Павел Диброва – Демонтиваторы (страница 3)

– Ну, Вы, это, извините меня, я ж не думал, что так будет, – мне стало неудобно за свой тогдашний совет.

– Да ладно, сделанного не вернешь. О, а я смотрю, ты в другом гнезде живешь, чем в прошлый раз, – он обвел одним глазом мою захламленную квартиру, а другим уставился на меня, – тебя что, тоже погнали, что ли?

– Ну да, – вздохнул я тяжко, – да, история на Вашу похожа очень, я потому Вас и позвал, думал продаться и жить начать нормально, хоть отведенный договором срок, а теперь вижу, что Вам самому-то не особо живется.

– В этом ты прав, человек тебя дери, – ругнулся в сердцах демон. – Но вообще, хорошо, что позвал, а то грустно, хоть кукарекай. И, ну раз я все равно тут, у тебя выпить не будет чего-нибудь а? – он с надеждой пьяницы заглянул мне в глаза.

– Есть вино дешевое, порошковое, от которого с утра голова трещит и понос мучает, будете? – стыдливо предупредил его я.

– Давай, тем более что дома у меня похожее. На большее Душев не хватает. Да и еще, чего ты мне тут выкаешь-то? Бросай это дело, тем более что пить сейчас будем вместе.

Я кивнул ему в ответ и пошел на кухню, вытащил из холодильника вино и с двумя чашками вернулся в комнату, где демон уже со стола переместился на диван, подобрал под себя когтистые лапы, в общем, устроился поудобнее.

– Я не знаю, ты как пить-то будешь? У меня тары твоих размеров нет, – развел я руки с вином в стороны.

– Не беспокойся, это я мигом исправлю. – Он вдруг напрягся, послышался какой-то скрежещущий звук, и начал расти вширь и ввысь. Достигнув примерно роста среднего человека, он остановился и произнес: – Ну, вот так лучше, да и ты шипеть на меня не сможешь, как в прошлый раз, ну и пойла твоего больше влезет, – на последней фразе он широко улыбнулся, обнажив несколько рядов мелких и острых клыков. Мне стало немного не по себе, а он, заметив это, улыбнулся еще шире и добавил: – Что, страшно, да?

– Очень, – честно признался я.

– Эх, мне бы эти навыки раньше, и все могло бы сложиться по-другому.

– Согласен, сам о том думаю каждый день, ну давай и выпьем за то, чтобы все в нашей жизни было своевременно.

– Поддерживаю, – сказал демон, забирая у меня из рук стакан с вином. Мы выпили. Помолчали. Потом демон тихо и задумчиво протянул:

– Да, вино у тебя еще то «г», но пить можно. Давай пить, раз делать больше нечего.

Я согласился и, предупредительно сходив на кухню, принес весь пакет с вином.

Накачались мы с ним изрядно, то ли вино в этот раз оказалось более губительным для организма, то ли темы у нас были печальнее одна другой, в общем, за остатки ночи мы выложили друг другу все наши проблемы и как-то незаметно задремали.

Утро началось внезапно и крайне болезненно. Кто-то настойчиво наяривал в дверь, и трель звонка режущей и раздражающей болью отзывалась в похмельной голове.

Я перевернулся набок и, прижав голову подушкой, попытался переждать попытку проникновения в мою квартиру. Обычно такая тактика работала, так как все мои знакомые были в курсе, что без предварительного звонка дверь я никому не открываю, а всякие разносчики рекламы или служащие коммунальных служб, явившиеся, чтобы гневно понаезжать на меня из-за неоплаты той или иной услуги, потоптавшись на пороге, в итоге отваливали восвояси. Но это был, походу, не тот случай. Тут звонили настойчиво, словно зная, что я дома, и ничего хорошего это не предвещало.

Пришлось встать, накинуть на себя старые шорты, футболку, залезть ногами в потертые и почему-то мокрые тапки и, пересиливая боль в голове, нарастающей из-за резкого изменения плоскости, двинуть к двери.

– Кто? – спросил я глухим голосом, пытаясь сфокусировать взгляд в дверной глазок.

