реклама
Бургер менюБургер меню

Павел Брянцев – Литовское государство. От возникновения в XIII веке до союза с Польшей и образования Речи Посполитой и краха под напором России в XIX веке (страница 14)

18

Из деревьев и кустарников литовская поэзия, как древняя, так и новая, любит розовый куст, дуб, клен, липу и березу. О розовом кусте сохранилось несколько песен – ясно, что это обломки каких-то мифологических рассказов; о липе, дубе и других осталось тоже много песен. Из всех деревьев дуб чаще всего упоминается, но это и понятно: дуб в религиозных верованиях литовцев был самым священным деревом.

В литовских песнях нередко можно встретить выражение о превращении души молодца в цветок или души отца в дуб. Из этого можно заключить, как и заключают некоторые, о веровании древних литовцев в переселение душ после смерти в другие тела.

Из царства животного в литовских песнях больше всего упоминаются птицы, а именно: кукушка, предвозвестница правды и будущего, голубь, соловей, ласточка, зяблик и другие.

Вот для образца несколько литовских древних песен, взятых нами из сочинения Киркора и Кукольника «Черты из истории и жизни литовского народа»:

Месяц женился на солнце, То была первая весна. Солнце встало очень рано, Месяц, устыдясь, сокрылся. Месяц блуждал один И влюбился в Денницу, И рассердился Перкун И рассек его мечом. – Зачем ты оставил солнце? Зачем влюбился в Денницу? Зачем таскаешься один по ночам? Денница приготовляла свадьбу (пир). Перкун въехал через ворота И разбил зеленый дуб. – Кровью, что брызнула из дуба, Замаралось мое платье И запятнался венок. Плакала дочь солнца, Три года листья собирала, Иссохшие листья. – Где я, любезная мать, Платье вымою? Где выполощу эту кровь? – Иди, моя милая дочка, К тому озеру, В которое втекают девять ручьев. – Где я, любезная мать, Высушу мое платье? Где его развешаю на ветре? – О, милая дочь моя, В саду, в садике, Где растет девять роз. – Когда я, любезная мать, Надену свое платье? Когда будет чисто? – О, дочь милая! В тот день, когда на небе Засветит девять солнц[49]. Лайма зовет, Лайма кричит И бежит босиком по берегу. Я взобралась на гору, Увидела трех рыбаков, Трех на море пловцов. – Не видали ль вы брата На высоком море? – О, девица, о, лилия. Брат твой утонул, Лежит в море на дне, Песком омывает ему лицо, Волна играет с его волосами. – О, рыбаки, о, друзья! Не вытащите ли вы мне брата Из глубокого моря? – Что нам дашь, если вытащим? – Одному шелковый пояс, Другому золотое колечко, Третьему мне нечего дать, Буду служить у него, У молодого кормчего. Кормчий хороший человек, Умеет править судном