Павел Грегор – Рокада. За пределами восприятия (страница 71)

Найти встроенный карман не составило труда. Громов с пренебрежением поддел защитную крышку ботинком и вынул портативный компьютер на свет.

– Вернуть не обещаю, – бросил он напоследок. – Спасибо за оказанное доверие. И за всё остальное...

Стараясь сохранить невозмутимость, он медленно двинулся к выходу. Душа пылала от нетерпения и, несмотря на боль и тревожно мерцающий индикатор жизни, Алекс ликовал. Он сделал последний шаг, который наконец-то приблизил его к завершающей жирной точке.

– Гром! – донёсся из-за спины голос.

Алекс обернулся и посмотрел на Спрута. Он уже контролировал часть систем и настойчиво пытался подняться на ноги.

– Чего тебе!?

– Зря не прикончил! – оскалился Адам Незабудка. – Я буду преследовать тебя во всех локациях. А когда найду, выгрызу мозги.

10

«Много времени он не даст, – подумал Алекс. – А то, что психопат выполнит своё обещание можно не сомневаться. Ну, да ладно. Мне бы добраться до «Морозилки», а там уж посмотрим кто кого».

Громов с тревогой отметил, что «Рокада» постепенно отключает его от всех информационных разделов. Когда уровень здоровья на индикаторе пополз вверх, шкала неожиданно исчезла, и вернуть её назад уже не получилось.

Исчез и статистический раздел, а также большая часть гайдов. «Консул» его игнорировал. Более того, он открыто действовал против него.

«Наверное, так и должно быть, – пожал плечами Громов. – Если я что-то и теряю, то скоро это не будет иметь никакого значения. Либо игра вырубит меня, либо я вырублю игру».

На ходу, он перекачал всю информацию из КПК Спрута в свой, а ненужное устройство швырнул на ступени стадиона.

Всё так же ревела толпа, над ареной проносились трассирующие очереди пуль, диктор скандировал очередной слоган.

Но вскоре мощные динамики заткнулись, а вместо криков толпы над «Космодромом» разнёсся вой ревуна.

– Очухался, ублюдок, – переходя на бег, прошептал Алекс. – Ну теперь, приятель держись! Только успевай отбиваться.

Не останавливаясь, Громов раскрыл карту локации и, выбрав наиболее короткий путь к «Морозилке» припустил на северо-восток.

11

Громов остановился и снова посмотрел на карту. С компьютером происходило что-то неладное. Периодически экран тускнел и покрывался битыми пикселями, да и сама карта скорее дезориентировала, чем помогала, выдавая противоречивые данные.

Он забрался в какую-то болотистую, заросшую уродливыми деревьями, местность. О том, в какой стороне «Морозилка», Алекс имел смутное представление и всё же пока ещё не терял надежды выбраться на дорогу.

Он вымученно улыбнулся и поправил, сползший с плеча рюкзак. Ситуация напрягала. Но это был ещё не конец.

Игра не могла его отпустить так просто. Алекс чувствовал, что за самовольства придётся заплатить, но не моментальной виртуальной гибелью, а мучительной и грязной смертью.

Из КПК трескуче вырвалась статика помех, затем Громов услышал голос.

– Зря не убил! – произнёс Спрут. – Я ведь теперь от тебя не отстану. Это дело принципа.

– Желаешь лично посчитаться? Или как? – оскалился Алекс. – Я тут слегка заплутал. Помочь не хочешь?

– Только кретин попрётся в «Морозилку» через топи. Ждут тебя там приключения и незабываемые сюрпризы, хотя спорить не стану, выбрал правильное направление – самый короткий путь.

Громов раздражённо стиснул зубы и устало прислонился к дереву.

– Уже не так весело!? Верно!? – рассмеялся Спрут. – Ну ничего, скоро подтянутся охотники за дичью и погонят тебя в самое пекло. Я оказал честь, специально ради тебя изменил правила «Большого забега», да и призовые удвоил, чтобы, так сказать, стимулировать активность участников.

Алекс хмыкнул и, не дожидаясь пока Адам Незабудка скажет последнее слово, отключил КПК.

– Честь он мне оказал, – процедил он. – Ублюдок сумасшедший. Ты не знаешь, что это такое...

От болот поднимались удушливые испарения, на серо-зелёные, искривлённые корневища мангровых деревьев выползли пучеглазые твари. Не то рыбы с лапками, не то амфибии, они с интересом уставились на пришельца, а когда убедились, что он безвреден, начали пронзительно вопить.

«Помощи от Консула ждать бессмысленно, значит нужно двигать по прямой, – решил Алекс. – Опасно? Ещё как, но другого пути для меня не существует».

В его распоряжении оставалось меньше четырёх часов. Потом должна была активироваться секретная программа Тритона.

