Павел Чук – Игра (страница 46)
— Руководству клана отбывать на поиск неразумно. Здесь дел много. Пошли кого посмышлёней за ними. Предполагаю, что группа и там себя проявит. Разве соклановцев нет на других континентах, кто учится, кто путешествует? Оповести всех, чтоб обращали внимание на чат, форум континента и сообщали о необычных случаях. Почтовые курьеры работают?
— Работают, глава.
— Не называй меня так. Давно отошёл от дел.
— Хорошо, Призрак.
ВосточныйВетер вышел из мастерской, и почему раньше не пришло в голову привлечь к поиску «пупсов» тех, кто находится в странствиях на других континентах? Раздосадованный пришедшей с запозданием умной мысли, ВосточныйВетер направился прямиком в Курьерскую службу, где отослал отсутствующим на втором континенте членам клана экстренное сообщение о поиске постоянной группы «Крейзи Пупс» в чате, форумах континента, доступ к которым имеют.
Баал восседал на троне, установленном на возвышенности в тени могучего дерева. Последние изменения в проекте отразились в сложившемся миропорядке, в том числе, в рядах Пантеона.
«Мнемосина оказалась права, никакие мы не боги, а „слепые“ помощники, призванные помогать и решать мелкие вопросы, связанные с проектом», — думал про себя Баал. Событие с «восстанием» демона Астарота, части Системы первоначально не воспринималось всерьёз. Лишь десяток лиц в проекте, да единицы в реальном мире, осознавали суть угрозы.
Пантеон разделился. Раскол прошёл болезненно, но событие — свершившийся факт. Из Пантеона десяток «богов» остались нейтральными, не примкнувшими к какой-либо стороне. В том числе и Баал. Ему, как верховному распорядителю Пантеона, примкнуть к одной из сторон конфликта означало оставить блюсти порядок, установленный Системой, которая по неписаным законам не вмешивается в установленный уклад.
— Баал, не спи! — вывел из задумчивости голос Эрмия.
— Какую новость принёс, вестник? — официальным тоном начал разговор Баал.
— Вести нерадостные, — усевшись рядом с Баалом на появившееся из ниоткуда кресло, ответил Эрмий. — Астарот вновь собирает армию для похода на столицу второго континента.
— Никак не угомонится.
— В этот раз всё серьёзней. Демон учёл ошибки предыдущего сражения. Армия противника хорошо подготовилась. Состав насчитывает десятки тысяч неписей, тысячи примкнувших к ним игроков, в том числе «постоянщики», а в стане защитников разлад… И в Пантеоне, сам видишь, что творится.
— Вижу! Но вмешательство чревато последствиями, — резко ответил Баал.
— Система какие-то указания давала? Может, к Пророку снова слетать, пока ничего непоправимого не произошло? — не унимался Эрмий.
— Система по поводу войны молчит. Такое ощущение, что не знает, что предпринять, какую сторону выбрать.
— Во, как! Весело! Когда вошёл в Пантеон, предполагал, что тут всё ясно и легко, но оказывается, здесь свои «заморочки», — усмехнулся вестник Эрмий, один из последних принятых в Пантеон «героев».
— Не смешно. В проекте четыре континента. Все они взаимосвязаны. Если один попадёт под влияние демона, то равновесие нарушится. Никто не представляет, что произойдёт в дальнейшем.
— Равновесие нарушилось, когда Астарот пошёл против Системы, — изрёк Эрмий.
— Ты прав. Слетай к Пророку, может, что скажет толкового, — подытожил разговор Баал.
Группа «Крейзи Пупс» расположилась в таверне, отмечая удачный поход на «безумную кошку». Лут, собранный во время похода, оказался небогатым, но цель: научиться использовать полученные навыки и умения — достигнута.
— Что за свиток с босса выпал? — спросил гном, довольный хоть скудным, но пополнением бюджета группы.
— Сейчас, — ответил ВолоМори и достал из инвентаря свиток и, присмотревшись, зачитал описание: «Свиток исцеления питомца. Действует однократно. Оживляет питомца персонажа, применившего свиток. Класс: уникальный».
— И всё? — разочарованно выдохнул гном.
— Да. Больше ничего не написано, — ответил ВолоМори.
— Арсту как раз подойдёт, чтоб Пупса возродить разок, в случае необходимости. Стоимость свитка невысокая. Продавать смысла нет, — сказал ГромоБой, глядя в полумрак зала таверны.
— Гром, что высматриваешь? — спросил ВолоМори, обернувшись в сторону входа в таверну.
— Два раза дверь в таверну открылась, но никто не вошёл. Подозрительно. И посетители как-то быстро расходятся.
