Павел Дмитриев – Фанфики на цикл "Еще не поздно" (страница 4)
— Присаживайтесь, мистер Бжезинский! — пригласил гостя новый хозяин Белого дома Роберт Кеннеди (в этой версии истории Роберт Кеннеди не был застрелен и победил на президентских выборах 1968 года). — Итак, господа, начнем.
— На днях мы получили по дипломатическим каналам официальное приглашение от Москвы провести переговоры. — С этими словами советник по национальной безопасности Генри Киссинджер[3] протянул Бжезинскому папку с документами. — Вчера состоялась встреча с Добрыниным[4], он подтвердил твердое намерение провести переговоры на самом верхнем уровне уже в этом году. Основная цель сокращение стратегических наступательных вооружений. Советы даже предложили название "razryadka".
— Нам нужно понять, нет ли здесь подводных камней, — заметил министр обороны Клиффорд[5] — с одной стороны коммунисты в одностороннем порядке пошли на ограничение боеголовок, да и нам самим выгодно сократить бюджет. Но с другой стороны мы не можем знать до конца всей информации. В министерстве опасаются, как бы не получилась обратная ситуация, когда мы окажемся отстающими по некоторым видам вооружений. Наши специалисты считают, что ряд предлагаемых решений неприемлем.
— Ваши игрушки вынимают из бюджета изрядную долю, — ворчливо заметил вице-президент Хамфри[6]. — Как администрация будет объяснять налогоплательщикам растущие военные расходы? При том, что Советы не преминули воспользоваться данным фактом и развернули бурную агитацию против гонки вооружений. К тому же последние пару лет выдались весьма беспокойными для нас. Считаю, что в их предложении содержится изрядная доля здравого смысла.
— Более того, — продолжил Кеннеди, — похоже, что комми решили все-таки кардинально решить вопрос по Германии. Пока что не совсем ясно, что именно они хотят, ох уж этот эзопов язык дипломатии. Похоже, они рассчитывают на серьезное расширение экономических связей. Я так полагаю, что за свои действия они ждут симметричный ответ с нашей стороны.
В любом случае, подумал про себя Кеннеди, продвижение в германском вопросе позволит завоевать дополнительные очки перед следующими выборами. А, как известно, четыре года пролетят незаметно. В глубине души хотелось войти в историю не только как продолжатель успешной династии, но и как политик-миротворец[7].
— Господа, — начал Збигнев, — наш институт внимательно отслеживает ситуацию по Советскому Союзу. Могу с уверенностью сказать, что в политике Москвы в последние годы произошли кардинальные изменения. Несмотря на внешнюю приверженность коммунистическим идеям, к власти пришла группа весьма прагматичных руководителей. В отчетах я уже докладывал, что они заметно снизили внешнеполитическую риторику, касающуюся мировой революции. Их politburo во главе с Микояном сконцентрировалось на решении внутренних экономических проблем. Известно, что сейчас они активно проводят модернизацию промышленности, хотя я глубоко сомневаюсь в возможностях советской экономики. Китайский кризис показал, что с новыми руководителями СССР можно успешно вести переговоры. В этом случае у нас появляется уникальный шанс ослабить влияние Советов в Восточной Европе и внести раскол в их блок.
— Ситуация с Китаем решилась неоднозначно, — заметил Киссинджер, — Москва весьма неплохо воспользовалась результатами культурной революции. Они расширили сферу своего влияния на северные территории Китая. В частности, возобновили железнодорожное сообщение через КВЖД, и вообще, со стороны юго-востока их территория оказалась удачно прикрыта буферными государствами.
— Тем не менее, разделенный Китай более удобен для воздействия. Убежден, что мы сможем успешно играть на противоречиях между коммунистами, — Бжезинский постарался уйти от неприятной темы. — Нам необходимо рассматривать страны Варшавского договора не как единый блок, а как множество стран, скованных в границах советской империи. И если Москва так стремится к разрядке, мы сможем форсировать сотрудничество с этими странами по всем направлениям. Но для более подробного анализа мне нужно несколько дней.
— Хорошо, — подвел итог Кеннеди, — тогда через неделю жду от Вас, мистер Бжезинский, развернутый анализ ситуации. А Вам, Генри, — обратился президент к советнику по национальной безопасности, — прошу подтвердить Советам нашу заинтересованность провести переговоры в этом году.
