Павел Барчук – Темный Властелин идет учиться (страница 25)

Успокаивало то, что не все ситуации, в которых пробуждалась Тьма, происходили в присутствии Муравьевой. В архиве, например, княжны не было. А вот Сила точно была. В общем, с этим нужно было как-то разобраться. Есть ощущение, что разгадка и ключ к Силе кроются именно в состоянии моего сосуда.

Именно поэтому вечером, перед сном, я не поленился, попросил планшет у Звенигородского, чтоб изучить информацию о магии. Вернее о том, как она функционирует в Десятом мире.

Ну как попросил. Взял. Он вроде бы хотел что-то возразить, потом поймал мой хмурый взгляд и сразу замолчал, уткнувшись носом в тесты по математике. Надо отметить, после случившегося в архиве Артем начал себя вести немного иначе. Я, пожалуй, сказал бы, что он, в некотором роде, чувствовал себя обязанным. Ну и, конечно, неизгладимое впечатление и на Звенигородского, и на Строганова произвёл тот факт, что я не испугался огромного паучару. Смертные же не в курсе, что Бездна и моя Империя Вечной Ночи кишат подобными тварями. Алхимик — еще не самый страшный из них.

И вот, что я выяснил, до поздней ночи провозившись в планшете. Та Сила, которой от рождения обладают Чернославы, и правда совершенно другая.

Магия в Десятом мире — это не просто заклинания, не просто поток могущественной Тьмы. Она основывается на законах физики и естествознания.

Суть магического искусства смертных— концепция «Маны», универсальной энергии, которая пронизывает всё сущее. Люди с магическим даром («одаренные») способны воспринимать, фильтровать и направлять эту энергию, изменяя реальность согласно своей воле и пониманию законов мироздания. Только так. То есть, магия существует вне их тел. Дворяне всего лишь умеют видеть ее, впитывать и пользоваться ею.

То есть, к примеру, если в Империи Вечной Ночи я могу взмахом руки создать любой предмет из ничего, здесь, в мире смертных такое не прокатит. У смертных не прокатит. Насчет себя не уверен. Думаю, когда смогу добраться до Силы, для меня ничего не изменится.

Способности любого мага определялись несколькими параметрами: ёмкостью резервуара, общим запасом маны, который маг может хранить и использовать, а так же чувствительностью и контролем, тонкостью восприятия потоков маны и точность их направления.

Всего в Десятом мире существовало несколько видов магического искусства. По крайней мере, официально признанных на государственном уровне.

Первый — техномагия или аркано-инженерия. Это направление, объединяло магию и современные технологии. Техномаги не просто программировали устройства — они вплетали магические контуры в электронные платы, создавая гибридные артефакты. Они могли переписывать голографические интерфейсы силой мысли, заряжать устройства собственной маной и общаться с примитивными нейросетями напрямую.

Принцип действия их Силы был достаточно прост. Мана использовалась как источник питания и как инструмент программирования. Заклинания заменяли код, а магические резонансы — алгоритмы.

Второй вид — бытовая магия или, как многие ее называли по старинке — прикладное колдовство. Если верить статистике, которую я нашел в интернете, бытовая магия — самое распространенное и повседневное направление. Она использовалась для удобства и комфорта людей. Ею владели почти все одаренные, в той или иной степени. Навести порядок, починить вещь, сшить брюки, сварить кашу из топора, вырастить урожай в ускоренном режиме и так далее.

Это были простые, отточенные до автоматизма заклинания, направленные на манипуляцию предметами и стихиями в малых масштабах.

Следующий вид — медицинская магия или биомагия, высокотехнологичное и этически сложное направление.

Медики-маги работали в симбиозе с диагностическими приборами. Они не просто лечили заклинаниями, а использовали магию для точечного воздействия на клеточном уровне, ускорения регенерации и борьбы с болезнями.

Маг «сканирует» тело пациента своим восприятием, находит повреждения и направляет потоки маны, чтобы стимулировать естественные процессы заживления или нейтрализовать патогены. Работа с костями и крупными ранами требовала фантастической точности.

К данному направлению относилась и магиофарма — отрасль, которая занималась созданием лекарств, бадов, всяких настоек.

Четвёртый вид — боевая магия. Элитное направление, находящееся на службе у государства, магических корпораций и аристократических домов. Это не просто кастование файерболов — это тактическое применение Силы для нейтрализации, защиты и нападения. Это использование маны как оружия: создание щитов, кинетических ударов, управление элементами стихий, взлом вражеских заклинаний и техномаггических систем.

