Павел Данилов – Аркус. Маг из низшей касты (страница 5)

– Забудь, дружище, – шёпотом сказал я, надеясь услышать, что случившееся – «тухлый бред бесцветного», но даже Фиолетовому трудно забыть об унижении.

– Пока, – буркнул Гай и направился к дому, опустив голову.

Алиса и я дошли до края деревни, откуда был виден мой дом и лес медра. В такую погоду он выглядел ещё дремучее.

– Встретимся здесь за два часа до занятий? – спросил я, снова чувствуя странное волнение.

– Хорошо, – улыбнулась Алиса.

– Лёгкой недели! Счастливо! – пожелал я.

– Лёгкой недели, до встречи, – ответила она и зашагала прочь.

Несколько минут я стоял, как фонарный столб, провожая подругу взглядом. Только когда она скрылась за холмом, я встрепенулся и, сам не понимая почему, с широкой улыбкой направился домой.

Я ждал следующей встречи.

Глава третья

Зелье

Слава жрецам, по дороге мне не встретился никто из Синих. Я бегом проскочил через наш огород и зашёл в дом. На мягкой подстилке возле печки сидел Фостер-древний и что-то писал в книжке в кожаном переплёте.

– Как школа? – спросил дед.

– Фиолетовый учитель рассказал о щите.

– А Синий снова попугайничал? – улыбнулся старик.

– Ага, одно и то же… – сказал я. – Снова приходили Синие мальчишки. Всех поставили на колени, а Гая вовсе заставили есть с земли. От них никак нельзя защититься?

– Быть Фиолетовым – это словно вечно падать в бездну, – печально поведал Фостер-древний. – И, чтобы взлететь, нужно вырастить крылья.

– Дед, о чём ты? – нахмурив лоб, спросил я.

– О возможности. Единственный способ защититься от Синих – это стать Синим.

– Как? – я едва дышал, словно дед уже рассказал мне, как стать Синим. Сотни образов промелькнули перед глазами. Синий Артур не заставит копать картошку, а на милого Генри можно крикнуть в ответ. Фиолетовыми я понукать не буду, но ведь без приказов Синих у меня появится куча свободного времени. О Голубых я даже не вспомнил.

– Я пишу книгу, – сказал дед и постучал вечно согнутым пальцем по кожаной обложке, – здесь все истории, как люди сменили касту.

– Они получили новый браслет? – сказал я с недоверием.

– Да, – кивнул дед. – До цели дойдёт тот, кто идёт. Но я считаю, что, прежде чем идти – нужно хорошенько подумать о направлении. Ведь можно уйти в другую сторону. Или упасть в яму, из которой не выбраться и за всю жизнь. Со мной так и случилось…

– Что случилось?

Дед махнул рукой – разговор был окончен.

Голова разболелась, мысли путались. Казалось, что между ними шёл настоящий бой. Каждая мысль хотела, чтобы я подумал именно её. И стоило начать размышлять, как другой образ выкидывал предыдущую мысль за борт, создавая перед внутренним взором калейдоскоп обрывочных видений. Лучший способ отвлечься от мыслей – заняться делом.

Мяту я собрал на грядке, подорожник нашёл около забора. Я направился в кухонный уголок, где обычно властвовали мама и сестра. Положив листья мяты в ступу, я начал толочь её пестом. Чудесный запах свежести наполнил дом. Я бросил растения в кастрюлю и залил водой. Подбросив в печь дров, я повесил котелок на чёрный от копоти крючок. Я засунул руку с браслетом в печку и представил загорающуюся спичку.

– Сцинтилла!

Вспыхнул огонь, и дрова вперемешку с углём весело занялись. Языки пламени сразу начали лизать дно кастрюльки, словно оно было сахарным. Вода забулькала, а мята и подорожник закрутились в невероятном хороводе ароматов. Я подхватил котелок кочергой и вытащил из печи.

– Марк, можешь взять флягу, – сказал дед, так и не оторвавшись от книжки.

– Спасибо, дед, – горячо поблагодарил я, – она мне пригодится.

Я процедил отвар и налил во флягу.

– Отвар действует две недели, – предупредил дед. – Затем вари новый.

Я сразу подумал о зиме.

– А отвар из сушёных растений будет действовать?

Старик кивнул. Затем посмотрел мне в глаза и произнёс:

– Используй заклинания при любой возможности, восстанавливай силы всеми способами и снова колдуй. Пускай Радужная сфера привыкает, что тебе нужно много сил.

– Учитель сказал, что артефакту не нравится, когда с него берут силы сверх положенного.

Дед приподнял брови и спросил:

– Откуда ты знаешь, сколько положено сил тебе? Тот же самый учитель рассказывал, что Радужная сфера даёт каждому максимум сил. Ну так и увеличивай этот максимум! Покажи всем, что с фиолетовым браслетом ты можешь больше Синего. Конечно, до более ярких каст с этой тусклой ерундой не дотянуть, но любое восхождение начинается с первого шага.

– Стану сильнее… – сказал я, – и что?

Фостер-древний улыбнулся, показывая редкие зубы.

