Павел Чук – Друзья по несчастью (страница 2)
Шевелю затёкшей рукой, пробую перевести себя в вертикальное положение, опереться на постель, скинуть ноги и встать. Глаза так и не удаётся открыть. Проделать незамысловатые кульбиты не удалось. Нога, а потом и руки упёрлись во что-то твёрдое на всех уровнях, которые удалось прощупать, и сознание вновь провалилось в темноту…
***
— Зачем… этого сюда втащил! Дел итак невпроворот, а тут ещё разумный туземец на нашу голову! — говорила гуманоидного вида особь, с первого взгляда и не определить пол и возраст. Ростом метра полтора с бледно-серой кожей, глаза относительно лица несоразмерно большие, на выкате. Нос, наоборот, как «кнопка». Ушные раковины прикрыты бурной растительностью на голове, непропорционально маленькой относительно тела. Одет гуманоид в комбинезон серо-синего цвета с многочисленными карманами. Говоривший на неизвестном языке, активно жестикулировал руками, указывая, скорее всего подчинённому, то на капсулу, в которой шевелился человек, то на панель управления.
— Командир! Прости, перепутал команды, — понуро ответил второй, на вид моложе гуманоид, — и луч, вместе с прибором, забрал живой объект…
— Смотри! Он шевелится! Вколи ему дозу снотворного!
После нетрудных манипуляций молодой, как потом оказалось, стажёр «космической экспедиции по изучению разумной жизни рас, не достигших уровня развития для вхождения в Альянс Цивилизаций Галактики», вернулся к командиру для продолжения «трёпки».
Выбросить за борт, или лишить жизни разумное существо, хоть и не входящее в Альянс, а тем более не обладающее знаниями, позволявшими отстаивать свои интересы, категорически запрещалось под страхом наказания, которое последует незамедлительно, как только факт откроется, в чём сомневаться умудрённому опытом командиру исследовательской миссии, капитану Ускусу, не приходилось. Немного остыв, капитан, усевшись в кресло, принялся анализировать сложившийся казус: «Вернуть назад — не получится. Уже вышли за орбиту звёздной системы. Просто топлива не хватит на обратный путь. Попросить помощи — коллеги засмеют. Убить?! Так раньше или чуть позже факт умышленного лишения жизни разумного станет известен кому-либо из членов Альянса и, страшно даже подумать, какое наказание выберет дисциплинарный комитет. Забрать с собой… так в маршрут-задании «отбор живых образцов» не планировался — накажут за неисполнение предписания»…
— Капитан, приказание выполнил! Туземец уснул!
— Не ёрничай! Какие предложения по ситуации, в которую втянул?!
— Ну, может высадить, где на планете, пригодной для жизни…
— Чтобы потом нас с тобой также высадили на планете, пригодной для жизни, только…, на необитаемой планете!
— Можно выбросить его в капсуле в открытый космос, где проходят торговые маршруты…
— Подумай, что сказал. Он или помрёт, не дождавшись помощи, или не помрёт, но всё равно по капсуле найдут нас!
— Идею с работорговцами в системе Гильза, лучше не озвучивать? — тихо спросил стажёр.
— Нет! Ладно, завтра подумаем, — ответил командир и жестом указал стажёру выйти вон с глаз долой…
Межпланетный корабль расы Кенгиры приближался к «точке невозврата». Требовалось принять решение о «безбилетном пассажире», который всё время спал в медицинской капсуле, настроенной на поддержание жизни объекта, физиологически сходного с особями человеческой расы.
— Куртис! Прибыть на мостик! — вызвал капитан стажёра.
Не заставив себя долго ждать, тот предстал перед капитаном, ожидая указаний.
— Перенеси нашего гостя к обучающей консоли. Пусть изучит язык, обычаи и то, что знаем на уровне первого класса образования. Может, удастся с ним договориться.
Стажёр замялся, но не двинулся с места.
— Что? Приказ не ясен?
— Капитан, вы не поможете перенести его в ложемент к консоли, а то он слишком тяжёлый. Не донесу один, а будить, как понимаю, раньше срока — нежелательно.
— Используй гравиплатформу с захватами — осталоп!
«Как только таких недоучек отпускают в дальние экспедиции», — думал Ускус, — «а мне ему характеристику ещё писать, рекомендации, отчёт по итогу экспедиции, а что писать, если не выпутаемся из проблемы — всё, прощай Дальний Космос. В лучшем случае запрут, где-нибудь в исследовательском центре в недрах планеты без солнечного света и связи с внешним миром»…
— Капитан, гость прошёл обучение и пришёл в себя! Драться кинулся, но я его гравиплатформой стукнул! — через некоторое время на мостик вбежал запыхавшийся стажёр.
— М-да, наверно, придётся по прилёту попрощаться с семьёй, — не удержался, вслух сказал Ускус.
***
Приятные ощущения от лёгкого массажа спины, поясничного отдела, передавались всему телу. Хорошо-то как! Сознание постепенно прояснялось, мысли приобретали чёткую структуру. Хотелось петь от счастья и лёгкости в теле. Попробовал сориентироваться в пространстве — сижу, точнее, полулежу в удобном анатомическом кресле. Но почему-то шевелиться затруднительно, не то ноги-руки не слушаются, не то связан, и на голове ощущается груз, сравнимый с каской типа «Сфера». Открыв глаза, осмотреться не удалось — обзор закрывает что-то надетое на голову. В оставшуюся узкую полоску разглядеть ничего не получается. Только яркий, но не обжигающий свет наполняет пространство вокруг. Непонятное щебетание, похожее на языки романской группы: с трудом различимая смесь французского и испанского.
