Павел Дмитриев – Поколение победителей (страница 4)

Это был нокаут. Не ожидал, что поездка в капстраны является в шестьдесят пятом такой великой, но недостижимой мечтой. Вернее, разумом понимал, в учебниках читал. Но столкнуться с этим самому – совсем иное дело. Наверное, для меня сравнимым потрясением стали бы свободные контакты с инопланетянами в духе: «А что, в каникулы махнем на Тау Кита?»

– И как там?! – в голосе Кати послышалась нотка благоговения.

– Да так же почти, как у нас. Где-то побогаче, а где-то и победнее. А в торговых центрах так вообще страну только по языку отличить можно, все одинаковое.

– Но, наверное, не все могут себе позволить ездить по заграницам? – Идеологически подкованная комсомолка продолжала сопротивляться. – Это доступно только богачам, эксплуататорам?

– Не дешево, конечно. Но квалифицированный специалист типа меня может себе позволить недорогие страны типа Египта раза три-четыре в год, если «ни семьи, ни детей». Напрячься, конечно, придется: за это надо отдать минимум половину месячной зарплаты.

– А когда же работать? – не могла поверить девушка[4].

– Говорил же уже, это четыре-пять часов самолетом. Никаких документов, забронировал отель через Интернет, купил билет, и готово! Можно за полчаса все оформить, не выходя из дома, слетать на пару отгулов, захватить праздник и выходные.

Екатерина замолчала, похоже, и ей надо было уложить в голове информацию. Немного подумав, я продолжил:

– Хотя, ты знаешь, и у нас не все так хорошо. Учителя сельские, к примеру, совсем мало получают. Им на отпуск нужно пару лет копить. А если с детьми да с мужем не повезет, совсем труба. Помощи от государства нет никакой, капитализм волчий, натуральный. Пенсии маленькие, квартплаты высокие. А уж сколько квартиры стоят!.. Их люди все больше в кредит покупают, выплачивают по двадцать – тридцать лет.

– А в космос, на дальние планеты летаете? – перебила меня Катя. Что значат материальные эмпирии по сравнению с романтикой!..

– С космосом… Плохо с ним все. На Луну американцы высадились в шестьдесят девятом – первые и последние. Наши сдались, только автоматы-луноходы посылали пару раз. До Марса так и не добрались: дорого. Люди на орбиту летают довольно часто, станция есть международная, но все это, в сущности, мелочи. Нет от космоса коммерческой отдачи – и он практически не развивается. Не поверишь, от экономии на старых ракетах, разработанных в твое время, летают. И наши, и американцы.

– Наверное, вы скучно живете. – Ну, какой талант-самородок идеологически подковал девушку! Такая быстро докажет, насколько хорошо жить при коммунизме.

– Знаешь, все развитие ушло в компьютеры и Интернет. Там настоящая виртуальная жизнь. Море общения, информации, игр.

– Что значит виртуальная?

– Хм… – Как тут ответить? Так у меня за спиной ноутбук лежит! – Сейчас, покажу!

– Ух ты, какой телевизор маленький!

Открыл старичка Dell’а. Старый уже, тяжелый и медленный. Что у нас в открытых вкладках хрома? Сохраним, тут Интернета долго не будет. А вот теперь и показывать можно. Фейсбук, например.

– Вот, смотри. Эту картинку показывал сервер всемирной сети Интернет. Расположен, кстати, скорее всего в США. Но без проверки по адресу точно нельзя сказать, так как их много по всему миру. На серверах несколько сот миллионов людей из разных стран могут оставлять любые данные – тексты, фотографии, видеоролики. А также комментировать их или просто переписываться. Сообщения доходят за секунды…

Тут я понял, что гибкость сознания девушки достигла своего предела. Она «отключилась» и просто молча смотрела в монитор, явно не принимая моих объяснений. Что бы ей показать более привычное? Как говорил классик, из всех искусств важнейшими являются кино и цирк. Лишнего цирка в запасе нет, а вот десятка три авишек на ноуте завалялось. Выберем… Пожалуй, «Аватар».

– Знаешь, посмотри лучше фильм нашего времени. Это фантастика, сказка, в реальности подобных технологий у нас пока нет, но в принципе многое весьма близко… Только дверь наконец захлопни – холодно и комары, есть же ручка! – Я показал на примере своей двери, как работает механизм.

После первых пяти минут Катя полностью ушла в кино. Ее лицо откровенно демонстрировало всю гамму чувств, видеть это было даже несколько неудобно, примерно как подглядывать в окно… за красивой девушкой, неосмотрительно надевшей полупрозрачную ночнушку. В общем, чтобы оторваться от созерцания чуть приоткрытых губ, пришлось приложить некоторые усилия. Но слишком о многом надо было подумать.

