Павел Барчук – Темный Властелин идет учиться (страница 16)

В итоге, мне пришлось запереть дверь и даже забаррикадировать ее тумбочкой, потому как треклятые студенты отказывались уходить.

Конкретно в данный момент они мешали реализации списка важных дел. У меня теперь были деньги, а значит, пришло время начать радикальное изменение своего образа. Я не мог больше терпеть этот убогий гардероб.

Наше финансовое предприятие было приостановлено до следующей необходимости. Это, надо признать, слегка расстроило Строганова.

Никита с таким алчным блеском в глазах пересчитывал купюры, что я невольно запереживал, как бы у меня подручный не сошел с ума из-за жажды наживы и стремления к богатству. Этот смертный меня очень устраивал своей глупостью и покорностью. Не хотелось бы менять слугу.

Спустя пару часов мы собрались и покинули общежитие, чтоб отправиться в город. Территория института располагалась прямо в пределах столицы. Это оказалось весьма удобно. Чтоб попасть на улицы Санкт-Петербурга, а город носил именно такое название, нам требовалось всего лишь выйти из кампуса за высокую ограду, через специальную проходную.

Столица Российской империи, одного из самых больших государств Десятого мира, предстала передо мной в своем уникальном облике, который выглядел как сумасшедшая смесь магии и достижений технического прогресса.

С одной стороны, в городе имелась куча сверкающих небоскребов, рвущихся ввысь, а с другой, все они были построены на фоне исторического величия, с помощью могущественной силы магии.

По широким проспектам с самоочищающимся асфальтом бесшумно скользили потоки транспорта. В большинстве своём это были современные, обтекаемые автомобили, лишенные колес. Они парили в полуметре над дорогой на гулких антигравитационных пластинах, которые оставляли за собой слабое свечения калибровочных полей.

Эти, надо признать, достаточно интересные творения, созданные из умного стекла и полированной стали, вместо выхлопных газов выпускали легкую дымку отработанной маны, пахнущей озоном.

В воздухе стоял ровный, почти музыкальный гул левитационных систем, смешанный с гомоном толпы, ритмичными битами из открытых окон и щебетом голографических птиц, порхающих между неоновых вывесок и древних фасадов.

Помимо автомобилей, имелся еще общественный транспорт, и вот он был совершенно обычным, без магии. По металлическим рельсам скользили яркие вагончики трамваев, забитые простыми горожанами. Через каждые несколько сотен метров виднелись подземные спуски в метро.

Над шпилями знаковых зданий, наподобие Зимнего дворца или Института Благородных Девиц, который давно прекратил функционировать, как учебное заведение и сейчас выполнял роль исторического памятника, парили голографические вывески, транслирующие новости Империи и рекламу магических услуг.

«Корпорация „Синергия“ — ваш портал к богатству!»

«Арконские рудники — чистая энергия для вашего дома!»

«Лечение хандры и порчи за один сеанс!»

— Великая Тьма… — пробормотал я, озираясь по сторонам. — Они превратили магию в нечто… коммерческое. Отвратительно и… до безобразия практично.

Первой нашей целью стал модный молодежный магазин, зазывающий покупателей яркой неоновой вывеской.

— Я тебе говорю, Серж! У них продаются самые востребованные бренды! — С жаром принялся убеждать меня Строганов, когда я мрачно уставился на манекены, наряженные в нечто крайне нелепое. — Посмотри! Посмотри же! Видишь? Это «Баленсиага»! — Никита едва не исходился слюной от восторга. Он тыкал пальцем в штаны с завышенной талией, украшенные светящимися рунами и, по-моему, готов был купить их вместе с манекеном. — Это же последний писк! Все щеголяют! Да, дорого. Очень. Но мы с тобой заработали сегодня целое состояние.

— Ну… Начнем с того, что не мы с тобой, а я.

Мой взгляд, откровенно недовольный, скользнул по Никите. Тот, чувствуя собирающуюся грозу, попятился, споткнулся и спиной чуть не упал на вешалку с куртками, расшитыми голографическими черепами. Между черепов мерцали странные буквы «DG»

— Да я просто хотел сказать, что сейчас все носят…

— Все⁈ — перебил я подручного ядовитым тоном. — «Все» — это не аргумент. «Все» в нашем общежитии моются в общем душе, едят кашу с комками и ведут себя как абсолютные придурки. Это — первое. Второе — я не «ВСЕ». Запомни раз и навсегда. Больше никогда не ставь меня в ряд с остальными. Ясно? А насчёт тряпья… — Я подошел к одному из манекенов, двумя пальцами взялся за ворот ярко-сиреневой рубашки и, приподняв одну бровь, поинтересовался у Строганова, — Ты хочешь, чтобы я выглядел как паяц с придворного карнавала? Или как настоящий клоун?