Следующий вид — пространственная магия. Кровеносная система современной империи. Магия, отвечающая за перемещение и хранение. От простых карманных измерений для складирования вещей до межконтинентальных телепортационных сетей. Манипуляция пространственно-временным континуумом. Создание «складок» в пространстве для мгновенного перемещения или «карманов» для хранения.

Особым видом считалась анимагия или магия души и иллюзий. Самое тонкое и субъективное направление. Работа с восприятием, эмоциями, памятью и подсознанием. Она широко использовалась в развлечениях, искусстве, терапии и, реже, в манипулятивных целях. Ее основа — проекция сложных образов и эмоциональных паттернов непосредственно в сознание цели или в окружающую среду.

Редко маги работали по-отдельности и только в своём направлении. В основном это был симбиоз нескольких видов. Например, левитационные панели создавали техномаги в коллаборации с бытовыми магами.

Шесть! Шесть официально признанных направлений! Это не считая обычного дара, который проявляется у дворян в виде наличия нестабильной Силы. То есть, с детства они чувствуют магическую энергию, поглощают ее, а потом используют каким-то особо тупым образом. Специализацию маги получали только после обучения, а до этого момента просто являлись носителями магического таланта.

И на фоне столь богатого выбора — Оболенский, с его абсолютной, звенящей пустотой.

Честно говоря, я, хоть убейся не мог понять одной вещи. Как в дворянской семье родился человек без дара? Это не просто аномалия. Это похоже на какую-то фантастическую ошибку. Дворяне потому и дворяне, что их кровь несет в себе особый ген. Именно этот ген делает их одаренными. Так какого черта⁈

В воспоминаниях Сергея я видел момент, как мать жаловалась отцу на слухи, которые ходят в обществе. Мол, младший Оболенский вовсе не Оболенский. Нагуляла его неверная жёнушка.

— Не обращай внимания. — Ответил ей отец Сергея. — Только полные идиоты могут так думать. Ты ведь тоже дворянка. Даже если бы нечто подобное произошло, если бы ты изменила мне, ребенок все равно должен иметь хотя, бы малую толику таланта. Просто, наверное, Высшие Силы решили нас за что-то наказать…

В общем-то, если исключить идиотскую фразу про какие-то там силы, я с Оболенским-старшим был согласен. У Сергея должна быть магия! Но… Ее нет. Загадка, раздери вас всех Тьма!

Единственным лучом надежды стал тот слабый, едва уловимый импульс, который я почувствовал после столкновения с Муравьёвой и вспышка в архиве. Тьма здесь, она рядом. Я просто должен ее активировать.

Однако надежда — удел смертных. Я же предпочитаю уверенность.

Поэтому утром, в день зачета, я проснулся в абсолютно бодром, энергичном состоянии. Даже обычно раздражающие помывочные процедуры сегодня показались мне вполне приятными. С удивлением и некоторым шоком поймал себя на том, что внезапно, стоя под труями воды, начал напевать какую-то песенку.

Просто… Я был уверен, что сдам зачёт. Уверен не в магическом даре, которого у этого сосуда отродясь не было, а в себе.

Я — Каземир Чернослав. Даже в теле жалкого смертного, моя воля, мой интеллект и моя ярость были острее любого заклинания. Если этот мир хочет испытать меня на прочность, пусть готовится к неожиданному повороту. Потому что это не он меня испытывает, это я его подчиняю себе. Медленно, маленькими шажками, но тем не менее.

А вот Строганов, что вполне ожидаемо, был на грани истерики. Он прибежал ко мне в комнату и принялся метаться из угла в угол, как заведенный повторяя заклинания, которые тут же благополучно испарялись из его памяти.

— Серж, а может, мы сбежим? — выдал вдруг он, резко остановившись посреди комнаты. — В Сибирь, или в Антарктиду… Говорят, там большой спрос даже на очень слабых магов. И дипломы, если что, никто не спрашивает.

— Конечно беги. — Подал голос Звенигородский. Он как раз ковырялся в шкафу, выбирая соответствующую случаю одежду. — Особенно в Сибирь. Или на Алтай. К Байкалу тоже можешь. Там до хрена Диких земель, на которых какой только дряни не водится. И я тебе точно могу сказать, диплом на самом деле никто не будет спрашивать. Имя, кстати, тоже. Потому что в Диких землях такие как ты становятся пушечным мясом. Расходным материалом. Так что, Строганов… — Артем выглянул из-за дверцы шкафа, усмехнулся и поднял большой палец руки вверх. — Отличный план. Одобряю.

— Знаешь что… — Тут же загундосил мой подручный, — Тебе просто рассуждать. У тебя семья с деньгами, со связями… А я… А мне…

— Так, стоп! — Прикрикнул я на обоих. — Потом разберетесь со своими детскими травмами. Кто богатый, кто бедный. Что за Дикие земли?