Павел Гейцман – Тайник (страница 15)
— А до конца обеда это не подождет? — спросил он с досадой.
— Говорит, что не подождет. Я сказал ему, что вы обедаете.
Винтер неохотно поднялся:
— Спасибо, вы были очень любезны. Скажите Филогену, чтобы отложил мою порцию.
Он поспешил на радиостанцию. Еще не было такого случая, чтобы Боукелика вызвал его, да еще во время обеда. Не произошла ли авария? Он вошел в палатку радиостанции. Передатчик был включен на прием.
— Шеф, — сказал Боукелика, когда Винтер вызвал его, — мы тут задержали одного человека, он пришел к нам поговорить. Похоже, это тот самый, который постоянно вертится возле базы. Надо бы вам с ним побеседовать, мы ведь для него так, простые работяги…
— Немедленно выезжаю к вам, — сказал он. — Ни в коем случае не давайте ему уйти.
Он побежал к машине, обед был забыт. На полном газу он двинулся на север, где Селим Боукелика углублял ненужную скважину, — чтобы держать под контролем дорогу, соединяющую оазис Эль-Хамма с базой.
Уже издали увидел он вездеход «мерседес» с буровой установкой и темно-красную палатку рабочих. На каменистой бурой поверхности она была единственным ярким пятном. Он повернул машину прямо к рабочему месту. Густой хвост пыли позади него сломался, обозначив новое направление. У скважины тоже заметили приближающийся «лендровер», рабочие высыпали из палатки, где укрывались от жгучих лучей полуденного солнца.
— Салам алейкум!
— Салам алейкум!
Он выключил зажигание. Мотор «лендровера» вздохнул и умолк, однако «мерседес» пыхтел на полных оборотах. Бурильная установка работала.
— Шеф! — выкрикнул Боукелика, когда Войтех вышел из машины. — Клянусь аллахом, это не моя вина, я не знаю этого человека. Он подъехал прямо к нашей машине, и у него нет разрешения от вас. Если бы с ним произошел несчастный случай, мне пришлось бы отвечать.
Возле палатки переступал с ноги на ногу коренастый мужчина лет пятидесяти, в старом европейском костюме цвета хаки, похожем на военный мундир. Поодаль стоял оседланный верблюд. Время от времени верблюд скалил зубы и издавал пронзительный хрипловатый рев, заглушающий гудение агрегата.
Винтер вопросительно посмотрел на мужчину.
— Я еще никогда не видел такой машины, господин, — сказал тот, извиняясь. — Аллах вас сохрани, когда у меня есть минутка свободного времени, я приезжаю и смотрю, как ваши люди работают. Меня зовут Юсуф Захра, у меня отель в Тамез- рете. Мое заведение посещают европейские туристы, путешествующие от оазиса к оазису…
— А ведь мы знакомы, господин Захра, — улыбнулся Винтер дружелюбно. — Не припоминаете?
Мужчина непонимающе смотрел на него.
— Время от времени мы наблюдали друг за другом в бинокль, разве не так?
— Я не знал, что это вы, господин. Мне нравится смотреть на базу, это интересно. Наверняка здесь будет большая добыча, тогда вся жизнь в окрестных оазисах изменится. А что именно здесь будут добывать, господин? — спросил он.
— Это вас так интересует? — улыбнулся Винтер. — Может, зайдем в палатку, присядем?
— Это меня очень интересует, — сказал тот бесхитростно. — Если здесь найдут нефть, изменится вся наша жизнь. Когда только приедете в Тамезрет, господин, будьте гостем в моем отеле, буду рад вас видеть, все будет для вас бесплатно. Все что пожелаете. Только позвольте мне иногда наблюдать за работами.
Винтер в задумчивости посмотрел на него. Что здесь правда, а что — ложь? Какую цель, собственно, преследует этот человек? В палатке было невыносимо, но она все-таки предохраняла от прямых лучей солнца.
— Да зачем вам это нужно, господин Захра? — спросил он наконец, с трудом подавив зевоту. Ему хотелось спать, как всегда в послеобеденное время, когда с особой силой наваливалась усталость. — Мы сами еще не знаем, даст ли разведка какие-нибудь результаты. Тут еще дел на много месяцев. Объезжая рабочие места, вы ничего не узнаете, только попусту потратите время. Может, лучше скажете мне правду? Так будет проще договориться.
Юсуф Захра, владелец отеля в Тамезрете, или кто он там был на самом деле, молчал. Смущенная простодушная улыбка исчезла, остался только сосредоточенный взгляд прищуренных глаз.
— Я уже сказал, господин, что если будет начата добыча, изменится до основания жизнь во всей окрестности. Земля, где нельзя выращивать финики, оливки, пасти овец, станет вдруг стоить большие деньги…
Винтер чуть заметно улыбнулся и кивнул. Кое-что начало проясняться. Нет, это не террорист, не шпион, это обычный коммерсант, арабский торговец.
— Да, возможно, — сказал он, стараясь сохранить серьезное выражение на лице. — Однако какое значение это имеет для вас?
