Павел Диброва – Демонтиваторы (страница 7)

– Что-то я не понял, у соседей ты убираться отказался, ссылаясь на то, что у тебя нет рук, а только крылья, как же ты теперь горошинки мелкие с пола собирать будешь.

– Теперь придется, – обреченно сказал демон, а потом самодовольно добавил: – И при этом, очень легко и эффектно, – вот смотри. Он растопырился, сжал когти на лапах, а крыльями начал делать вращательные движения.

И все, что до этого толстым слоем покрывало пол, вдруг поднялось в воздух и начала разделяться на виды круп, образуя собственные кучки. Я завороженно наблюдал за процессом. Схал же продолжал делать какие-то манипуляции крыльями. Через минуту весь беспорядок был устранен, а крупы были расфасованы по тем пакетикам, в которых они были изначально.

– Браво! – захлопал я в ладоши. – Я и не знал, что ты так умеешь!

– Я много чего умею, просто лень каждый раз возиться, это, между прочим, больших затрат сил требует. Но я понял, что действительно перегнул палку, ну и прибрался. А к твоим соседям у меня такого отношения не было никогда и не будет, так зачем же мне было ради них утруждаться? Вот потому тогда и сказал, что не смогу ничего сделать, – проговорил он, пожимая крыльями, словно извиняясь за свой небольшой обман.

– Ладно, и на этом спасибо, кстати, а чего это ты там ешь? – спросил я, приглядываясь к упаковке, из которой Схал проворно выуживал кусочки и с удовольствием уплетал. – Ха, да это мюсли, причем купленные мною еще месяца три назад.

– Не знаю я, что это и название странное, но очень вкусно, жаль у нас такого не делают. А тебе жалко, что ли? – перестав клевать, уставился на меня демон.

– Да нет, просто я не понимаю, ты ж вроде к себе домой мотался, чего там не поел.

– Там у меня в гнезде хоть черепом покати, потому у тебя и искал чего перекусить.

– То есть ты планируешь теперь все время у меня питаться? Мне, конечно, не жалко, но тут самому-то не всегда хватает, а с тобой так мы вообще с голоду помрем. – Я замолчал, а потом, хлопнув себя по лбу, спросил:

– Слушай, Схал, а вот когда ты к соседям и обратно через пол летал, ты так еще можешь?

– Конечно, это ж в твоем мире элементарно, у вас нет никаких противопросачивающихся красок, не то что у нас, а почему ты спрашиваешь?

– Ну так мы ж, люди, всю еду покупаем в магазине, а магазин, по сути, та же квартира, только значительно больше и, кстати, склад магазина находится точно под моей квартирой, через два этажа вниз. И ты, насколько я понял, можешь туда просачиваться и сам себе еду выбирать.

Выслушав меня, демон тут же встрепенулся, схватил практически пустую упаковку из-под мюсли и нырнул в пол. Не было его, наверное, чуть больше минуты. Наконец, он выпорхнул снизу, сгибаясь под тяжестью огромного мешка с мюсли.

– Ого! – смеясь, воскликнул я, – ну ты и жадина!

– Уф, еле допер, зато надолго хватит, – гордо проговорил Схал, поглаживая упаковку. Потом задумчиво посмотрел на меня и участливо поинтересовался:

– Может, и тебе чего принести, а?

– Было бы очень кстати. Слушай, захвати там мяса, картошки, ну и пару бутылок крымского полусладкого.

– А как это все выглядит, я ж не знаю, дай мне пустые образцы, чтобы сравнить было с чем, – попросил демон.

Я оглядел кухню и понял, что после уборки не осталось ничего, чтобы я мог вручить Схалу для примера.

– Да, боюсь, сейчас я в пролете, но мы с тобой потом в магазин вместе сходим и ты сам увидишь, что мне нужно, договорились?

– Конечно, без проблем, – ответил демон, аккуратно вскрывая пакетище с так понравившимися ему сухофруктами.

Когда демон наелся и развалился на диване, я решил, что пришло самое время обсудить с ним проблему моей знакомой. Но просить его о помощи в лоб я не решился и начал издалека.

– Схал, а ты хорошо осведомлен о других потусторонних существах? – спросил я, делая свой голос максимально непринужденным.

– Конечно, это ж для тебя они все потусторонние, а для меня фактически соседи. О ком ты хочешь конкретно узнать?

– Да не знаю, – прикинулся задумчивым я, – ну, например, о домовых.

Демон почему-то скривился и чуть позже пренебрежительно ответил:

– Домовых сложно даже существами назвать, скорее это что-то вроде ваших домашних животных. Они, конечно, многое понимают, но развитого интеллекта, как впрочем, и настоящей речи, у них нет.

– А у нас в мире они живут? – задал я следующий вопрос по теме.

– Конечно, а как иначе. Стоп. А чего это у тебя такой интерес к весьма не интересным персонажам, вот если бы ты меня о Лилит спросил, я б тогда тебе рассказал, эх… – он даже глаза за рога закатил, видимо, что-то вспомнив.

