Павел Чук – Первый среди равных. Судьба (страница 2)

– Узнай, что за солдаты пожаловали.

– Вроде пополнение в гарнизон пришло. Примерно рота пешего строя с офицерами.

– Они пешком сюда добрались?

– Да, лошади только у офицеров и пара телег с обозом.

– М-да, – пробормотал себе под нос, – это же сколько они идут? Месяц или два? – в памяти всплыло, что командующий гарнизоном неоднократно отправлял письма в Генеральный штаб, да и я, если честно, писал Императрице просьбу с обоснованием увеличения штатной численности гарнизона, вот только это было несколько месяцев назад. Значит сподобились, хотя и просили две дивизии, но и рота солдат на заставе будет не лишней.

– Не могу знать.

– Ладно, занимайся. Если попросят помощи солдатики, не отказывайся, но и на шею не давай садиться. А я чуть позже с офицерами поговорю.

– Слушаюсь.

Ждать появления в зале офицеров пришлось недолго. Как понял, Савелкин постарался.

– Разрешите представиться, штабс-капитан Мухо́нин.

– Штабс-лейтенант Ка́смин.

– Штабс-лейтенант Но́вис.

– Штабс-полковник Мирони. Рад знакомству. Присаживайтесь, разделите со мной трапезу.

Засиделись мы за столом допоздна. Офицеры то и дело отвлекались для решения текущих дел, но я не в обиде. Из диалога узнал, что Генеральный штаб всё-таки внял увещеваниям и отправил к южным рубежам Империи дополнительную роту. Чуть менее двух сотен с небольшим солдат и офицеров конечно мало, но хоть что-то. Вот только эти олухи с золотыми погонами не предусмотрели, что пеший строй своим ходом будет добираться до места новой дислокации не один месяц. Из рассказа офицеров узнал, стояли они на квартирах на востоке Империи, неожиданно получили приказ выдвинуться к южным рубежам, как раз два месяца назад, вот только добираться им предстояло своим ходом. Нет бы по реке их доставили, так нет, горевал штабс-капитан, приказали идти пешим маршем. Второй месяц в пути. Четверть личного состава переболели болезнями. Все, не только офицеры, но и солдаты изнурены тяжёлым пешим переходом. Хорошо хоть пару недель назад, солдаты и офицеры в складчину приобрели на одной из станций две повозки с лошадьми, а то бы лишний месяц добирались до места назначения.

Хмурый я сидел, слушая рассказ офицеров и настроение с каждой минутой всё ухудшалось.

– А вы в столицу, штабс-полковник? – из раздумий вывел меня вопрос штабс-лейтенанта.

– В столицу. В Генеральный штаб вызвали. Я похлопочу, чтобы вам и вашим солдатам возместили траты на лошадей и повозки. Подготовьте соответствующие рапорта, – пришла мне идея, как хоть немного облегчить их участь. Деньги напрямую от меня они не возьмут. Но в случае, если не удастся уговорить генералов, из своих средств возмещу им потраченное.

– Не стоит, в столице сейчас не до нас. Прошла коронация Императрицы Линессы Первой, скромная, как говорили те, кто побывал на церемонии. Видно, что наступают тяжёлые времена, – неуверенно возразил штабс-капитан. – Но кто знает, может и ошибаюсь. Новости до нас долго доходят. Вдобавок слишком долго в походе, а завтра поутру снова в путь.

– Советую остаться здесь на пару дней. Дальше постоялых дворов по дороге нет. Лучше здесь отдохните, приведите себя и солдат в порядок, пусть отдохнут, залечат раны, особенно у кого стёрты ноги. Идти ещё далеко. С неделю вашим темпом…

Офицеры послушались моего совета. На следующий день, когда я вышел из своей комнаты и спустился вниз на постоялый двор, мысленно порадовался, что солдаты отдыхают. Ну как отдыхают, приводят себя в порядок: подшиваются, ремонтируют форму, в общем, не торопясь готовятся к последнему рывку.

– Что-то вы рано проснулись, – ворчал Савелкин, когда я его отыскал. Видно, он всю ночь не спал, уча уму разуму солдатиков.

– Уезжаем сегодня, разве забыл?

– Так я ж думал после обеда.

– После обеда, в самое пекло? Ты что, не проспался после вчерашнего?! – наехал на денщика.

– Как же, уважаемый энц, – я заметил, когда Савелкин нервничал, начинал обращаться ко мне по дворянскому титулу, почему-то у него язык не поворачивался врать офицеру. Вот и сейчас он обратился ко мне не офицерскому чину, а по дворянскому, значит я угадал, – согласно вашему приказу обучал солдатиков портянки наматывать, подшиваться и…

– Ладно. Успокойся. Не серчаю, но что б через два часа мы были готовы выехать. Нечего лишнее место занимать….

Почти месяц дороги прошёл изнуряюще долго. А ещё погода, как только добрались до центра Империи, так зарядили дожди, но меня что-то подгоняло, и я в хвост и в гриву торопил своего денщика, чтобы быстрее добраться до столицы.

– Ничего, – думал я, – в столице на мягких перинах отоспится.

