Павел Барсов – Рыжие тёмными не бывают (страница 24)

— Зачем?

— Ты моё лекарство от скуки, моё развлечение. — Киваю задумчиво.

— Что-то не так? — Мои мыслительные потуги его тревожат.

— Я хочу понять, как я оказалась в вашем мире и кто я вообще. Из моей памяти почему-то осталось лишь немного маленьких кусочков. Я помню, что я с другой планеты, но не помню, как оказалась на этой. Помню, что люблю пирожки с капустой, но не помню даже, как они выглядят. Помню имя, но не помню, кому оно принадлежит. Помню, что этот человек для меня много значит, но кто он, как выглядит – для меня всё во тьме. Каламбур получился.

— У нас много времени, чтобы вспомнить. — Он задумчиво поправляет мне волосы. — Время во Тьме идёт в десять раз быстрее, а мы не стареем.

— Хочу погулять, посмотреть всё вокруг. — Мысль притопать и завалиться спать с таким пузом показалась ужасной.

А ещё мне просто за последнее время стало хорошо на душе. Я будто нашла то, что потеряла, что-то важное, только сама не знаю что. Это чувство как-то прямо связано с Гораном и я не хочу сейчас отпускать ни его, ни это чувство.

— Мой лорд. — К столику подошел какой-то человек.

Горан шепнул мне, чтобы я никуда не уходила, и отошел с ним. Они уселись за несколько столов, чтобы я не слышала, о чём они говорят. Горан, севший лицом ко мне, периодически улыбался мне, на слова собеседника больше хмурился. Этот сиреневолицый, забравший надолго Горана, несколько раз оборачивался и бросал на меня долгий и тяжелый взгляд. Наконец он ушел, а Горан вернулся.

— Ты хотела погулять? — Он улыбнулся и я поняла, что именно эта улыбка и вызвала то чувство тепла на душе.

Кажется, эта улыбка и есть та самая найденная моя потеря. Горан терпеливо бродил со мной, пока я сама не почувствовала себя смертельно уставшей. Когда он привёл меня к двери комнаты, поцеловал в лоб.

— Я думаю, что мы сможем узнать, кто ты и откуда. Найдём того, кто для тебя так много значит, и тех, для кого много значишь ты.

Я растерянно посмотрела на него и промолчала. Он подтолкнул легонько меня к двери. Когда я вошла, он сам прикрыл дверь и быстро ушел. Я наложила защиту и упала на кровать, как была, лишь спихнув с себя ногами кроссовки, и уснула через минуту.

В течении следующих недель я просиживала с Гораном целые дни напролёт. Мы много тренировались на мечах и тогда мне частенько доставалось на орехи. Он хвалил меня и даже говорил, что догадывается, чья мастерская рука была приложена к моим уменьям. Он читал мне книги и учил читать на их языке самостоятельно, рассказывал множество историй и просто интересного. Однажды он спросил про имя, которое я помню. Я назвала, а в душе шевельнулось какое-то щемящее чувство.

— Я думаю, мы сможем отправить тебя домой. — Заявил Горан спустя два месяца, проведённых мною в их обители.

— А если я не хочу? — Я подошла и обняла его. — Если я хочу, чтобы здесь был мой дом?

Он посмотрел мне в глаза.

— Я прожил здесь двести лет по времени Тьмы и не смог назвать это место своим домом.

На его лице не было улыбки в этот момент, только понимание и жалость.

— Ты встретишься со своими близкими и всё вспомнишь. Встретишь своего Серёжу.

В этот раз имя даже не вызвало никакого отклика в моей душе.

— Я хочу остаться. — Чувствую, как мои глаза наполняются слезами. — остаться с тобой. Ты — всё, что у меня есть, и всё, что мне нужно.

— Нет. — Он отстранился от попытки поцеловать его. — Я не могу быть с тобой.

Он уселся за стол спиной ко мне.

— Я прожил здесь двести лет и не смог забыть ту, которую люблю. Я знаю, что и она любит меня, хоть и остается в одиночестве не двести лет, а только двадцать.

В коридоре раздались шаги, Флин прошёл и бросил на стол перед Гораном чёрный камень.

— Я нашёл Жакса и он мёртв, только убила его не она. Он разрублен почти пополам огромным орковским топором. Она бы просто его не подняла, не говоря об ударе.

Он развернулся и вышел из зала. То, что я его не видела эти два месяца, меня только радовало, а появление именно сейчас показалось самой жестокой иронией судьбы. Горан спрятал камень в шкатулку, затем повернулся ко мне. Я подошла к нему и уткнулась губами в его волосы. Через минут пять он меня отодвинул и поднялся, повёл за руку. Мы куда-то переместились через завесу, снова долго шли. Горан глянул в один из разрывов.

— Смотри.

Передо мной сидит тот самый розоволицый парень из мимолётного видения. На губах у него та самая улыбка, знакомый прищур карих глаз.