– Ты никогда не видел настоящих чудес. Конечно, Синим живётся гораздо легче Фиолетовых, но и у них почти нет способностей. В молодости я много раз встречался с Зелёными. – Фостер-древний надолго замолчал, предаваясь воспоминаниям. – Я видел, как с помощью колдовства растят деревья, зрел, как отряд Зелёных за несколько недель построил замок, ни разу не прикоснувшись к инструментам и камням. С помощью заклятия можно приготовить пищу или очистить воду. А некоторые Жёлтые, это я, конечно, только слышал, с помощью браслетов контролируют монстров так же легко, как мы управляем старой клячей благодаря поводьям.

Я только рот открыл, с трудом веря, что дед говорит о реальном мире. Он продолжал:

– Люди высших каст занимаются наукой, изучением мира, придумывают новые заклинания. Кто-то выбирает удел странника, а кого-то судьба сводит с военным делом, и люди без оглядки посвящают ему всю жизнь. Конечно, в любой касте есть те, кто нуждается в простой спокойной жизни без особых взлётов и падений. Они приказывают низшей касте и безропотно выполняют поручения высшей. Они – эти равнодушные люди – главный столп кастового общества. – Дед улыбнулся, видя моё потрясение. – Думаю, тебе пора опробовать отвар.

Я вышел на улицу и лёг на деревянную скамью. В тёплые деньки на ней любил посидеть дед, а ночью, когда не спалось, я мог проторчать на ней до утра. Я прижал левую руку к груди, а правой взял твёрдый комок земли и подбросил над собой. Представив прямоугольный щит, я произнёс:

– Скуутум!

Комок неприятно ударил меня в живот, хотя я почувствовал, что браслет магическую силу потратил. Я взял земляной снаряд потяжелее и снова подбросил его. В этот раз я успел представить, как в большом щите увязает стрела, и прокричать:

– Скуутум!

Я зажмурил глаза – комок летел прямо в лоб. Прошло мгновение, и он, разбившись на несколько частей, отскочил в сторону, так до меня и не дотронувшись. Щит сработал! Радость быстро омрачилась ощущением, что магически я истощён и не способен даже на простейшее волшебство. И это от двух щитов, один из которых не смог задержать комочка земли!

Я сел и достал фляжку. Отвар успел немного остыть, и я осторожно сделал глоток. Чуть горьковатая, освежающая жидкость лёгким бризом пронеслась по груди и остановилась в желудке. Браслет нагрелся и слегка обжёг меня, словно я не опустил голову, заметив Синего. В следующую секунду я почувствовал, что снова могу колдовать. И почему я не спросил о восстановлении сил раньше?! Почему такие фляги не носит каждый встречный-поперечный Фиолетовый? Вопросы, вопросы, вопросы… Иногда Гай меня дразнил, называя «человек-вопрос». Пускай попробует мой чудо-отвар и поймёт, что не зря я их задаю.

Ещё с десяток раз попрактиковавшись в заклинании щита и трижды приложившись к фляжке, я занялся сбором подорожника и мяты. В один миг эти растения стали лучшими в Аркусе. И я хотел сделать их запас.

Очень большой запас.

Следующий день прошёл в тяжёлом труде на участке. На зиму мы запасали картошку, морковь, свёклу, тыкву, капусту, кукурузу и яблоки. Денег у нас никогда не было, потому муку для хлеба мы выменивали на фрукты и овощи. Обычно к мельнику ходила приветливая и красивая Анна, которая всегда приносила домой муки больше, чем отец рассчитывал выручить.

Настала очередь гигантской тыквы, весившей больше меня. Кряхтя и отдуваясь, мы кое-как донесли её до подвала, но как опустить такую махину вниз – никто ума не мог приложить.

– Не хотелось бы разрезать, – сказал отец.

– А что делать? – разведя руками, спросила мама. – Часть приготовим, часть мельнику и милому Генри отнесём. Хотя и правда жалко…

Дед, вышедший после обеда погреться на солнышке, покачал головой.

– Браслеты вам зачем? – спросил он. – Как бесцветные, честное слово. Марк, используй заклинание гравитас левитер.

Отец вытаращил глаза, словно деда в один миг одолел старческий маразм.

Это было сложное заклинание. Я вспомнил мыслеобраз – металлическая гиря превращается в плюшевую, а затем сама собой поднимается в воздух. Если колдовство удавалось, то предмет на несколько минут становился в два-три раза легче. Дед рассказывал, что Голубые могли уменьшить вес предмета в пять раз, а Зелёные и Жёлтые и вовсе заставить его левитировать.

Я глотнул из фляжки, направил раскалившийся браслет на великанский плод и, в точности воспроизведя мыслеобраз заклинания, произнёс:

– Гравитас левитер!

Заклятие в один глоток осушило чашу магических сил. Я подошёл к тыкве и, обняв её двумя руками, без особого труда поднял. Сестра с недоверием, словно кошка, фыркнула, мама приложила ладонь к сердцу, а отец лишь покачал головой и перевёл взгляд на деда, который расплылся в довольной щербатой улыбке.

– Молодец, – сказал отец. – Полезное заклинание.