Павел Фёдоров – Письма Филиппа (страница 14)

– Он прав в том, что так называемое технологическое развитие принесло прежде всего в общество безответственность.

– Да, именно, находясь как Илья с природой на равных за свои промахи человек отвечал сам – своей жизнью. Сила природы ровна силе человека – это тождество. Нет у человека другой силы, только от земли, где он родился и вырос. Получив в руки технику, человек передал ей права обладания силой, а сам стал её обслуживающим персоналом. Но любой трактор неразумен, ему неважно, что он творит, он может вырубить под корень лес и образуется пустыня, может перепахать и где можно и где нельзя без сожаления потому что неответственен за результат, а человек снял с себя обязанность соотносить свои действия с требованием и законом природы. Появился термин – производительные силы, то есть силы, обеспечивающие функционирование промышленного производства. Человек ничего не производит! – производит земля, это она даёт нам сырье, материалы, еду, воду, воздух, одежду и всё остальное, но мы не просто всё забираем, а даже требуем, как само собой разумеющееся. Илья об этом знает, потому он никогда не возьмёт больше того, что необходимо ему и его семье. Подчёркиваю – необходимого! Земля даст человеку ровно столько сколько он в обмен отдаст ей своей силы и не сразу, а через год. Человеку для восстановления своей силы нужны часы, а для земли годы. Посадив семя, земля рождает много семян, но потом восстанавливает свои силы. Потому человек планирует отношение свои с землёй не на час или день, а как минимум на год – до следующего урожая. Срубил лес – нужны десятилетия чтобы вырос новый. Но человеку мало – он начал отравлять и разрушать землю, минуя законы кругооборота и восстановления.

– Ты знаешь, я вдруг поймала себя на мысли, а ведь со временем диктата промышленного развития у человека из оборота ушло понятие сила природы, но на замену инфраструктура предложило свой термин – энергия. С этого момента все принципы расселения людей и развитие общества связано с одним условием: доступом к энергии – электрической энергии.

Подошла официантка, поставила пирожные, чашки с кофе, забрала на поднос пустые тарелки и ушла.

– Точно, совершенно точно, это именно так. Этот эффект очень хорошо виден особенно здесь в России.

– Почему именно у нас?

–Потому что исчезла система централизованного распределения и планирования размещения потребителей электроэнергии. Последняя схема, разработанная в «застойные» времена, больше неактуальна, а новой нет. А самое главное! – её некому теперь разрабатывать. В корне изменились экономические условия развития страны, которой больше нет!

– Ты хочешь сказать, что огромные экономические территории России остановились? А всё наше так называемые технологические прорывы, рост ВВП и прочие мудрёности, это просто иллюзия?

– Нет, что ты, это только на первый взгляд кажется, что существует власть, и сегодня она исполняет свою привычную функцию, единственную для которой собственно она и поставлена – роль детины с кистенём на большой дороге. На первый взгляд страна разрушена, уничтожена, но это только на первый взгляд. На самом деле ничего подобного. Просто после снятия урожая, посаженное семя нового поколения ещё не взросло. Точкой отсчёта проявления сути нового поколения условно можно считать появление фильма «Филёр». Именно тогда нарушил границу и на нашу землю открыто вступил в очередной раз враг. Ему нужны природные ресурсы нашей земли. Сначала человека согнали с земли где он родился и вырос, лишив его природной силы, затем поставили обслуживающим персоналом промышленного «роста», сделав заложником разрешения на доступ к энергии и вот настал черед установления прав на ресурсы – источника энергии. Круг почти замкнут. Осталась одна незначительная и последняя деталь – полная ликвидация народа. Мы почти подошли к этому рубежу.

– Но многим считают, что мы после разрухи восстанавливаемся, возрождаемся или даже развиваемся.

– Нет! И ещё «… тридцать три раза …» нет. Помнишь, как мы начинали восстанавливать, а ведь практически полностью стояли перед фактом остановки. Пустые коробки предприятий без людей и оборудования, ноль Госзаказа, отсутствие выручки от реализации, отсутствие зарплаты, почти пустые КБ и Лаборатории. Но зато в изобилие зарубежные консультанты, с полным набором рекомендаций. Им уже переданы частично разработки и технологии – это уже их собственность. А как они с нами разговаривают: «Я готов у вас разместить вот это производство товара в этом объёме и по этой цене. Нет?! А вы подумайте, но времени у вас мало». С нами разговаривают только как с рабочей силой для производства дешёвого ширпотреба. Методично и неумолимо нам внедряют психологию даже уже не раба, а технического обслуживающего персонала: у вас больше нет государства, нет плана, нет будущего, а есть хозяин и временная работа, при этом хозяин уже назначил управляющих собственностью – это реальность. Новое поколение скоро окрепнет, оно уже получило из рук хозяев власть и собственность.