— Теперь понимаешь? — Горан вздохнул. — Можешь выйти хоть сейчас.

Я снова в полном раздрае – хочу и боюсь сделать этот шаг. Я осознаю, что дело не столько в Горане, молчащем рядом со мной, сколько в страхе. Пожелай я потом вернуться в тень – один шаг. И боюсь я не толпы, которая вполне может меня растерзать раньше, чем я пройду эти несколько шагов. Не того, что он может оттолкнуть меня или просто я для него не важна. Я боюсь признать, что улыбка, служившая моим маяком всё это время, не давшая мне потеряться во Тьме, всего лишь волей случая повторила что-то более важное и всеобъемлющее, заполнявшее мою потерянную в тенях памяти жизнь.

— Идёшь? — Улыбка Горана немного отличается, сейчас я это вижу.

И тем страшнее мне становится, тем болезненнее желание сделать шаг на свет. Я качаю головой.

— Не сейчас. — Отступаю от разрыва. — Я не готова.

Глава 13.

Краш.

— За неделю боёв мы потеряли половину. — Валир не поднимает глаз от карты, как будто там ещё можно найти что-то новое.

В шатре, кроме Тэи, меня и Боло, двое командиров, возглавляющих фланги. Один из них устало замечает:

— Ещё одна-две битвы – и армии просто не станет. Чем дальше, тем больше орков подходит к тем, что нас окружают. Вчера мы дрались один к десяти, сегодня на одного нашего уже приходилось по два десятка. Поднять меч у нас в состоянии половина, а идти в бой – от силы треть. Вся наша оборона держится на королеве ветров и Даре Краше.

Улыбаюсь при упоминании об Энжи. Могущественная волшебница, которая любит по-кошачьи мурлыкать, когда её обнимаешь, хрупкая девочка, в которой нет даже пятидесяти килограммов веса, с детской улыбкой и золотыми локонами, которые лишь подчёркивают блеск огромных синих глаз. Сейчас они с Элей отсыпаются после последнего боя под охраной орочьей сотни Золата.

— Сколько у нас времени на отдых? — Второй командир поднимается.

— Часа четыре, вряд ли больше. — Боло разворачивается к принцессе, когда командиры выходят. — Для вас без изменений, ваше высочество – никаких битв.

— Какая разница? — Она закрывает глаза. — Если мы проиграем, для людей Ниала солнце погаснет.

— Солнце не погаснет, — старик улыбается и накрывает её маленькую ладонь с тонкими длинными пальцами, — пока останется хоть один самый маленький розовый луч.

— Я не сбегу! — Она сверлит его взглядом. — Хватит об этом!

— Не пристало принцессе ездить в мешке или связанной поперёк седла. — Он ухмыляется и продолжает уже всерьёз. — Если мы проиграем, ты станешь последней надеждой.

Выхожу из шатра и сталкиваюсь с воином в орочьих доспехах, спрыгивающим с коня. За эту неделю в лагере появились лошади в достаточном количестве, чтобы наладить курьерскую связь, да и обход лагеря перестал занимать полный день. Он заходит вовнутрь, а через минуту появляется вместе с Боло, который также вскакивает на коня. На мой взгляд он лишь улыбается и показывает большим пальцем на небо.

— Куда это он? — Тэя спрашивает из-за моего плеча.

— Похоже, за хорошими новостями. — По другому его жест я объяснить не могу.

Она вздыхает.

— Какая хорошая новость может быть в нашем положении? Не могу сидеть на одном месте. — Направляется к лошадям. — Составишь компанию?

Мы едем в том же направлении, куда ускакал Боло. Находим его невдалеке от лагеря во главе колонны крупных бледноватых по сравнению с другими ниальцами воинов. Рядом с ним на лошади едет огромный воин едва ли не такого же возраста, как Боло. Тэя с улыбкой кланяется ему.

— Лорд Боран. — Она приветливо улыбается ему.

— Решил проведать старого друга и заодно поприветствовать ваше высочество. — Громадный старик рад ей, будто собственному любимому ребёнку.

— И для помпезности прихватил с собой всех горных великанов. — Смеётся Боло.

— Гвардия Горного клана. — Тихо объясняет мне Тэя. — А Боран – глава этого клана.

— А что за пыль на той дороге? — Горный лорд указывает в сторону.

— Что-то красное… — Тэя с удивлением всматривается вдаль. — Я готова поклясться… Это плюмажи на шлемах клана Красной луны.

Она в растерянности смотрит на Боло.

— Алые клинки никогда особо не праздновали Ришана, — Тот флегматично пожимает плечами и усмехается, — Зато всегда не против хорошей драки.

Он приставляет руку козырьком к глазам. Я следую его примеру.

— Ещё что-то блестит.

— Это королевская стая. Идут защитить своего волчонка. — Боло указывает глазами на покрасневшую Тэю.