– Соседи снизу, – услышал я женский голос, и внутри все похолодело. Такая моя реакция вполне объяснима, учитывая, что это был мой самый страшный кошмар с момента вселения в эту квартиру. Штука заключалась в том, что подо мною проживала пара моих ровесников, но пара довольно склочная и противная. Конечно, возможно, наши отношения могли сложиться иначе, но лет пять назад произошла протечка на моем этаже, и соседи снизу обвинили меня в затоплении, хотя вины моей в том особо не было. Просто перекрытия в доме имели полый характер, а вода, которая лилась на голову соседям снизу, притекла в мои перекрытия из боковой квартиры. К сожалению, разобраться в причинах я смог только после того, как разбираться было уже бессмысленно. Ловкая соседка оперативно подала в суд, дала на лапу обслуживающей компании, сфабриковала выписки из документов и, к моему несчастью, выиграла то дело, обязав собственника квартиры, а именно мою маму, выплатить шестьдесят тысяч рублей. Но это был не конец. Благополучно получив деньги, мои дорогие соседи обновили себе машину и почему-то решили, что подавать на меня в суд – это самая гениальная идея, которая им приходила в голову за всю их жизнь. Поэтому с того момента начался прессинг в мою сторону, фактически без повода. Например, любимым способом действовать мне на нервы было постоянное обвинение меня в шуме. По скорости их реакции у меня складывалось впечатление, что они дни и ночи стоят на стульях, прикладывая уши к потолку, и как только слышат какой-либо посторонний и возмутительный, с их точки зрения, звук, тут же дергают за специально протянутые по всей квартире веревки, которые, в свою очередь, со всего маху бьют по батареям. Иначе как можно объяснить, что между падением, скажем, крышки от кастрюли до характерного удара в стояк проходило не более трех-четырех секунд? Или другой, более интимный момент. Когда в моем доме появлялась женщина и мы по вполне естественному обоюдному желанию предавались совместному получению удовольствия, нижние соседи обычно с утра отправляли ко мне откуда-то появляющуюся у них маму, словно, ночью, узнав, что их верхний сосед не один, они тут же звонили ей и говорили кодовую фразу: «НАЧАЛОСЬ тчк ПРИЕЗЖАЙ тчк». Их маман либо подкарауливала меня, когда я выносил мусор, или просто звонила в дверь и начинала возмущаться, что ее бедные детишки не могут уснуть от криков, раздающихся в этой ужасной квартире. Первое время из уважения к почтенному возрасту женщины я старался уйти от скандала, но когда подобная встреча произошла в четвертый раз, я не выдержал и в очень мягкой и ласковой форме, которая появляется у мужчин только в крайней степени раздражения, спросил:

– Уважаемая и очень внимательная дама, позвольте поинтересоваться, какого полового органа Вы лезете в мою частную жизнь? Если судить по Вашему нескончаемому интересу, то Вам и Вашей дорогой дочке срочно нужна помощь, которую, по-видимому, ни Ваш, ни ее муж оказать не в состоянии. – Закончив свою мысль, я исключительно аккуратно закрыл перед ее носом свою дверь. В ответ же на мою вполне вежливую речь дама начала ругаться и называть меня такими словами, каких я не слышал даже в то время, когда подрабатывал грузчиком в порту. Но результат превзошел все мои ожидания: больше меня соседи не беспокоили. До этого дня. Поэтому, сосчитав про себя до десяти, я мягко поинтересовался через закрытую дверь:

– Что надо? – на что получил знакомую и вполне ожидаемую тираду.

– Что вы там делаете? Я на вас в суд подам!

– Ничего я не делаю, я сплю, – какого дьявола Вы мне выговариваете? – ответил я тем же тоном, а сам стал лихорадочно прикидывать, что могло случиться за ночь, надеясь, что это не очередная протечка.

– Вы мне весь балкон засрали, совсем охамели, да? – зазвучал ее пронзительно мерзкий голос вновь.

– Слушайте, отвалите Вы, наконец, и не мешайте спать, – рявкнул я, захлопывая вторую дверь, чтобы не слышать ее воплей и отсоединяя провод дверного звонка. Конечно, я все равно слышал ее возмущения, но они все же гасились двумя тяжелыми дверьми, и это давало мне надежду на возвращение в кровать. Но прежде всего необходимо было посмотреть, о чем она говорила и почему думала, что это я повинен в ее проблемах.

Пройдя через комнату и чуть не свернув пару стаканов с остатками винного напитка, я вышел на балкон, перегнулся через перила и глянул вниз.

– Что за… – неожиданно вырвалось у меня. Весь нижний балкон был загажен, по-другому и не скажешь, чем-то сильно смахивающим на птичий помет. Единственный вопрос был лишь в том, каких же размеров должна была быть такая птица. Я судорожно стал думать, откуда это могло взяться, и параллельно прикидывать шансы отбояриться от безумных соседей.

И тут меня осенило: под действием вина и последующего похмелья у меня из головы совсем вылетело, что вчера я вызывал демона. Конечно, сейчас, днем, мне казалось все это сном, но полностью скидывать со счетов такую возможность я не мог. Поэтому, вернувшись в комнату, я осторожно позвал:

– Схал!

– Да, – тут же послышался откуда-то сверху болезненный голос.

Я задрал голову и увидел на люстре моего сильно потерявшего в размерах ночного гостя, который, приоткрыв заплывший и красный глаз, как-то застенчиво смотрел на меня.

– Значит, это правда? – я медленно опустился на диван и обхватил голову руками.

– А ты надеялся, что тебе приснилось, да? – проговорил демон, сидевший на люстре.

– Честно говоря, да, – ответил я тихо.

– Ну, если хочешь, я могу отчалить, и ты постепенно начнешь так думать, – сказал демон и ехидно улыбнулся.