Павел Грегор – Яд из бездны (страница 25)
- Надпись, - Гарпун почесал затылок и покосился на Некрасова. – По-немецки написано.
- Что написано?
- Единственное слово – «дункельхайт».
7
Некрасов лежал с открытыми глазами. Думал. Он смотрел на мерцающую ртутную лампу, и в голове вертелся единственный вопрос: «Что скрыто за бронированной дверью»? Уже тогда, пять лет назад, Мейер знала больше, чем все остальные, она догадывалась о возможных последствиях, но хладнокровно шла к цели.
- Эту головоломку решить непросто, - прошептал Некрасов. – По крайней мере не для моих мозгов.
Гарпун повернулся на матрасе, захрипел и, бормоча, выругался. Неопределённость угнетала даже его. Заскрежетал ключ, и входная дверь распахнулась.
- Поднимайтесь, уроды! - рявкнул Костолом. – Для вас нашлась работа.
Глава 12
1
Их вывели во двор. Накрапывал мелкий дождь, порывисто налетал холодный ветер. Под лучом прожектора стояли два грузовика, а вокруг уже суетились рабы. Они вытаскивали из кузовов покалеченных, истекающих кровью людей и уносили их в цеха фабрики. Гнутый с тремя крепкими бойцами контролировал выгрузку. Иногда кричал, иногда яростно пинал, тех, кто не проявлял должного почтения к пострадавшим.
- Сколько бойцов потеряли, сколько бойцов, - причитал здоровяк. – Сволочуги, подонки, лупили так, что клочья в разные стороны летели.
Лёшка Бинт бегал от одного раненого к другому. Бледный, измождённый, он боялся гнева предводителя и постоянно озирался по сторонам.
- Не на тех нарвались, - усмехнулся Гарпун. – Видать задали им жару.
- Заткнись, услышат! – осадил Некрасов. – Тебе что зубы жмут?
Гарпун скривился, но больше ничего не сказал.
- А вы что стали поганцы!? – зарычал Костолом. – Живо помогайте!
- Я немного смыслю в медицине! – выкрикнул Некрасов. – Могу помочь вашему медику.
- Ты-ы-ы! – Гнутый протянул лапу и схватил за воротник. - С-с-сучонок, захотел привилегий?
- Какого чёрта! – огрызнулся Некрасов. – Я в армии когда-то служил и знаю, как оказывать первую медицинскую помощь.
Гнутый зашипел, рывком оттолкнул к грузовикам.
- Смотри у меня! Если водишь за нос. Убью!
Некрасов подошёл к Лёхе и забрал аптечку.
- Делать-то что? – спросил он.
- Значит, служил в армии? - Лёха оскалился и раздражённо сверкнул глазами. – Хватай этого доходягу за ноги, а я возьму за руки.
Они поволокли долговязого парня к распахнутым воротам цеха, внутри которого натужно ревел электрогенератор. Парень стонал, закатывал глаза и грязно ругался. Некрасов сразу же заметил, что бронежилет разворочен в районе живота и скептически качнул головой. Лёха Бинт это заметил и беззлобно хохотнул.
- Верно! Не жилец! – бросил он. – Внутри сплошное месиво, а в таких условиях оперировать невозможно. Да и квалификацию, я уже потерял.
Они втащили бандита в ангар и уложили на дощатый настил. Здесь уже лежали пятеро: безмолвные, отупевшие от боли и страха люди.
- Давай передохнём, – проговорил Лёха. – Раз уж ты со мной, Гнутый особо рычать не станет.
Уставшие красные глаза, пустой взгляд. Лёха посмотрел на Некрасова, потом неопределённо кивнул.
- Там за перегородкой! – бросил он. – Сходи в медпункт и возьми из сейфа спринцовку.
Некрасов кивнул и послушно направился к фанерной стене, которая отделяла одну часть цеха от другой.
Несколько металлических стеллажей, железный стол, диван с разодранной обивкой, офисное кресло и десятка два столовских стула вдоль стены.
- Тоже мне медпункт, - усмехнулся Некрасов. – До чего же мы все докатились…
Он увидел тяжеленный директорский сейф, подошёл и открыл скрипучую дверь. На полочке стояли флаконы, лежали упаковки просроченных лекарств. Спринцовку он нашёл в дальнем углу за стопкой старых банкнот.
Некрасов улыбнулся, деньги давно не имели никакой ценности. Повертев пачку купюр в руках, он швырнул её назад. В спринцовке что-то булькало.
«Мудрый паренёк, - подумал Некрасов. – Знаю я вашего брата. Запасливые».
Недолго думая, он прыснул себе в рот, сморщился. Глотку обожгло огнём, дыхание сперло, и Некрасов жадно потянул носом.
- Чёрт! – выдохнул он. – Чистый спиртяга!
Он вернулся к Лёхе и кивнул на спринцовку.
- Не удержался. Извини! – прохрипел он.
- Ерунда! - отмахнулся Лёха. – Дай-ка и я глотну.
Минут пять они передавали спринцовку друг другу, потом Лёха решил, что достаточно и спрятал её в аптечку.
- А что с остальными? – поинтересовался Некрасов.
- С остальными всё, - Лёха задумчиво задрал голову и уставился на лампу. – Им теперь уже ничем не поможешь.
- Понимаю!
- Ничего ты не понимаешь, - Лёха встал на ноги и подошёл к раненому в живот. – Никто не знает наверняка, как всё обернётся. Это они с виду такие смирные, а через полчасика, очухаются и начнут рвать кому-нибудь глотку.
- Упырями обратятся?
- Ходячими мертвецами, зомбаками, жмурами, нечистью. – Лёха пожал плечами и безнадёжно махнул рукой. – Открытая рана – смертельный приговор. То что туда проникает, рано или поздно превращает человека в голодную бездушную тварь. Они все здесь счастливые претенденты… Впрочем, я могу и ошибаться.
Лёха достал из сумки инструменты, свалил их в металлический жбан с кипящей водой.
- Ладно, - прошептал он. – Поговорили и хватит. Выживут они или нет, а зашить я их должен. Иначе башки не сносить.
2
Часа два они возились с ранеными. Лёха вынимал осколки и зашивал, а Некрасов делал перевязку. Лёха постоянно ругался, злобно шипел под нос; чтобы унять дрожь в руках и расслабиться ложился на бетонный пол. Работа давалась парню с трудом. Потом явился Гнутый. Уже на взводе и злой как чёрт. Он сразу же заехал Некрасову в ухо, добавил кулачищем по рёбрам.
- Это тебе аванс. За работу, - пояснил верзила. – А завтра рассчитаюсь по полной.
Лёху он не тронул, но минут десять внимательно следил за каждым его действием. Рожа красная, в глазах нечеловеческое бешенство, того и гляди набросится.
«Похоже и тебе мразь, кто-то шею намылил, - подумал Некрасов. – Вот уж для кого не пожалел бы патронов, так это для тебя».
- Ладно! – прохрипел Гнутый. – Смотри у меня, если кто загнётся – дух вышибу.
Гнутый угрожающе замахнулся, но затем оскалился и засмеялся.
- Не бойся, Лёха! Ты нам нужен.
Напевая что-то под нос, Гнутый вышел из ангара.