Продавец, юнец с ирокезом, выкрашенным в цвета имперского флага, заметив нашу крайне активную беседу, тут же нарисовался рядом с натянутой, фальшивой улыбкой на губах. Его губы, кстати, показались мне… немного неестественными. Какими-то слишком большими. Настолько большими и пухлыми, что на лице, которое по определению должно быть брутальным, они смотрелись абсолютно нелепо.

— Парни, вам помочь? Вижу, вы… э-э-э… ищете что-то стильное. — Взгляд продавца скользнул по моему старенькому пальто и дешевым ботинкам.

— Думаю, что помощь скорее нужна тебе, — заявил я, окидывая презрительным взглядом смертного, — Это царство китча. Все, что здесь продаётся, подойдёт, разве что дешевым актерам, выступающим на ярмарочных подмостках. Мы ищем не «стильно», мы ищем «адекватно и достойно». У вас такого нет.

Я развернулся и направился к выходу, оставив продавца с открытым ртом. Никита, покраснев от смущения, бросился за мной.

— Серж, ну чего ты⁉ Тебе не понравилось, что у него губы накаченные? Ну да… Я тоже не одобряю эту современную моду на мужскую косметологию…

— Стоп! — Я поднял руку, останавливая словесный поток Строганова. — Еще раз. Что у него с губами?

— Ну так… Гиалуронку закачал, знамо дело. Сейчас это модно. Ах, да… Ты ведь не в столице жил… Слушай, это происходит так. Приходишь к косметологу, он тебе специальным шприцом закачивает в губы особый состав, подпитанный магическими компонентами…

— Заткнись. — Искренне, от всей души попросил я Никиту. — И пойдём искать другой магазин. Не хочу даже слышать об очередном идиотизме людей.

Следующей точкой стал магазинчик на одной из тихих улиц, притаившийся за дубовой дверью с бронзовой табличкой. Внутри пахло кожей, дорогим деревом и едва уловимым ароматом стабилизированной магии. Свет был приглушенным, а одежда развешана с таким расчетом, чтобы каждый предмет выглядел уникальным произведением искусства.

Продавец, мужчина лет пятидесяти с седыми висками и безупречной осанкой, оценил нас пронзительным взглядом. В его глазах не было презрения, лишь холодный профессиональный анализ. Он заметил, как я держусь, как смотрю на вещи, и этого оказалось достаточно.

— Чем могу помочь, молодой господин? — голос продавца был бархатным, спокойным. Без лишнего подобострастия, но с нотками почтения.

— Мне нужно подобрать что-нибудь приличное, — решительно заявил я, — Только без пошлого шика и ярмарочного блеска. Сдержанно. Элегантно. Дорого. Перед вами не шут гороховый, перед вами — Сергей Оболенский.

Фамилию я произнес так, будто она что-то значила, и старик, к моему удивлению, кивнул с уважением.

Примерка превратилась в форменное издевательство. Тело Сергея отчаянно сопротивлялось, отказываясь подстраиваться под костюмы, сшитые, для людей иной, более крепкой породы. Но я, стиснув зубы, упорно продолжал выбирать лучшее из возможного. Что-то же должно «сесть» на этот дурацкий сосуд!

В итоге мой выбор остановился на темно-сером костюме-тройке из тончайшей шерсти, нескольких рубашках из качественного батиста, туфлях из кожи василиска, мягких и бесшумных. Финальным аккордом стало пальто. Длинное, черное, струящееся, с бархатным воротником и внутренней подкладкой, сотканной из теней. При пошиве этой вещицы использовали дорогущий артефакт, который скрывал недостатки фигуры и придавал моей тощей персоне загадочный, властный вид.

— О-о-о-о… — только и смог выдать Никита, глядя на меня, когда я вышел из примерочной в полном облачении.

Я расплатился наличными, не глядя на итоговую сумму и не торгуясь. Лицо продавца выражало почти религиозный трепет. Он провожал нас до выхода с поклоном, достойным придворных.

В комплект к костюму я взял еще несколько обычных футболок, спортивный костюм и джинсы. Эти вещи мы приобрели в соседнем магазине повседневной одежды.

Следующим пунктом списка насущных дел был вопрос, касающийся моей физической формы. Тело Сергея на первый взгляд казалось тщедушным и слабым. Впрочем, на второй, третий и десятый взгляды ситуация совершенно не менялась.

Нужно было хоть как-нибудь привести его в порядок. По крайней мере, пока моя Тьма не возьмет сосуд под контроль полностью.

Мы заглянули в первый попавшийся фитнес-центр. Это был просто ужас! Царство тестестерона, пота, оглушительной музыки и самовлюбленных павлинов. Мускулистые парни с пустыми глазами, похожие на выдрессированных быков, поднимали железо, любуясь собственным отражением в гигантских зеркалах.

— Отвратительно! — фыркнул я. — Смотри, Никита. Вопиющее отсутствие интеллекта, компенсируемое объемом бицепса. Они качают мышцы, которые нужны лишь для того, чтобы таскать вот эти… дурацкие железяки. Практическая польза — ноль.