Павел Грегор – Рокада. За пределами восприятия (страница 2)

4

Старков встречал в холле. Он сидел в кресле и листал журналы.

–Как дорога? – вместо приветствия, спросил он. – Не укачало?

–Чуть не заснул, – отозвался Громов. – Спасибо, что вытянули меня из конуры, а то я уборкой хотел заняться. Теперь есть повод отложить.

Они обменялись крепкими рукопожатиями, потом майор повёл его к лифтам.

–Это я предложил твою кандидатуру, – улыбнулся Старков. – Я сразу понял, что для такого дела, широколобый умник не годится. Нужен кулакастый, готовый ко всему спец.

–У меня тоже широкий лоб, – скривился Громов. – Может, и я не подойду?

–Не скромничай, – майор пропустил Алекса в лифт и вошёл сам. – Дело не простое. И помимо кулаков у бойца должен быть мозг. Думать, принимать решения, действовать – так, кажется, в вашем подразделении подбадривают друг друга?

–Всё зависит от ситуации, – пожал плечами Громов. – Значит, всё-таки придётся действовать?

–Скоро всё расскажу. Но давай сначала я тебя познакомлю с командой.

5

Они поднялись на третий этаж, и это несколько разочаровало. Алекс полагал, что его проведут по нижним секторам, и он своими глазами увидит, как умные ребята создают технологии будущего.

–Не скрою, пару дней назад я сам не поверил бы в то, о чём мы станем сейчас говорить, – заметил Старков. – Как у тебя с реакцией?

–Никто не жаловался, – отозвался Громов. – С рефлексами у меня всё в порядке. К чему вопросы?

Через широкие двери они вошли в огромный зал с крошечными окнами. В полумраке мерцали мониторы, пахло пластиком и кондиционированным воздухом. За широким столом сидели трое: двое парней и молодая женщина.

–Сейчас познакомлю, – произнёс Старков. – Эти трое будут во всём тебе помогать, но это не вся команда, а только её руководящие звенья. Возглавляет группы Вероника Кранц, девушка боевая и требовательная, кудлатый оборванец Борис Кураев, а тот пухлик в бейсболке Лёня Иванов.

–Давайте сразу договоримся, – Алекс с интересом покосился на женщину. – Я главный.

–Мой ник «Ангел», – протягивая руку, сказал Борис. – И это неспроста. Поверь.

–Нам много о вас рассказывали, – улыбаясь, добавила Вероника. – К тому же мы посмотрели ваше досье.

–Надеюсь, рассказывали только хорошее, – усмехнулся Громов. – Ну, а если вы и досье смотрели, то, наверное, поняли, что я далеко не ангел.

–Хорошая шутка! – вставил Лёня Иванов. – Я тоже не ангел. Особенно по части дисциплины.

6

Впятером они вошли в конференц-зал, и расположились за широким столом. Старков не стал занимать место во главе стола, и вполне себе демократично разместился между Алексом и Борисом.

–Прежде чем посвятить тебя в суть задания, хочу кое-что тебе показать, – заметил майор. – Необычность ситуации в том, что в неё непросто поверить.

Старков кивнул, и Лёня щёлкнул на клавиатуре «Ввод». Сразу же запустился видеофайл.

На облезлой казённой койке сидел связанный по рукам и ногам человек. Глаза закатаны, волосы всклокочены. Изо рта на сукно смирительной рубашки капала слюна.

–Этого парня уже нет в живых, – пояснил Старков. – Разбил голову о стену.

Человек на видео неожиданно пришёл в себя и начал выкрикивать какие-то слова, отрывистые, резкие и взрывные. С каждой секундой он кричал всё громче и громче, пока его голос не превратился в яростный рык.

–Сумасшедших всегда хватало, – пожал плечами Громов. – А в наш век…

Первый ролик закончился и начался другой.

Всё те же казённые обшарпанные стены, тусклый свет и другой человек, который медленно прохаживался по больничной палате. Склонив голову на бок, он что-то бормотал себе под нос, пока состояние относительного покоя не сменилось беспричинным буйством.

Старков показал ещё несколько подобных роликов и когда решил, что Алекс достаточно проникся моментом, приказал Борису остановить запись.

–Таких свидетельств сотни, – пояснил майор. – Думаю, нет смысла показывать все прелести необъяснимых помешательств. Многие люди, запечатлённые на этих файлах мертвы, и смерть их была ужасной.

–Может быть, дистанционный гипноз, – пожал плечами Громов. – Для чего меня-то позвали? Кто-то из этих психов сбежал и его нужно поймать…

–Жестокий у тебя юмор, – отозвался Старков. – Всё не так просто, как кажется. Что ты знаешь про Ноосферу?