«Чит-код, конечно, «Рокада» попытается заблокировать. Это займёт минут двадцать: сначала админы проверят мой профиль, затем вычислят каналы связи для розыска секретных скриптов, несколько минут потратят на взлом программных закладок Тритона и нейтрализацию враждебного кода. Двадцати минут должно хватить. Я открою дверь магнитным ключом, активирую чит-код, благодаря преимуществам, которые он даст продержусь минут десять и выясню, кто за всем этим стоит. Всё просто. Правда только на словах».

Громов поправил рюкзак и, собравшись с силами оттолкнулся от дерева. Перед ним раскинулось непролазное пространство, которое он воспринимал, как нечто реальное и осязаемое. Он давно перестал видеть в «Рокаде» только игру, теперь этот мир, противоречивый и опасный, казался ему единственно возможным, и в этом ощущении, он сроднился с «Призраками».

– А если за «Дверью» ничего нет, – проговорил Алекс. – Если альтернативный финал не откроет путь в иную локацию с ответами на вопросами?

От подобных мыслей ему стало не по себе. Временами, Громов панически боялся провалить задание, а иной раз ему было на всё наплевать и приходило озарение, когда он чётко осознавал себя обычным игроком, которому, чтобы прекратить игру, просто нужно выйти из процесса.

Он впрягся в это дело, не понимая всех сопутствующих сложностей, они не касались его опыта или физической подготовки, – с этим всё было в порядке, зато воздействию подверглась его психика, именно данный фактор создавал всё больше проблем.

Алекс спрыгнул с кочки в воду и побрёл, к видневшимся вдали островкам. Утопая по пояс, он старался не потерять бдительность. Под слоем ряски могла скрываться яма или смертельно-опасная ловушка. Правда, Громов не верил, что может утонуть, и всё же перспектива оказаться по ту сторону игры, вызывала в душе уныние.

Неожиданно Алекс осознал, что не слышит амфибий. Минуту назад, они верещали и ревели, а сейчас умолкли, словно кто-то приказал им это сделать.

– Какого чёрта? – останавливаясь, процедил он.

В ту же секунду в дерево перед ним, вонзился арбалетный болт. Ещё один с хлопком нырнул в воду рядом с ногами.

– Мочите урода! – разнёсся над болотами вопль.

«Быстренько, они вышли на мой след, – подумал Алекс. – А как же «боевой телепортер», господин Спрут? Утопят, паразиты, меня вместе с ним, и тебе его никогда не получить».

Не разбирая дороги, он ринулся к зарослям осоки, там по крайней мере, он мог спрятаться и принять бой. Впрочем, Громов не знал каким силам ему нужно было противостоять. Если в «Большом забеге» участвовала сотня бойцов его шансы сводились к нулю.

Радовало лишь одно – вооружены были эти головорезы только арбалетами, а это значило, что бить прицельно на дальнюю дистанцию, они не могли.

Алекс выбрался на островок и залёг у трухлявого пня, других укрытий здесь не было.

Псы Спрута, наверняка двинут напролом, тут-то он их и встретит.

«Жаль времени нет, – с досадой подумал Алекс. – Я бы им организовал тёплую встречу...»

Он стянул с плеча автомат и прильнул к окуляру оптического прицела.

Вдали маячили головы разъярённых преследователей. Заросли осоки хорошо скрывали его позицию, и давали Алексу преимущество, с другой стороны не было никаких гарантий, что его не захотят взять в кольцо. Организовать окружение не составит труда – это лишь вопрос времени. А потом его просто забросают болтами.

– Надо отсюда сматываться, – прошептал Громов. – Убьют меня, и всё коту под хвост.

Он покосился на левое предплечье и заметил, торчавшую из мякоти стрелу. Только сейчас он понял, что тупая, ноющая боль в мышцах это результат чьего-то меткого выстрела, а вовсе не усталости.

– Вот ведь суки! – процедил он. – Всё-таки зацепили поганцы!

Он вырвал болт из руки и швырнул его в воду. Из отверстия фонтанчиком брызнула кровь, но Громов знал, что артерия не задета, гематома вскоре истечёт и беспокоиться в принципе не о чем. Кое-как ему удалось перебинтовать рану и, выждав минуту, он бросился наутёк. Для себя он решил боя не принимать даже если его обложат со всех сторон – в конце концов эти безмозглые болваны не были виноваты в его проблемах.

За островом лежала открытая, довольно протяжённая пустошь. Ветерок гонял по воде клочья ряски, поднимал невысокие волны. Впереди виднелись заросшие камышом берега, а ещё дальше редкий затуманенный подлесок.

«Туда и двину, – решил Громов. – На суше больше шансов сохранить шкуру целой».

Растянутая дугой, к нему двигалась цепь разношёрстных бойцов. Для них он был только дичью, которую следовало загнать и прикончить во имя господина. Впрочем, эти персонажи слабо представляли, что разумная дичь способна оказать сопротивление и нанести непоправимый урон. Ему ничего не стоило за пару минут уложить десяток этих олухов, да ещё сделать это с изобретательной изощрённостью.

Алекс злобно полоснул очередью поверх голов и, проследив за паническим отступлением «охотников» бросился прочь.