Павел Чук – Первый среди равных. Через смерть (страница 4)

– Сколько жизней сохранил, когда, где, при каких обстоятельствах это было? – видимо мои вопросы удивили Прокса. Тот расправил плечи и уставился на меня. Было тяжело наблюдать, как в нём борются чувства вины, ответственности и долга. Но что приятно удивило, страха я не заметил.

– Лейб-капрал, извольте ответить на поставленные вопросы.

– В прошлогоднюю летнюю кампанию, возле станицы Торопалово. Там скалистая местность, невысокие горы, ущелья. Моей роте был дан приказ удерживать направление на Михонск. Держались пять суток, а когда боеприпасы, но главное закончилась вода и люди стали умирать от жажды, я отдал приказ отходить. Уходили ночью. Из остатков боеприпасов соорудили тайные заряды, так что дорогу по ущелью завалило. Сенарцы потом трое суток разбирали завал.

– И это тебя спасло от расстрела? – предположил я и, дождавшись кивка, спросил более важный для меня вопрос, – сколько людей вывел?

Именно ответа на него зависела судьба новоиспечённого лейб-капрала. Когда он понял, что надо отходить, когда взял на себя ответственность и отдал приказ, не в тот ли момент, когда все подчинённые убиты и ранены, не струсил ли он сам?!

– Выходило тридцать два вместе со мной. Дошли двадцать восемь. Потом трое скончались от ран.

«М-да. Арифметика, чтоб её! Но у каждого спасённого или есть, или будут дети, а сколько ещё они своими умелыми действиями уничтожат врага? Такая практика дорогого стоит. И, как ни странно, именно имеющие опыт действия в окружении мне и нужны».

– Те, кто вышел с тобой, где они?

– Не могу знать. Меня ж разжаловали. Двенадцатая рота прекратила существование. Её не восстановили.

– Имена помнишь? Составь список. Я поищу их. Они нам пригодятся.

– Пригодятся для чего, господин лейтенант? – встрепенулся Прокс.

– Не догадался? Ладно. Через день буду у полковника, согласую твоё назначение. Не откажет. Так что не переживай, принимай командование. А по поводу опыта. Задача нам поставлена ответственная, пойдём в тыл к сенарцам, на прогулку.

– Зимой?! Какая ж прогулка? И след от саней виден, и лошадь не везде пройдёт, а пешим далеко не уйдёшь и много не навоюешь.

– Нам не столько воевать придётся, а мешать спокойно спать захватчикам.

– И когда? – поднимаясь со скамьи, спросил Прокс. Сейчас он выглядел не измученным Атлантом, а человеком сбросившим груз, тянувший его к земле. Стало понятно: от того, что выговорился, ему полегчало, что не начал на него кричать, а задавал толковые вопросы, понял его ситуацию. Я даже провёл параллель, что меня ждёт, если мой план не сработает? Тоже, что и Прокса. Ни я, ни он – не дворяне и рассчитывать на простую отставку не приходится, остаётся только одно, тщательно готовить операцию и в этом мне бывший офицер поможет.

– Скоро, – ответил уклончиво, так как сам не знал точной даты. Не готовы пока люди к длительному переходу. – Из подчинённых выбери толковых и грамотных, я с ними побеседую и назначу лейб-сержантами. Именно для этого я тебя и приглашал, чтобы обсудить вопрос с назначением.

– Слушаюсь. У меня есть на примете несколько человек, толковых. Но позвольте сначала с ними обсудить. Вдруг откажутся.

– Почему откажутся?

– У каждого могут найтись свои причины, господин лейтенант.

– А из тех, кто занимается по упрощённой программе? Там есть толковые солдаты?

– Есть. Но они неграмотные. Вы ж их в первый день отправили грамоте и счёту обучаться.

Глава 3

– Проходи, лейтенант. Ты прибыл раньше, – входя в помещение штаба, поприветствовал меня ординарец полковника Генинса лейтенант Нокарсис.

– Мне к десяти назначено.

– Так тебе не сообщили? Всё по полям скачешь, – ухмыльнулся лейтенант, – перенесено на час дня. Не успели всех предупредить.

– И много ожидается?

– По такому случаю собирается в полном составе штаб армии.

– Что за случай-то? – не понял я. Для разбора и обсуждения моего плана достаточно двух, ну трёх высших офицеров не согласных с ним. Зачем для этого собирать весь штабной состав?

– Так представитель Императора прибывает. По итогам как раз летней кампании, так скажем. Восемь человек из армии направляли в столицу для участия в большом приёме. Слухи, конечно, до нас доходили, но из первых уст узнать итоги изъявили все офицеры. Вот и пришлось перенести встречу, чтобы все успели прибыть ко времени.

«Понятно. Я-то думал, что полковник изъявил желание публично, при всех, разнести мой план, а тут просто, а может и непросто, но так совпало».