Громов криво улыбнулся и слегка качнул головой.

–Ноосфера – гипотетическое пространство, которое накапливает и сохраняет информацию обо всём, что только существует на Земле и во вселенной. Чему нет ни начала, ни конца. Но фактов подтверждающих наличие…

–Ноосфера существует, – сказала Вероника Кранц. – Для обывателя этот термин – пустой звук, странная гипотеза, смысл которой понять довольно сложно. Но наши исследования, начатые ещё двадцать лет назад, привели к удивительному открытию. Открытию, которое потрясло бы научные основы, если бы его обнародовали.

–Я не учёный, – отмахнулся Алекс. – Моя задача, решать вопросы силой, и я намного лучше разбираюсь в оружии, чем во всех этих заумных штучках.

–Узнаю упрямца, – рассмеялся Старков. – Ты всегда упираешься, когда что-то не понимаешь.

Майор выдержал паузу, откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел на Громова.

–Тогда зайдём с другой стороны, – растягивая слова, произнёс он. – Ты когда-нибудь слышал о проекте «Рокада»?

–Что-то знакомое, но… – скептически скривился Алекс. – Это что-то вроде дороги? Верно?

–«Рокада» это виртуальное пространство, – поправил Борис. – И в нём ежесекундно зависают сотни геймеров.

–Точно, – вспомнил Алекс. – Я видел рекламу, которая пришла мне на почту. Какая-то сверх популярная компьютерная игра. Но я в игры не играю, разве что на армейских симуляторах.

–Это не просто игра. Это мир, в котором действуют законы неподвластные людям, – Борис загадочно улыбнулся и покосился на Старкова. – И в этом вся проблема.

–За последние полгода, по необъяснимым причинам, погибли двадцать пять человек, – сказал майор. – Существует авторитетное мнение, что череда загадочных смертей связана с «Рокадой». И этому есть подтверждение.

–Хотите сказать, что все эти психи, играли в «Рокаду», а потом съехали с катушек? – удивился Громов.

–Геймеры не только сходят с ума и калечат себя в буйных припадках, – отозвалась Вероника Кранц. – Они умирают жуткой смертью и… Впрочем, на это лучше посмотреть.

Борис запустил следующий файл, и Громов увидел стандартный игровой зал с симулятором и игроком в экзоскелете.

–Такой экзоскелет стоит недёшево, – пояснила Кранц. – Плюс сенсорный костюм и бесперебойник, обеспечивающий непрерывность игрового процесса. Геймер способен оставаться в виртуале на протяжении нескольких дней.

–Некоторым удавалось зависать там на неделю, – добавил Кураев. – Немудрено, что некоторые потом сходят с ума.

Каждое движение человека в экзоскелете компенсировалось закреплёнными под потолком тягами, и со стороны могло показаться, что он выслеживает добычу. Подвешенный, в напичканной сенсорами и приводами оболочке, он напоминал машину, любое движение которой определялось программой. Наконец, игрок застыл и, вжав голову в воротник геймкостюма, выставил руки. В виртуале происходило что-то жуткое и невообразимое.

Игрок истошно закричал и забился в конвульсиях. При этом его, облачённое в экзоскелет тело, бросало из стороны в сторону. Крики стали громче, игрок запрокинул голову и, прикрываясь правой рукой начал сучить ногами. Через секунду его рука переломилась пополам, и из открытой раны хлынула кровь. Раны появлялись на его теле с изощрённой периодичностью, до тех пор, пока несчастный не затих.

–Ч-чёрт! – прошептал Громов. – Может аппаратный сбой? Вы обращались за консультацией к разработчикам экзоскелетов?

–Никаких сбоев, – отрезал Борис. – Детали экзоскелета изготавливаются из пластика, который по физическим свойствам не способен на такие перегрузки. По крайней мере сломать человеческую кость, он не может. К тому же существуют программные протоколы. Наши спецы перелопатили коды и ошибок не выявили. Чисто.

–Откуда у вас эта запись? – Алекс с сомнением покосился на Старкова.

–Современное геймерское оборудование снабжается видеорегистраторами, – пожал плечами Старков. – На случай непредвиденных обстоятельств, чтобы производителей исками потом не завалили.

–Почему на его теле появлялись раны? Он ведь умер от кровопотери. Верно?

–Он умер от болевого шока. Сердце не выдержало, – отозвалась Кранц. – Ни один существующий на данный момент сенсор, не способен передавать такую силу воздействия, от которой на теле человека может появиться ущерб не совместимый с жизнью. Это аномалия.