Павел Иевлев – Ковыряла (страница 29)

— Урою, — пообещал я серьёзно.

— Ой, как страшно! — рассмеялся краймовый. — Ладно, ладно, шучу. Меня это говно не заводит, я больше по мапам. Пошли, отведу тебя к девке. За полкило не жалко, можешь ей даже вдуть по-быстрому, ребята отвернутся. Правда, не обещаю, что не будут подсматривать… Ну, всем же интересно, чего там такого на два килотока, не поперёк же?

— А нельзя вершку какую-нибудь другую девку подсунуть? — спросил я по дороге. — Может, он не заметит разницы?

— Обычно «мясоедам» боль-мень поровну, кого дербанить, — пояснил Марим. — Орут-то все одинаково, а рожу и прочее они обычно в первую очередь в негодность приводят. Лупят почём зря, кровь, сопли…. Штырит их с этого как с наркоты, нормальному не понять. Так что насчёт внешности как правило особых претензий нет. Ну, разве что некоторых конкретно прёт по рыженьким, но кого по ним не прёт? Рыжие в «мясо» редко попадают, их вообще мало, так что ценник сразу на десять умножаем. Особенно за безвозвратную порчу товара, с этим у нас вообще строго: поломал — плати! А то не напасёшься так-то… Это я к чему? Да. Бывают исключения, которым вот прям конкретную девку вынь да положь. И пофиг, сколько это стоит. Почему? Да кто ж их, извращуг, поймёт? Может, похожа на кого из ихних. Вершковую-то бабу он тронуть не может, у них свои там понятия в башнях, ну вот и высматривает на Средке похожую. Будет твоей подружке соски прижигать, а воображать, что той. Вершки все долбанутые. Видал бы ты, что они вытворяют! Вот, например…

Пока дошли до того склада, где держат Таришку, Марим успел меня посвятить в такие подробности «мясного» бизнеса, что чуть не вывернуло. Грохнуть его хотелось неимоверно, но это бы ничем никому не помогло. Пока есть вершки, готовые платить, вместо одного Марима встанет другой, и только. Один плюс, этот рассказ укрепил во мне решимость выкупить девчонку, несмотря на абсурдную цену. Так-то я понимаю, что мы друг другу постольку-поскольку: я ей давал токи, она грела мне койку и украшала интерьер. Замену найти несложно, да хоть вон девку покойного Хутера прикормить, она только рада будет. Фигурка чуть похуже, но тоже ничего. Да мало ли симпотных девчонок на низах? Помаши токами, отбою не будет. Даже рыжую найти можно, почему нет? Если бы Таришка просто меня бортанула и ушла, я бы, наверное, даже почти не расстроился. Дело житейское. Но как представлю, что с ней будут вытворять всё то, о чём мне Марим рассказывал… Нет, не могу. Да, хочется сжечь бордель, грохнуть всю их корпу, и взорвать нафиг вершковые башни, но реально я могу только попробовать выкупить Таришку. Этим и займусь.

— Мне страшно, Тиган! — сказала она. — Даже дышка не вставляет, так страшно!

Так-то Таришка девчонка не ссыкливая, отвязная и весёлая, но сейчас вцепилась в меня и рыдает.

— Я бы, наверное, со Средки скинулась, лишь бы не в «мясо»! Но тут окна заделаны.

— Не надо скидываться, я тебя вытащу.

— Правда вытащишь, Тиган?

— Слово. Уже завтра будешь свободна.

— Я верю тебе… Наверное. Но мне всё равно очень страшно!

«Ты мне нужна сегодня ночью».

«Какое-то неприличное предложение. Тиган, это ты?» — написала в ответ Козя.

«А кто ещё может писать тебе на левый комм? Надеюсь, ты не раздаёшь его поинт своим многочисленным поклонникам?»

«Кому? А, издеваешься, понятно. Нет, никому».

«Вот и умничка».

«Что нужно сделать?»