– Ну, не знаю, просто о них у нас говорят часто, вот и спросил, – попытался съехать с темы я.

– Нет, ты что-то темнишь, – погрозил мне когтем Схал. – Выкладывай, зачем интересуешься?

– Ладно, раскрыл, черт тебя побери, – ой, извини – спохватился я, увидев промелькнувшую настороженность демона.

– Нет, ничего, но лучше так не говори, это не ко злу. Но неважно. Итак, в чем проблема у тебя с домовыми? – спросил демон, усаживаясь поудобнее.

– У меня с ними никаких проблем нет, но я сегодня разговаривал со знакомой, и она пожаловалась, что у нее дома творятся странные вещи, кто-то ходит, двигает предметы, кричит, в общем, не дает ей покоя. Она даже вынуждена жить у подруги, хотя вот только что купила квартиру.

Демон немного помолчал и медленно произнес:

– Ну, знаешь, это совсем не обязательно домовой, точнее, скорее всего не он, так как домовые такого делать не могут.

– Как это не могут? – удивился я. – А как же все истории про злых домовых?

– Опять не прав, злых домовых не бывает. Злой домовой – это уже не домовой. Это полтергейст, – спокойно объяснил Схал, но я запутался еще больше.

– Я ничего не понял, Схал. Поясни.

– Да что ж ты такой непонятливый. Если домовой злится, его физиология меняется, и он трансформируется в полтергейста. Ну, какой тебе пример-то привести, а вот, – у вас есть гусеницы, так потом они трансформируется в бабочек. Бабочка вроде была гусеницей, но по факту это совсем другое насекомое, которое даже питается пыльцой, а не листьями, как ее первичная форма.

– Теперь понял. Так ты уверен, что там у нее полтергейст? И знаешь, как с ним справиться? – спросил с надеждой в голосе я.

– Справляться я ни с кем не буду, демоны не уничтожают сожителей своего мира без прямой угрозы с их стороны, а вот найти причину его трансформации и вернуть обратно в домового я, думаю, смогу, но надо смотреть на месте. Так что пока у меня хорошее настроение, давай связывайся со своей подругой, и поехали к ней.

– Что, прямо сейчас? – воскликнул я. – Пока я позвоню, пока договорюсь, пока доедем – уже ночь будет. Может, завтра?

– Никаких завтра. Днем будет бесполезно, днем они не активны. Так что наблюдать за ним нужно исключительно ночью, и, если ты хочешь помочь своей подруге, то давай собирайся.

– Ладно, – вздохнул я. – Да, и спасибо за помощь.

– Не за что, – с ухмылкой ответил Схал и принялся снова грызть мюсли.

Мы со Схалом смогли выйти из дома только в начале десятого вечера. Такая задержка объяснялась тем, что сначала я никак не мог дозвониться до Олеси, потом она долго препиралась со мной по поводу вечернего посещения ее квартиры, хотя днем настойчиво просила помощи. Свое нежелание отвести нас, точнее меня на квартиру сегодня, она объяснила тем, что ей далеко ехать, и своим страхом перед ночной квартирой. Но в итоге я убедил ее, примерно так же, как демон убедил меня, рассказав о повышенной активности домовых в полуночное время. Информировать Олесю о трансформации домового в полтергейста я не стал, чтобы не вызывать у нее дополнительных переживаний. В итоге мы договорись встретиться в пол-одиннадцатого на станции «Московские ворота», на выходе с эскалатора. Ехать от моего дома в ту сторону было прилично, хотя если бы не демон, я двинул бы на велосипеде. Но Схал высмеял мой способ передвижения, порекомендовав мне не заниматься идиотизмом в мое свободное время и не заставлять его тащиться с черепашьей скоростью, когда он может лететь так же быстро, как перемещаются человеческие машины. Так что мне ничего не оставалось делать, как согласиться с этим аргументом и выбрать автобус и метро.

Маршрутка донесла нас до площади Ленина всего за десять минут, так как в это позднее время обычных для моего района пробок уже не было и водителю не приходилось мудрить и петлять по дворам. Я купил жетончик, естественно только себе, Схал еще до выхода из дома настроил свое тело так, чтобы его мог видеть только я, правда, он оговорился, что в таком режиме его могут также наблюдать маленькие дети и животные. После его разъяснения я сразу вспомнил страшные образы, которые мне иногда мерещились в детстве.

В общем, мы вдвоем спустились в метро и сели в вагон, идущий в сторону искомой станции. Метро Схалу очень понравилось, он даже сказал, что оно чем-то напоминает ему дом, темно и кругом подземные норы. От такого сравнения мне стало неуютно, и я шепотом попросил его помолчать, так как хоть его никто и не видел, но люди вполне слышали меня, а выглядеть полоумным чудаком, общающимся с воздухом, мне не хотелось. Так что наш путь до Московских ворот прошел в глубоком молчании, каждый думал о своем и не мешал другому.

Наконец, долгая поездка закончилась, и мы, поднявшись по эскалатору, вышли в вестибюль метро. Девушка, переминавшаяся у стенки, заметив меня, помахала рукой и подошла.