не нравится в городе, но он даёт нам жратву, воду и электричество. Залупимся — обрежет, и нам кабзда. Мы, конечно, гоним бенз, растим картофан и ягоду, но этого слишком мало, чтобы прожить даже одному клану, а у остальных и того нет!

— Да, — ничуть не смутилась Каролина, — город поставил кланы в такие условия, что вы вынуждены терпеть любую несправедливость. Но всё изменилось со смертью Креона. Верховный, при всех его недостатках, заботился о городе и давал дышать кланам, а что сейчас? Город обрушил закупочную цену на вторичное железо!

— Если бы только цены, — признал Дербан, — они вообще перестали брать! На Окраину хоть не выезжай, девать потом некуда. Что-то из бытовухи выкупают по мелочи муниципалы, но это слёзы. А где нам токи брать?

Я вспомнил об остановленных фабриках и их заваленных продукцией складах, про которые говорил тот молодой пром, Ередим. Неудивительно, что они перестали покупать сырьё, что с ним делать-то?

— Вот видите? — подхватила Каролина. — Калидия решила задушить кланы! Она забирает ваших детей, чтобы делать из их голов брейнкластеры, и больше не позволяет вам забирать взамен детей из интеров! Эта неписаная, но важнейшая договорённость порушена! Что будет с кланами без пополнения? Через поколение вас просто не станет!

— И кто тогда будет привозить в город железо? — спросил Дербан.

— Калидии плевать, — заявила женщина, — она продалась Второму Городу!

— Это разве не байка?

— Второй город существует, Скриптор вам скажет.

— Это так, — подтвердил тот, — наш город убрал всю информацию о нём из сети, но об этом написано во множестве старых книг.

— Это они приказали Калидии убить Креона! — сказала, понизив голос, Каролина. — Она полностью во власти тамошних безумцев, который погубили свой город и хотят уничтожить наш! Она регулярно отправляет им дань!

— Да ладно, — не поверил прем, — даже если верить байкам про Второй город, никакая машина туда не доедет. Слишком далеко, заряда не хватит.

— У неё есть специальная большая леталка! Не верите? Я готова доказать! Через несколько дней она полетит над пустошами, как раз над вашим сектором! Предлагаю сбить её, чтобы не досталась врагу!

— Видел как-то леталку в городе, — покачал головой Дербан. — Из дробана её не ссадишь.

— Я привезла оружие, которым её можно достать. Покажу, как им пользоваться, это просто. Нужна только пара отважных ребят, которые доедут на мотах в нужную точку и выстрелят.

— И что это нам даст?

— Калидия больше не будет нужна Второму городу, а без поддержки оттуда она ничего не стоит. Вы сможете нагнуть город! Потребовать своё! Забрать то, что вам по праву причитается! Я помогу вам в этом! Видите броню на мне? Это один из первых образцов, но скоро таких будет много, и вы их получите! В таком костюме любой клановый сможет потягаться в силе с рендовым полисом и даже с безом!

— Вряд ли пацанам пойдут стальные сиськи, — хмыкнул Дербан.

Клановые заржали.

— Это женская модель, но есть и мужские…

— Да поняли мы, поняли, — отмахнулся он. — Ты, девка, прям так о кланах заботишься, что аж дым из стальной жопы. В этой штуке посрать-то хоть можно, или терпишь, пока говно из ушей не закапает? Поёшь красиво, но когда я слышу про бесплатный бордель, то сразу понимаю, что трахать буду не я, а меня. Такое железо стоит море токов, и если кто-то готов нам его отвалить, то спросит за него так, что не расплатишься. Неплохо провели вечер, народ, развлеклись, байки послушали, а теперь давайте расходиться. Вон, мазют уже в бочке догорел, луна встала, завтра новый день, дел дофига.

Дербан встал и пошёл в центр лагеря, за ним, переговариваясь, разбрелись остальные.

— Не повелись, — сказал Скриптор тихо.

— Чёртов прем, — ответила Карлина. — Они уже были у меня в кармане, а он всё испортил.

Я сижу за ржавым кузовом разобранной машины, меня им не видно.

— Я говорил, что он умный. Ты зря считаешь всех клановых тупыми дикарями.

— Исключение, подтверждающее правило. Я решу эту проблему.

Как ни странно, Козя пришла спать ко мне, в выделенный нам модуль-контейнер.

— Можно? — спросила она расстроенно.

— Конечно, — удивился я. — А что ты не у родителей?

— Выпроводили, представляешь? Чего-то они затевают этой ночью, а я мешаю. Прикинь, маму при любом упоминании тебя аж перекашивает! Я сказала, что мы просто друзья, что ты обо мне заботился, айдишку вон помог сделать, но, мне кажется, стало только хуже. Не знаю почему.

— Может, она типа ревнует? Что я как бы вместо неё о тебе позаботился, когда она забила?

— Не знаю, Тиган, — Козя рухнула на кровать, закинула руки за голову и уставилась в потолок. — Вот вроде нашла маму, как хотела. И даже папу нашла, двойной бонус. Но мне лучше не стало почему-то.

— Козявка, я ничего тебе не посоветую. У меня-то никаких родителей отродясь не было, — я прилёг рядом, девчонка придвинулась, коснулась плечом.

— Понимаешь, — сказала Козя мрачно, — я думала, что с мамой что-то случилось. Что она где-то заперта или типа того. Что она по мне скучает, переживает, только и думает, как я там, рвётся ко мне. А оказалось, что ей просто насрать. Она, конечно, теперь рассказывает, что не могла меня взять с собой, потому что опасно, её разыскивают, и что собиралась меня забрать, но всё время что-то мешало… Но я не верю. Она и не вспоминала, мне кажется. Они с отцом обсуждали всякое, а я подслушивала. Так вот, у неё, оказывается, был какой-то план, связанный с детьми, помнишь, я тебе про «детский сад», рассказывала? А потом мама разочаровалась в плане, и я стала не нужна. Знаешь, как обидно, когда не нужна собственной матери?

— Нет, — честно сказал я. — Не знаю. Я-то отродясь никому не нужен был. Разве что Таришке, да и той за токи.

— Да, конечно, — вздохнула Козя. — Ты прав. Я, наверное, зря сопли распустила. Просто… Так надеялась… Эх…

Девчонка упёрлась мне в плечо носом и тихо заплакала. Я осторожно высвободил руку, обнял её, притянул к себе, сказал смущённо:

— Ну ладно, что ты прям. Не реви. Обойдётся как-нибудь. Вот увидит мама, какая ты хорошая девочка, и поймёт, что ошибалась. Будет тебя любить и гордиться, как ненормальная.