– Ты знаешь, я не то что с тобой согласна, согласиться с этим трудно и как-то отгоняешь мысль от такого, но ведь это не в первый раз и каким-то образом народ побеждал, прогонял врага?

– Да, вроде дело сделано, но именно не всё так просто. Не работает экономика, как хочет «хозяин», каких угодно назначай управляющих, а всё равно не заработает. Не тот здесь народ как везде, не такой простой как кажется. Враг не понимает и никогда не поймёт на каких принципах основана и живёт наша Родина.

– Думаешь враг знает, догадывается об этом?

– Нет, он лишён возможности понимания таких процессов, совсем, потому с самого начала он обречён – противоречивая идея и подход для хозяев, а что делать!? «Кто с мечом к нам войдёт – от меча и погибнет!».

– Владислав, вот ты говоришь враг, это кто, если абстрактно? Западная цивилизация или восточная, кто изначально, по твоим словам, настроен на уничтожение нашего народа? Пошли по саду побродим?

– Пошли, – растерянно пробормотал Владислав, как-то засуетился, не зная, что предпринять, как будто его неожиданно застали врасплох.

Они вышли на улицу и пошли по направлению к саду. Вдруг Владислав остановился, увидев какую-то афишу.

– Ты любишь органную музыку? – Кира остановилась рядом с ним, тоже рассматривая афишу о концерте. – Как странно, совпадение, а может нет, явно этим что-то сказано, – Владислав бормотал сам себе, потом повернулся к Кире, – да, извини, нет, правда, действительно странно, я этого музыканта уже слышал, живьём, он уже приезжал сюда. И вот что странно, я тогда был на первом курсе, также шёл по улице и случайно увидел вот такую афишу о его концерте….

– Ну и что, что в этом странного?

– Да вроде ничего, но понимаешь, я его уже тогда знал, у меня дома была его пластинка, я слышал его, это поразительный музыкант. Я сразу рванул в кассу и купил билет на его концерт, ещё так радовался тогда, что успел, пока не раскупили, ну как же такой музыкант и услышать его живьём, это что-то. – Владислав замолчал, видимо погрузившись в воспоминания.

– Ну, и…, что не так с концертом?

– Да нет, всё так, – улыбнулся Владислав, – просто на концерте слушателей было чуть больше половина зала, причём треть из тех, кто пришёл, были явно вообще случайные. Я тогда впервые задумался о том, почему для одних – это великая музыка, а для других, её, по сути, и вовсе не существует в природе? Он играет совсем не так как принято, ну не знаю, принято ли так играть, но не так. Он играет вроде бы и на органе, а воспринимается так, как будто слышишь оркестр, причём буквально оркестр. Поразительно. На пластинке это не так слышно, а в зале просто был ошеломлён. Я потом ходил по городу и всё себе твердил, что вот он был здесь и никто этого не слышал, а где тогда все эти знающие, понимающие, ценящие и прочие любители, ведь они же не могут не знать об этом? Получается, что не знают. За основу принят некий критерий узнаваемости, а если не прошёл тест на сравнение, то и нет тебя, как бы вовсе.

Какое-то время молча гуляли по дорожкам, народу было совсем мало, тихо шелестели листья и у обоих одновременно возникла какая-то внутренняя скованность.

– Ты пойдёшь на концерт? – Кира украдкой посматривала на него со стороны.

– Нет, ну как я пойду, там билеты теперь такой цены. Я раньше в молодости брал обычно входные, а там либо стоял, либо где ни будь…. А сейчас нет, там и народу битком и цены…, теперь это бизнес. В этом он себя и проявляет таким образом.

– Враг? Так кто это? И, вообще, существует ли он?

– Существует. Он – это мы.

– Ну, это разговор ни о чём, так можно сказать о чём угодно: белое – это чёрное, чёрное – это белое и так далее. Кстати, я как раз собралась сходить на этот концерт, у меня освободился один билет, могу его отдать тебе.

– Кир, у меня нет таких денег, – настойчиво повторил Владислав.

– Если очень захочешь, то потом отдашь.

– С чего отдам?

– Да не надо мне никаких денег, просто людям это не надо, они и не идут, билеты висят, так давай сходим, раз есть билеты!

– Это, что за счёт конторы, через «профком»?

– Ну да, что-то в этом роде…, представительские, их закупают по требованию для гостей, а потом на концерты или спектакли никто не идёт, так и остаются…