— Вы меня слышите? Понимаете? Как вас зовут? — откуда-то сзади доносился приглушённый голос. Но незнакомец не говорил на русском языке, а продолжал щебетать на неизвестном, который с каждой минутой понимать становилось всё легче и легче.
— Где я? Ничего не вижу. Снимите с меня…, - и тут руки-ноги освободились от «захватов», шлем поднялся. Взору предстало помещение в серо-зелёных тонах, уставленное непонятными приборами, на которых, перемигиваясь, горели индикаторы. Не без труда поднялся с кресла, помассировал руки. Обернулся, и перед собой увидел Этого! Ростом на голову ниже, одетого в светящийся отражённым голубоватым светом комбинезон. Сероватая кожа лица контрастировала с несоразмерно большими голубыми глазами. Из-под причудливой шапочки, похожей на тюбетейку, виднелись ржаного цвета волосы. В коротких руках незнакомец сжимал прямоугольную «коробочку».
— Приветствую вас — разумный! Как ваше имя?! — неизвестный оскалился, как потом узнал в улыбке, но вид улыбающегося Кенгира, то ещё зрелище: узкая полоска губ растянулась «до ушей», взору предстал ряд остроконечных зубов. От увиденного начало трясти от страха, но пересилив, замахнулся и правой рукой с силой нанёс удар в лицо зубастого существа, но не успела она описать траекторию и достичь цели, как вновь провалился в темноту беспамятства…
***
Очередное пробуждение давалось с трудом. Голова гудела. Во рту солёный металлический привкус. Мысли не хотели «собираться в кучу». Головной мозг отказывался работать, но на задворках сознания проявлялись неизвестные ранее знания из фундаментальных наук: математики, физики, геометрии и других, названия которых и не выговорить, но главное, я понимал разговор, доносящийся откуда-то из темноты.
— Капитан, может его всё-таки связать?
— Не надо. Просто будь начеку.
— Он очнулся, но притворяется, — чуть тише, но различимо сказал кто-то.
— Пи-ить. Воды! — не открывая глаз, непроизвольно сказал на том же языке, что и говорившие. Ощущал, что нахожусь в горизонтальном положении. Лежал на левой руке в пол оборота… Кто-то сзади потряс за плечо и сунул в руку ёмкость. Принюхавшись, по запаху определил цитрусовый аромат и жадными глотками выпил содержимое. Стало легче, и рискнул приподняться, открыть глаза. Картина не обрадовала. Всё тот же приятный свет, а, напротив, в кресле, сидит гуманоид, но по внешнему виду другой, не тот, что в первый раз.
— Как вас зовут?
— Павел.
— Павел, не делайте глупостей. Нам необходимо поговорить. Ко мне можете обращаться капитан Ускус. Я из расы Кенгиры, а вы, как понимаю, Человек.
— Да…
— Это не вопрос, а утверждение. Вы ещё недостаточно понимаете наш язык, но со временем, немного практики, и выучите специфику произношения.
— Где я? Что случилось? — приняв вертикальное положение, задал очевидный вопрос.
— Вы на корабле исследовательской экспедиции. Я — капитан, а тот, с кем первым встретились — мой помощник, стажёр Куртис. Да, встаньте уже с пола. Присядьте!
Повинуясь приказу, встал, как-никак сидеть на полу неудобно, наверно, как вырубился, так и оставался лежать и только сейчас увидел сзади того, кто меня напугал, неизвестно как «вырубив». Он стоял чуть сзади и опять скалился во все зубы. Непроизвольно отшатнулся и чуть не упал, от нахлынувшего головокружения.
— Куртис! Прекрати улыбаться! Своим видом пугаешь нашего гостя.
Стажёр прекратил скалиться и, потупив взгляд, склонил голову.
— Итак, Павел, — продолжал капитан, — у нас деловое предложение…
— Кровь мою выкачать хотите, мало биоматериала забрали, когда «в отключке» был?
— Мы не за биоматериалом прилетали. В план-задании этого пункта нет.
— Тогда верните меня назад! Там друзья, наверно, с ума сходят!
— В этом и проблема. Назад вернуть и с собой взять по определённым причинам — не можем. А теперь успокойтесь и выслушайте до конца, потом отвечу на вопросы.
Усевшись поудобней, приготовился слушать речь гуманоида. Но ощущение отрешённости, что всё происходит с кем-то другим, а не со мной, не покидало. Из рассказов футурологов, фильмов, как художественных, так и документальных, фантастической литературы, имел скромное представление о вероятности контакта инопланетян с людьми, но всё же отрицать тот факт, что нахожусь в межпланетном аппарате, разговариваю на ранее неизвестном языке и, что передо мной инопланетянин, а не игры воображения, сомневаться не приходилось. Потрогал губу — разбита. Не сплю. Ущипнуть себя и не пытался. Голова болела от полученного удара, но постепенно мысли прояснялись.