Во-первых, особой альтернативы сотрудничеству с советским правительством не имелось. Прятаться глупо, да и найдут в два счета, с моим-то «богатым» криминально-партизанским опытом и знанием эпохи. А вот принести пользу родной стране, уж простите за пафос, можно немалую. Одни только артефакты должны при разумном использовании двинуть прогресс вперед. Знание конечного результата многое проясняет в исследованиях, да и нет в моих железках ничего невозможного для науки шестьдесят пятого. Спутники запускают, атомные бомбы собирают. А технологии – дело наживное, тут скорее необходимы ресурсы и время.

Из опыта общения с гаишниками двадцать первого века я давно уяснил: апеллировать к доводам разума стоит начинать с капитана, а лучше – майора. Кто ниже званием может только составить протокол, задержать, обыскать и не пущать. Вытрясти взятку, наконец. Впрочем, последнюю и майоры не прочь получить, только обставляют дело с куда большим артистизмом. В общем, сейчас мораль простая: любой ценой выходить на руководителей высокого ранга.

Начинать сотрудничество с младшего сержанта милиции – верный способ получить клеймо шпиона, форсированный допрос и отсидку в камере до тех пор, пока провернутся бюрократические шестеренки. Да еще имеется немалый риск, что рапорту этого самого сержанта просто не поверят. Молча поставят галочку в его анкете, дела сдадут в архив, железки на дальний секретный склад, а меня в психушку.

Во-вторых, что делать с информацией о вождях? Да и вообще, с перспективой развала страны в ближайшие двадцать лет? Наиболее интересное художественное описание властителей того времени можно почерпнуть в фантастике Стругацких. Неизвестные отцы из «Обитаемого острова» суть Политбюро ЦК. Подковерные интриги, борьба за расстановку кадров, отрасли промышленности и ресурсы. При этом еще нужно не забыть свои спецпайки, служебные автомобили и дачи. И все это именем КПСС и во славу народа. Впрочем, в моем будущем все ничуть не лучше, разве что честнее – дерутся ради денег, не сильно вспоминая про свой долг перед избирателями.

Насколько помню курс истории СССР за восьмой класс, после смещения Хрущева власть в основном делили три группы – комсомольцы Шелепина, партаппаратчики Брежнева и, кажется, сторонники Подгорного. Победили брежневцы как более опытные и хитрые, а может быть, удачливые. Но это был выигрыш по очкам, некоторое время борьба шла почти на равных.

Куда попадет информация о моем существовании? Сразу в ЦК? Да в жизни не поверю, что такой пробой реальности никто из «неизвестных отцов», тьфу, секретарей, не постарается воспользоваться в своих интригах. Принцип простой – если я ничего не хочу менять в современном политическом раскладе, достаточно, чтоб информация дошла сразу до всех группировок. Нет ничего проще, чем сдаться в местном обкоме КПСС первому секретарю в присутствии второго и третьего.

Хорошо это или плохо? Плюсы – история мне более-менее знакома, а значит, более предсказуема. Минусы – подробности жизни Брежнева из меня так или иначе достанут. Химией, уговорами, гипнозом, побоями… Надеяться на замалчивание фактов в моем положении не приходится. Но правда весьма опасна для будущего пятикратного Героя Страны Советов, а значит, у него будет желание видеть меня как можно реже и как можно дальше. А лучше не видеть совсем.

М-да… Что-то этот путь мне совсем не нравится. Конечно, есть ненулевая вероятность того, что Леонид Ильич окажется человеком умным, учтет свои ошибки, и мир увидит совсем иного Генерального секретаря. Сколько ему сейчас? Так… Умер он в год моего рождения, и было ему лет семьдесят пять минимум. Значит сейчас около шестидесяти. Можно поверить, что в таком возрасте человек сможет начать жить по-новому? Нет, нет и еще раз нет! Да и окружение ему под стать, не зря в начале восьмидесятых была настоящая «пятилетка смерти»[5]…

Есть ли другой вариант? КГБ сейчас возглавляет Семичастный, вот не помню его имени-отчества. До него эту должность занимал Шелепин. И отношения у них хорошие, если не сказать большего. Хрущева свергали вместе, в опалу попадут друг за другом. Друзьями останутся даже в старости.

Ничего бы про них не знал, но месяц назад, в две тысячи десятом году, под Смоленском упал самолет Качинского. Бесконечное перекатывание катынского дела в прессе подвигло меня копнуть историю чуть глубже. Кроме ура-патриотической трескотни попался стоящий рассказ следователя Генеральной прокуратуры, который в тысяча девятьсот девяносто втором допрашивал Шелепина об уничтожении в пятьдесят девятом личных дел польских офицеров. Осталась всего одна папка, которую потом и передавали генсекам до Ельцина.

Подробности уже забылись, но особо интересными показались два факта. Даже на восьмом десятке товарищ Шелепин отказался отвечать на вопросы без помощи друга – Семичастного. Такие отношения не часто встретишь на Олимпе – вернее, это что-то реально удивительное. И второе, архив убрали по записке, подготовленной неведомым офицером и подсунутой Шелепину на подпись в третий месяц его пребывания на должности руководителя КГБ. Все под соусом: «Тут бесполезные секретные бумаги занимают целую комнату». Что стоит молодому руководителю подмахнуть приказ очистить помещение?