«То же, что в прошлый раз. Кое-куда залезть, кое-что открыть».

«Вентиляция?»

«Ты догадалась!»

«То, что я тощая и мелкая, моё единственное достоинство?»

«Ещё у тебя глаза красивые».

«Правда? Или опять издеваешься?»

«Честное слово».

«Пойду пыриться в зеркало и моргать».

«Лучше поспи, а то уснёшь в вентканале и разбудишь храпом весь… разбудишь, в общем».

«Я не храплю!!!»

«Откуда тебе знать? Ты же одна спишь. Когда храпишь, себя не слышишь».

«Ладно, попробую заснуть. Но вряд ли получится, я теперь вся на нервах!»

Я тоже не образец душевного спокойствия сегодня, откровения Марима и тихая истерика Таришки выбили меня из колеи. Если нынешнее устройство города и правда придумал Никлай, то ему стоило подумать получше. Уснуть мне это не помешало. Ночью понадобится свежая голова, ловкие руки и весь возможный запас удачи.

Сообщения в комме Козя не читает, так что пришлось подняться на этаж, открыть дверь (ей стоит получше изучить устройство дверных замков), зайти и обнаружить девчонку в кровати. Спящая выглядит совсем ребёнком, которому место в интере. Не будь такой страшненькой, это можно было бы использовать, но с чёрной физиономией и причёской из плетёных червей Козявка с контингентом никак не сольётся.

— Просыпайся!

— Ах! Ой! Как? Ты…

— Включи звук на комме. Я не смог до тебя достучаться.

— Уф, я всё-таки уснула, значит.

— И довольно крепко.

— Ну и как?

— Что?

— Я храплю?

— При мне ты этого не делала.

— То-то же! А как ты вошёл?.. Ну да, туплю. Ты же ломщик, — Козябозя широко зевнула, показав ровные и очень белые зубы.

— Вот кофе, — подал я ей стакан.

— Ох, спасибо! Мне не помешает.

— И конфеты.

— Ух ты, средочные! Ты меня балуешь!

— Только не увлекайся.

— Почему?

— Растолстеешь и застрянешь в вентканале.

— Ну да, ну да, и меня сожрут пегли. Слышала уже. Не смешно.

— Зато вкусно. Перед откормленной конфетами девчонкой никакая пегля не устоит.

— Тьфу на тебя. Ты со мной как с маленькой! А я просто худая и рост небольшой.

— Разве не это называется «маленькая»?

— Нет, это называется «мелкая». Тиган, я не ребёнок. Не надо со мной как с ребёнком. Я уже два года живу одна, я отвечаю за свою жизнь и могу принимать решения. Например, лезть для тебя в вентиляцию, хотя ужасно боюсь застрять. А ещё боюсь, что это крайм, и меня на нём прихватят, а у меня даже айдишки нет. Это же будет крайм, да?

— И ещё какой, — честно признался я. — Спереть дисплей из «консервы» просто мелкая шалость, а вот сегодня если спалят, то реально жопа.

— Такой крутой крайм?

— Крутейший. Как Верховной Калидии в лапшу насрать.

— Вау.

— Ещё полчаса как можно отказаться. Потом нет. Если зассала, то лучше скажи сейчас.

— Ссыкотно, — призналась Козя. — Но я с тобой. Отвернись, оденусь.

— Во что-нибудь, чего не жалко, — предупредил я, отворачиваясь. — Скорее всего, одежду потом придётся выкинуть.

На фоне неоновой подсветки модуля переодевающаяся девчонка отражается в сломанном экране видеостены, так что я подсматриваю. Не потому чтобы, а просто смотреть тут больше не на что. Худющая — страсть. Всё должно получиться.

— Готова, — сказала Козя. — Идём?

— У нас есть ещё минут двадцать. Давай покажу, как дверь правильно блокировать. А то у тебя штатная блокировка, смех и позор. Открывается в три секунды. Надо принудительно отключать привод стопора.

— И что, тогда даже ты открыть не сможешь?