— Я тоже заметил. За нами следят, — ответил Арст.
— И кому мы «убогие» понадобились. Ничего нет, ни достижений великих, ни вещей супер-пупер, даже не клан, — буркнул гном, но посмотрев на Шторма, осёкся, облачился в боевые доспехи.
— Приготовьтесь. Вероятно, в таверне нападать не будут, но мало ли что, — тихо сказал Арст.
— Шторм, что молчишь?
— Хотели, напали ещё вчера, когда Борода один тут сидел байки рассказывал всем, — невозмутимо ответил Шторм, — но к встрече приготовьтесь.
Друзья решили не расходиться. Только ВолоМори проводил Зару в личную комнату и вернулся назад, облачённый в боевой шмот. Зара в личной комнате следила за сообщениями в чате группы и по условленному сигналу готовилась прибыть на помощь друзьям.
Постепенно посетителей в таверне не осталось. В полумраке зала за столами постепенно появлялись игроки, выходящие из режима «невидимость». Уровни, ники и принадлежность предполагаемых противников оставались скрытыми.
— Воры, убийцы, — оглянувшись, сказал Шторм, — много их, не отобьёмся.
Дверь в таверну открылась, и внутрь помещения вошёл персонаж. Не обращая внимания на «гробовую тишину», воцарившуюся в зале, прямиком направился в сторону, где сидел Арст с друзьями.
— Добрый вечер. Не против, присяду к вам за стол, — с добродушной улыбкой сказал персонаж расы человек, ник и уровень которого оказались скрыты и, не дожидаясь ответа, присел на свободное место рядом с ВолоМори.
— В приличной компании представляться не принято? — глядя на наглого гостя, сказал гном.
— Это и есть «страшный гном», которого боятся все неписи проекта? — усмехнулся незнакомец и продолжил, — мой ник ШикоТан. Представляю клан «Мамото». Являюсь заместителем главы и по совместительству казначеем.
ШикоТан произвёл манипуляции с доступом к характеристикам персонажа, и друзья увидели уровень сидевшего напротив, который оказался двести восемнадцатым.
— Это ваши спутники? — обведя зал рукой, спросил Арст, указывая на сидящих за столами персонажей.
— Да. Не волнуйтесь, понимаете, издержки должности. Не отпускают погулять без охраны, — усмехнулся ШикоТан.
— С чем пожаловали? Не просто так прибыли в локацию, тем более не один, а с прикрытием.
— Верно. Не просто так. Предлагаю купить или обменять на равноценный, секрет отпугивающий мобов.
— Фигушки! — буркнул гном и отвернулся лицом к стене.
— Предлагаю за секрет пять тысяч золотых.
Гном повернулся назад, и стало видно, как Борода в уме проводит мучительные расчёты по раскрутке «богатенького буратины».
— Тридцать! И только за принцип действия. Сможете повторить — ваше счастье, — ответил гном.
Друзья, сидевшие за столом, не вмешивались в процесс торговли. Так как в искусстве «купли-продажи» гному не было равных, а вмешательство в процесс помешает достижению результата.
— Двадцать пять. Предполагаю, клан, входящий в ТОП-10 континента, повторит требуемые условия, — улыбаясь, ответил ШикоТан.
— Дело ваше. Деньги!
На стол со звоном опустился кошель. Могучая Борода полез в инвентарь, извлёк кружку и предъявил ШикоТану.
Представитель клана «Мамото» придирчиво осматривал обычную на первый взгляд кружку. Вчитывался в характеристики предмета, изучал надпись по ободу кружки. Временами ШикоТан «зависал», общаясь с кем-то в чате. Тем временем Могучая Борода умелым движением забрал кошель и поместил в инвентарь, подмигнув сидящим рядом друзьям, которые с интересом наблюдали за процессом торговли.
— «Изготовитель: мастер Арст», — процитировал строку характеристик предмета ШикоТан, — случайно это не сидящий напротив меня?
Арст кивнул в ответ.
— И свистульки призыва ваше произведение?
— И свистульки, — ответил Арст.
— Предлагаю за «кружку» сто пятьдесят тысяч золотых.
— Ха! Не продаётся! Договаривались, что раскрою секрет. Секрет раскрыл, так что пробуйте повторить! — радостно воскликнул гном.
— Двести тысяч, — не унимался ШикоТан.
— ШикоТан. Кружка — подарок. Продавать предмет, сделанный другом, не входит в планы, — серьёзным тоном ответил Борода.
— Понимаю. Возможно, заинтересуют не деньги, а предметы, равноценные по значимости?