Павел Данилов – Меценаты зла (страница 5)

– На выход, – сказал он.

– Раз я теперь один из вас – сними наручники, – сказал Кирилл.

– Не велено.

– Куда мы идем? И почему Теодор сам не пришел за мной?

– Скоро тебя это не особо будет волновать, – сдержанно ответил солдат. – Пошли. Не заставляй меня стучать тебя прикладом.

– А если я потом окажусь выше тебя? И вспомню…

Солдат расхохотался.

– Это вряд ли.

Первым ударом ноги Кирилл выбил оружие. Универсальный автомат ударился об стену и упал на пол. «Надеюсь, лазерная система не повреждена», – пронеслась мысль. Второй удар пришелся на бронированный подбородок растерявшегося конвоира. Ногу осушило даже сквозь толстый ботинок. Солдат качнулся и рухнул на пол. Не успел он подняться, Кирилл стянул с него шлем и ударил им в макушку. Боец потерял сознание, светлые волосы начали медленно окрашиваться в красный.

Громов подхватил оружие и переключил на импульсный режим. Наручники мешали взять автомат удобно, но двухлетняя боевая спецшкола на Марсе не прошла даром. Кирилл выскочил из камеры, словно черт из табакерки. Сняв тремя импульсами первого охранника, он развернулся на сто восемьдесят градусов.

Второй солдат не дотянулся до тревожной кнопки всего несколько сантиметров. Пробитая рука обвисла, словно плеть. Поймав еще два выстрела, он конвульсивно дернулся и распластался на полу. Из проплавленного доспеха потек запах обугленного мяса.

Из своей коморки выбежал тюремщик. Увидев Кирилла с оружием, он поднял руки и попятился назад.

– Стой! Сними с меня наручники! – приказал недавний заключенный.

– У меня нет ключа, они снимаются отпечатком старшины.

– Кто из них старшина? – показав на мертвых солдат, спросил Громов.

– Никто.

– Иди к моей камере.

Тюремщик послушно потопал к открытой посреди коридора двери. Хозяин автомата по-прежнему лежал в отключке. Кирилл, удерживая оружие одной рукой, не спускал ствола с надзирателя. Тюремщик, под грузом страха и предстоящих проблем, вмиг состарился лет на десять.

Громов приложил большой палец конвоира к наручнику – замок щелкнул, освобождая запястье. Перенеся оружие в другую руку, Кирилл рыкнул на тюремщика:

– Лицом к стене!

Освободив вторую руку, Громов заковал в наручники надзирателя.

– Как отсюда выбраться?

– На лифте…

– Лестница есть?!

– Нет.

– И что? Лифты никогда не отказывают? А на экстренный случай есть запасной выход?

– На минус сороковом этаже есть дорога в бункер… – болтая от страха все подряд, начал тюремщик.

– Мне нужно наверх!

– Запасной лифт… к нему можно попасть из моей комнаты.

– Отпечаток нужен?

– Нет.

Кирилл вышел из камеры и нажатием кнопки закрыл дверь. Заглянув в зарешеченное окошечко, он произнес:

– Скажи Теодору, что я испугался солдата, потому решил сбежать. Понял?

Тюремщик кивнул и скрылся в углу камеры, где Кирилл не мог достать его выстрелом. «Ни дня без убийства», – взглянув на трупы охранников, с неудовольствием подумал он.

Из комнаты тюремщика вело две двери. Одна – на кухню, заставленную продуктами и большими кастрюлями, вторая – в служебный коридор. Видимо, по нему перемещался только обслуживающий персонал. Через этот коридор подвозили еду и выносили трупы. Даже при тусклом освещении Кирилл рассмотрел исцарапанную и потрескавшуюся напольную плитку. «Шаг в сторону, и вся роскошь тает, как мираж в пустыне», – хмыкнул звездолетчик.

Громов проверил боезапас и мысленно поблагодарил своего несостоявшегося конвоира. Пулевая обойма была полной, а аккумулятор разрядился всего лишь на десять процентов. Громов нажал пальцем на левое предплечье рядом с локтевым сгибом, и форма приобрела серовато-белый оттенок. Теперь, когда он вжимался в стену, его выдавали только автомат и черные волосы.

Через тридцать шагов коридор кончался широкими створками грузового лифта. Кирилл нажал на кнопку и застыл, направив ствол автомата на двери. Пока лифт ехал, Кирилл мог помечтать, как он вознесется на двести двенадцатый этаж, угонит космический корабль, в форсированном режиме покинет пределы планеты и, включив «темный двигатель», нырнет в гиперкоридор.

Створки раскрылись, разрушая иллюзии. На стенке над вводной панелью был указан диапазон движения: «-50 – 0». Кирилл мгновение поколебался и набрал ноль. Кабина стрелой понеслась вверх.

Громов шагнул из лифта, направив ствол на охранника.

– Эй, ты кто? – спросил он.

– Поднял руки и заткнулся, – рыкнул Кирилл.

Он оказался на огромном продуктовом складе с десятком ворот для разгрузки машин. По всему периметру помещения стояли полупустые стеллажи, холодильники или просто мешки с овощами или зерном.

– Когда завоз? – спросил Кирилл.

– Через сорок минут две машины подъедут, – мельком глянув на стол, ответил вахтер.

– Как еще сюда можно попасть?

– Вон дверь…

– Руки не опускать! – предостерег Кирилл.

– Справа от ворот.

– Что за ней?

– Другие служебные помещения и жилье работников.

– Как выбраться из здания?

– Никак.

– Врешь! – уперев автомат в грудь уже немолодого мужчины, прошипел Кирилл.

– Через ворота, по туннелю, – залепетал вахтер, – но там КПП, много солдат.

Кирилл вздохнул, обдумывая план.

– Водители знают тебя в лицо? – спросил он.

Работник склада кивнул.

– Придется нам с тобой сотрудничать, – скривил губы Кирилл. – Я ни в чем не виновен и хочу отсюда выбраться.

– Невиновные остаются работать здесь навсегда, – покачал головой вахтер. – Как я.

– Но это же рабство! – пораженно воскликнул Громов.

– Альтернатива одна – смерть, – пожал плечами вахтер. Он заметно расслабился, когда Кирилл опустил автомат. – Вот тебе сколько лет?

– Двадцать шесть.

– Вот и мне столько было, когда меня схватили. Я боялся смерти и надеялся, что выберусь отсюда.

– А потом? – нахмурил лоб Кирилл.

– Потом ничего. Привык.