– Кто прибыл из столицы? – спросил, не надеясь получить внятный ответ.

– Полковник какой-то из Генерального штаба, говорят, что его назначили начальником штаба, а нашего в столицу отзывают, на повышение.

Пришлось ждать. Покидать тёплое помещение не стал. Расположился в одном из кабинетов, приготовленных для ожидающих встречи с командующим армии. Просто сидел, погрузившись в созерцание, изредка проваливаясь в медитативное состояние. Думать, передумывать план своего рейда по тылам противника было уже поздно. Всё сотню раз обдумано с разных сторон. К чему я не без удовольствия подключил лейб-капрала Прокса. Тот выдал несколько дельных советов, не меняющих общий план действий, а облегчающих отход после выполнения задачи. Всё-таки опыт у бывшего офицера имелся, и преступно им не воспользоваться.

– Лейтенант Мирони, вы спите?! – услышал знакомый голос.

Открыл глаза. Передо мной, в окружении офицеров, стоял капитан Сантерс, но знаки различия и форма соответствовала званию «полковник». Я поднялся, принимая стойку «смирно». – Вольно, лейтенант. Не думал, что и вы приглашены присутствовать на моём представлении в новой должности.

Я предполагал, что увижу кого из знакомых офицеров. Много было встреч за время пребывания в столице, но что этим полковником окажется Сантерс. Его повышение в звании и должности было прогнозируемо, но чтобы так быстро дорасти до начальника штаба, это меня удивило.

– Вижу, удивлены…

Ответить не успел. В помещение вошёл ординарец и пригласил к полковнику. Я хотел остаться, всё-таки представление нового начальника штаба происходит перед подчинёнными, к коим я не относился, но после непродолжительной паузы вернувшийся ординарец пригласил и меня.

– Не удивляйтесь, господа офицеры. Этот лейтенант произвёл сильное впечатление на Императора и по итогу докладов с фронтов, его героический поступок признан воистину героическим, судьбоносно повлиявшим на расстановку сил на южном направлении обороны и без него, рассказ о событиях на большом приёме, выглядел бы несколько скомкано.

– Он и здесь отличился, – тихо хмыкнул полковник Саварсис, но его услышали.

– Даже так? – неподдельно удивился теперь уже полковник Сантерс. Он обвёл взглядом собравшихся и остановился на полковнике Генинсе. – Полковник, думаю, перенесём ненадолго мой рассказ о событиях большого приёма, а сейчас хотелось бы услышать из первых уст, чем успел за такой короткий промежуток времени отличиться лейтенант.

– Пока ничем, – хмуро ответил полковник, – он представил план, который планировали обсудить сегодня, чуть позже. Но если уж официальная часть представления завершена, предлагаю пройти в другой кабинет и обсудить предложение лейтенанта. Как раз благоприятная возможность ввести нового начальника штаба в курс дела.

Штабные офицеры начали доклад с общей обстановки дел. Присутствующие хорошо подготовились и говорили чётко, коротко, сугубо по делу, без домыслов, только факты. Когда дошла до меня очередь, я немного растерялся, но видя заинтересованный взгляд полковника Сантерса, взял себя в руки и шагнул к карте. Говорил долго, а попытку меня перебить пресёк новый начальник штаба и дальше меня не прерывали. На лицах слушающих доклад читал озабоченность, непонимание, а новоиспечённый начальник штаба и командир армии о чём-то тихо разговаривали, будто меня не слушали. Но я не останавливался, продолжал убеждать собравшихся в своей правоте.

– Ваше мнение? – обратился к новому начальнику штаба командир армии, – понимаю, времени недостаточно для полного понимания обстановки…

– Почему же, – бодро ответил Сантерс, – лейтенант предлагает перейти линию соприкосновения, пробраться к стратегически важным объектам и их уничтожить. Чем посеять панику и поставить под угрозу всё существование на нашей земле армии агрессора. Цель понятна, но хватит ли сил? Лейтенант, какими силами вы планируете провести операцию?

– До сотни гвардейцев. На сегодняшний день отобрано и идёт подготовка к конкретно этой операции полусотни гвардейцев. Думаю, через пару недель их станет больше, но большим чем сотня числом переходить линию соприкосновения и идти по тылам противника считаю нецелесообразным.

– Почему?

– Возникнут вопросы со снабжением. Уходить будем не на один месяц. Контакт с местным населением будем стараться ограничивать, но столько продовольствия и боеприпасов не унесём, а если унесём, то мобильность группы снизится в разы.

– Логично. Просьбы? – как-то непривычно для меня было, что начальник армии сидел, не вмешиваясь в происходящее, а остальные штабные офицеры или боялись высказать своё мнение новому начальнику, или действительно не понимали суть происходящего, а может, им было всё равно?!

– Есть просьба, но она к полковнику Генинсу. Мной для утверждения подан рапорт на присвоение чинов младшего сержантского состава. Прошу рассмотреть.