Переговоры в Хельсинки и Вене
В конце 1969 года в Хельсинки в конфиденциальной обстановке прошли переговоры высокопоставленных представителей Советского Союза и Соединенных Штатов.
Данные переговоры позволили утвердить формат предстоящих соглашений. Стремление получить передышку в холодной войне подталкивало обе стороны к взаимному поиску компромиссов. Впервые в мировой дипломатической практике две сверхдержавы смогли сопоставить ядерные арсеналы, несмотря на территориальные, технические и исторические особенности развития каждой страны.
Несколько раундов переговоров позволили воспитать плеяду советских дипломатов, получивших неоценимый опыт подготовки и ведения переговоров столь высокого уровня. Хотя наличие мощного военного лобби с каждой стороны заметно осложняло воплощение некоторых предложений. Например, советским дипломатам с трудом удалось добиться ограничения в разработке национальных систем противоракетной обороны.
Наконец, в 1971 году, после продолжительных переговоров и дискуссий, между СССР и США в Вене были подписаны Договор об ограничении стратегических вооружений и Договор об ограничении систем противоракетной обороны[8].
По воспоминаниям одного из разработчиков Договора по противоракетной обороне Г.М. Корниенко[9] — в нем нашло воплощение политическое мужество тех, кто сумел понять, и открыто, перед всеми народами признать, что в ракетно-ядерный век единственно разумным и наилучшим способом защиты является взаимный отказ от защиты, то есть создания территориальных систем противоракетной обороны.
Это позволило разорвать порочный круг гонки наступательных и противоракетных вооружений, которые являлись самыми дорогостоящими направлениями в военной промышленности. Отдельной победой советской дипломатии явился высокий международный статус подписанных соглашений и их бессрочный характер.
Совершенно неожиданным было предложение Советского Союза по Германии. Речь шла об установлении режима наибольшего благоприятствования в торговле между ФРГ и ГДР. При этом существенным условием было заявлено взаимное сокращение воинского контингента с обеих сторон.
— Господа, — начал свой доклад политолог, — анализ последних тенденций в области политики и развития технологий показывает, что наше общество находится на пороге глобальной трансформации. Постепенно на смену тяжелой промышленности приходит высокотехнологичное производство, наступает технотронная эра[10], а это, по моему мнению, приведет к смене элит. При этом ведущая роль в этом процессе достается промышленно развитым государствам с эффективной экономикой. Безусловное лидерство Америки позволит оказывать воздействие на глобальные политические процессы.
Таким образом, поступившее в Хельсинки предложение Советского Союза по развитию торговых отношений между ФРГ и ГДР нам крайне выгодно. У нас появляется шанс вовлечь в сферу своих экономических интересов страны Восточной Европы, что в перспективе может привести к смене руководителей в этих государствах и к их подлинной независимости от авторитарного Кремля.
Любопытно, что мониторинг высказываний советских лидеров выявил значительные изменения в идеологии. В последнее время они делают ставку на так называемый "постиндустриальный" коммунизм. Более того, под руководством премьер-министра Косыгина проводятся экономические реформы, нацеленные, прежде всего на повышение эффективности советской экономики.
И хотя я уже неоднократно заявлял о неэффективности советской экономики, считаю, что в ряде направлений они могут получить преимущество за счет концентрации ресурсов.
На северо-западе СССР впервые в советской истории создана свободная экономическая зона. Если отбросить все идеологические декорации, фактически это небольшой остров капитализма, где действуют рыночные законы, разрешено хождение валюты и множество других послаблений. Считаю, что это является прямым влиянием Генерального секретаря Микояна, который, как вам известно, по национальности армянин и уважает торговлю.
По Германии Советы предложили организацию аналогичной свободной экономической зоны, первоначально в Берлине. Одновременно они предлагают взаимно сократить воинский контингент на пятьдесят процентов. При этом существенным условием является режим наибольшего благоприятствования в торговле, особенно они оговорили доступ к высокопроизводительным машиностроительным технологиям, точной механике, оптике и электронике. Также предлагается организовать обмен студентов и специалистов со стороны ФРГ, ГДР и СССР для стажировки и обмена опытом.
Конечно, существует риск, что полученные технологии будут использованы советами в военно-промышленном комплексе. Однако считаю, что с подписанием договоров об ограничении стратегических вооружений, данный риск приемлем. Да и советская промышленность, как я уже заявлял, не сможет существенно нас опередить.