— Такую землю можно купить, господин, или хотя бы заключить предварительное соглашение на покупку.
— А потом снова продать?
Захра кивнул.
Все ясно. Купить за гроши ничего не стоящие земельные участки, а позднее сбыть их добывающей компании за приличную цену. Техника спекуляции земельными участками проникла уже и на самый край Сахары. Но какая это была мелочь по сравнению с делами, которыми ворочают крупные компании! Смех, да и только.
— Я бы вам не советовал, господин Захра, — сказал он серьезно. — Что бы мы тут ни нашли, в любом случае сырье будет лежать на больших глубинах. На трех, а то и на четырех тысячах метров. Разработки начнутся тут не через год-два, как вы предполагаете, а лет так через десять или пятнадцать, когда добыча с таких глубин станет выгодной. А если цены на сырье упадут, разработки могут и вообще не начаться. И деньги, вложенные в земельные участки, вы никогда не получите обратно.
Он замолчал. Захра ломал пальцы, возведя глаза к небу.
— Вы серьезно так думаете, господин?
— Мне незачем вас обманывать. То же самое я скажу каждому, кто заинтересуется.
— А фосфаты?
— В этом районе фосфатов нет.
— А нефть?
— На глубине тысячи метров мы еще не нашли ее. Может быть, глубже… не знаю. — Захра удрученно смотрел на него. Разочарование казалось неподдельным. — На вашем месте я вкладывал бы средства на побережье. Возведите отель в одной из бухт Малого Сырта, и капитал вернется к вам через пять лет. К вам будет ездить вся Европа.
Верблюд опять издал страшный скрипучий рев. Не говоря ни слова, Захра взобрался в седло. Они смотрели, как он удаляется прочь через красноватый Эрг. ТАМЕЗРЕТ 30 км.
— Ну, что скажете? — спросил Винтер капитана Боукелику, который стоял за палаткой и мог слышать каждое слово. Тот пожал плечами.
— В целом звучит правдоподобно. Мы установим его личность, тогда все станет ясно. Если он действительно владеет отелем в Тамезрете, вероятно, можно ему верить. Неплохая мысль. Почему бы и не вложить деньги в землю, из которой каждую минуту может ударить нефтяной фонтан? Тут все об этом только и мечтают. Что же еще можно тут искать… А у него к тому же водятся деньги.
— Мне тоже кажется, что это не связано с Тиссо, — в задумчивости согласился Войтех. — Думаю, теперь я могу пообедать.
— Непременно, доктор, и простите, что мы вас побеспокоили. В Габес вы уедете вечером или завтра утром?
— Если получится, вечером. Не могу дождаться минуты, когда залезу в море.
— Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что в отель «Магриб» поступил на работу новый официант. Его зовут Махмуд Хахед, он наш человек. Если похитители попытаются с вами связаться, сразу же информируйте его. Мы устроили так, чтобы он обслуживал ваш стол. Если что — закажите виски «Gold Cock». Мы предполагаем, что они свяжутся с вами по телефону или через того адвоката. В любом случае закажите себе «Gold Cock», даже если официант ответит, что у них этого сорта нет. О дальнейшем не заботьтесь. Соглашайтесь сделать то, что потребуют похитители. Это ясно?
Он кивнул и забрался в свою раскаленную машину. Счастье, что Генрика не приняла приглашение, — на этой неделе ему будет не до любви.
— Приятного аппетита, господин доктор…
Он бросил на Боукелику насмешливый взгляд.
— Я уже давно потерял его, мастер, — и включил скорость.
«Лендровер» направился обратно к югу, где волнистая линия барханов сливалась с горизонтом.
Время от времени она окидывала Войтеха долгим изучающим взглядом, потом вновь отводила глаза в сторону моря. Она уже давно поняла, что не стоит- навязывать человеку свою точку зрения, что лучше не давать ответа, чем давать, лучше выжидать, чем спешить, — и еще то, что в ее возрасте трудно стать для кого-то центром Вселенной. Невозможно сберечь все, чем владел когда-то. Что-то находишь новое, что-то теряешь навсегда.
Они сидели в белых плетеных креслах на террасе отеля и молча пили терпкий зеленый чай из тонких фарфоровых чашечек. Час назад он приехал со своей невозможной базы. Она содрогнулась. Представление о Бир-Резене здесь нагоняло на нее ужас. На террасе отеля «Магриб» невозможно представить, что существует такое место.
Далекие одинокие светлячки бесшумно проносились вдали в направлении габесского порта. Белая кайма брызг выделялась на темном фоне пляжа. Здесь кончалась Африка — или начиналась, если поглядеть с другой стороны.
Так она и представляла себе отдых там, в духоте своего бунгало. Свежий приятный ветерок с севера и глухо ворчащее невдалеке море.
Ажурная колоннада белела в ночи. Она ни о чем не хотела думать, ни о чем вспоминать, только остановить время и продлить эти минуты до бесконечности. Но она знала, что время продолжает течь и безжалостно смывает все, что стоит у него на пути. Против такого наводнения нет спасения.