По этой причине в дороге я практически ни с кем не разговаривал и не общался, блуждая в своих воспоминаниях. Один раз нам на одном из постоялых дворов встретился фельдъегерь, я думал с ним поговорить, узнать, что творится в столице, чтобы приготовиться к изменениям, которые произошли, но тот не стал со мной разговаривать, быстро забрав приготовленную сумку со съестным, оседлав свежую лошадь, он в ночь ускакал по государственным делам. Возможно именно его торопливость заставило и меня наседать на Савелкина, и за последние четыре дня мы преодолели расстояние, которое при нормальном темпе заняло бы не одну неделю.

– Последний аванпост проехали, – устало произнёс Савелкин, – через десяток вёрст столица. Куда прикажите править?

А ведь верно, куда ехать? До́ма в столице у меня нет. Знакомых, друзей, тех, к которым без предупреждения можно нагрянуть и вдобавок не на одну ночь – тоже. И тут я задумался, но ненадолго. Время только миновал полдень и лучшего варианта я не придумал.

– Правь к Генеральному штабу. Там вроде гостиница для офицеров была.

– Имеется, – хмуро заметил Савелкин. Ведь пусть он и мой денщик, но не по статусу ему жить среди высших офицеров.

– Не переживай. Дам тебе денег, найдёшь квартиру на съём. Одну ночь без меня там переночуешь, а потом и я переду.

– Слушаюсь, – приободрился Савелкин, а я подумал, не запил бы он на радостях, но за один день без моего пригляда, надеюсь, ничего не случится…

– Штабс-полковник, вы вовремя, – после хождений по коридорам и недолгого ожидания, предстал перед начальником Генерального штаба. – Сразу обрадую. Вас вызвали для вручения награды. Какой, пока не буду говорить. Церемония награждения пройдёт на следующий день после празднования годовщины вхождения на престол Императрицы нашей Линессы Первой…

– Годовщины? – перебил старшего по званию, но мне простительно. Я только что с дороги, уставший, хотя прежде чем предстать в Генеральном штабе успел привести себя в порядок, но усталость никуда не делась.

– Верно подметили, – ухмыльнулся генерал, – годовщина была четыре месяца назад, но Императрица приболела. Роды тяжёлые. Но теперь у нас с вами, верных подданных Империи есть наследник – мальчик. Супружеская чета в нём души не чают.

– У Императрицы родился сын? – поперхнулся я, – она вышла замуж? – всё больше информации поступало, о которой я ничего не знал. Надо было хоть в дороге поинтересоваться, а я подгонял и подгонял Савелкина.

– Разве не знаете? Странно, по всей Империи эту радостную новость сообщили. При дворце все удивлялись быстрому браку, но когда родился сын, то Императрице всё простили. Кихий Второй – это её выбор. Не самого знатного рода, но Великий князь.

– Давно?

– Что давно?

– Вышла замуж.

– Так через месяц после коронации. Непонятно, почему о таких добрых вестях не знаете.

– Я только сегодня прибыл, – едва смог выдавить из себя эти слова. Линесса. Та, которую возвёл на трон, та, которая для меня дороже жизни, вышла замуж и у неё родился сын.

– Всё равно странно. Во все, в том числе дальние гарнизоны отправлялись соответствующие депеши. Надо будет разобраться, а то получится, что и присягу Императрице…

– Разрешите подать рапорт об отставке по состоянию здоровья, – не дослушав, произнёс на одном выдохе, словно бросился в горную реку с головой.

[1] Тарантас – крытая четырёхколёсная повозка.

[2] Дормез – большая дорожная карета для длительного путешествия, приспособленная для сна в пути.

Глава 2

Скандал случился жуткий. Столько нового про себя узнал за те сутки, когда решался вопрос о моём будущем, что в пору в петлю лезть. Хотел было, чтоб наверняка меня отправили в отставку, набить морду одному из генералов за оскорбления, но меня вовремя остановили. А я продолжал стоять на своём: «Служить в армии не в состоянии. Здоровье подорвано и прочее, прочее, прочее». Только когда мою просьбу удовлетворили, узнал, что инцидент дошёл до Императрицы и она своим волевым решением отправила меня в отставку с сохранением части жалования, правда награду какую мне обещали вручить я так и не получил. Но это мелочи.

– Может всё-таки зря, уважаемый энц, что со службы ушли? – изредка ворчал Савелкин. Но я на него не обижался.

На следующие сутки, не успев толком разместиться и устроиться в столице я отравился прочь. Не хотелось мне не только присутствовать на торжественной церемонии, но и вовсе находиться в столице во время празднования, зная, что Линесса – моя Линесса будет где-то рядом, но не со мной. И мой денщик увязался за мной. Савелкина, как отслужившего положенный срок отправили в отставку с небольшим пенсионом, но возвращаться в своё селение откуда он родом он не захотел, поехал со мной. Теперь он не служивый и позволяет себе некоторые вольности, но пусть. Я сам в чём-то виноват, но раскаиваться не хочу и не буду. Вопроса, куда отправиться не стояло. Мне, как получившего наследуемое дворянство полагалось поместье. Это я так по привычному называю земельный надел с крестьянами. Здесь, на этой планете он называется по-другому, да и крепостного права как такового нет, но есть обязанность по рождению. Хотя существенных отличий от крепостного права Руси я не заметил, но я не знаток в таких тонкостях.