Павел Барчук – Перевал Дятлова. Назад в СССР (страница 23)
Изначально Дятлов совершил лютую ошибку: собрал группу, в которой, словно бомба замедленного действия, кипит вулкан страстей. Но если судить по последнему событию, эти упёртые комсомольцы попрутся в горы даже после того, как перегрызут друг другу глотки на почве ревности и личных отношений. Прямо с перегрызенными глотками и пойдут. У них, блин, туристорождаемость и съезд партии на носу. Либо ещё какие-то причины, о которых лично я не догадываюсь.
Дятлов идиотом не выглядит. Наоборот, он создает впечатление вполне разумного, энергичного, думающего парня. Значит, есть причина его столь настойчивого желания подняться на эту гору. Так что лучше уж испорченное оборудование, оно надёжнее будет. Хрен его знает, может и правда моя задача — задержать студентов в Вижае, не дать им выйти по маршруту. Говорят же — бог отвёл. Вот и сыграю роль высшей силы, отведу беду.
Вскоро мне надоело гонять мысли по кругу, и я закемарил. Периодически, правда, вскидывался, бестолково хлопая глазами. В основном это происходило в моменты, когда Золотарев особо громко исполнял припев очередной песни. Трубадур хренов…
Ещё сквозь дрёму фоном прорывались голоса Дятлова и Блинова. Они сидели прямо за моей спиной, соответственно, бубнили едва ли не в ухо. По всему выходило, что из Вижая мы выйдем вместе, а дальше каждая группа пойдёт своей дорогой. Ошибся немного Тибо. Смотреть ему на свою драгоценную Людочку в компании Блинова аж до следующей точки маршрута.
Наконец, автобус въехал в Вижай. М-да… Что я говорил про мегаполис Серов? Недовольство высказывал? Или про Ивдель думал, будто там всё отвратительно? В дыре, куда мы прибыли, даже улиц нормальных не было. Что называется: два домишки в три ряда.
Ну, и, конечно, кто бы сомневался, в этот момент раскрылся ещё один талант Золотарева. Прямо долбаный гений… Оказалось, он, помимо песен, плясок и анекдотов, хорошо знает местную историю. Много чего удалось послушать в его исполнении, пока тряслись в автобусе по этим подобиям улиц. Он залпом выдал целую статью для Википедии. И что это за посёлок, и когда он появился, и кто тут жил, а кто умер. Я прямо даже приготовился к поимённому списку местных. Вообще бы не удивился.
Думаю, вполне понятно, что моя нелюбовь к этому сильно похудевшему Поддубному только усилилась. Даже странно, честное слово. Можно подумать, я тупо к нему придираюсь. Но нет… Снова сработала чуечка. Эх, Сеня, Сеня, что с тобой не так…
— Ребята! — Блинов взял руководство предстоящей выгрузки на себя, он вскочил с места и принялся громко координировать обе группы. — Выходят девочки! Потом парни разгружают снаряжение!
Я выбрался из автобуса, огляделся, с наслаждением потянулся, наклонился вперёд, затем — назад, разминая затёкшее тело. А потом присоединился к общему процессу. Студенты суетились, стаскивали рюкзаки и прочее походное барахло в одну кучу. Девочки, как и было велено, стояли в сторонке. Они, конечно, рвались помочь. Это же не современные девицы, это — настоящие боевые подруги, но парни тактично попросили их не мешаться под ногами.
Дятлов с Блиновым сразу куда-то пропали. Как я понял из обрывочных реплик: пошли узнавать, что за транспорт повезёт обе группы дальше. То есть, отдохнуть никто не хочет? У меня, к примеру, после автобуса задница квадратная. А ещё «радует» тот момент, что мы выгружаем все вещи из одного транспорта, чтоб сразу же загружать их в другой. Ясен пень, они тут все заряженные на движуху, со спортивными фигурами. Одну только снарягу задолбаешься туда-сюда перекладывать.
Пока мы с шутками-прибаутками таскали вещи из автобуса на улицу, я исподтишка наблюдал за туристами и всё сильнее ощущал неизбежность будущего. Незаметно для себя, после того как принял решение спасти группу, почти перевёл дятловцев в категорию «свои». И это, мандец, как плохо. Для меня. Для студентов, наоборот — милое дело. Я ведь теперь не просто задание выполняю, я детишек хочу уберечь.
Хотя очень надеюсь, до крайностей не дойдёт, и мне таки удастся оставить авантюристов в Вижае надолго. А там, глядишь, и вовсе поход закончится не начавшись. Ребятишки, конечно, расстроятся. Но лучше так, чем сдохнуть в горах непонятно за что. А главное не ясно — почему.
Пока таскал вещи, заодно изучил снаряжение поближе. Хотелось понять, насколько готова группа. За короткое время совместного с ними пребывания я успел наслушаться, что дятловцы, да и блиновцы, профи в походах. Но чем больше туристы рассказывали о своих достижениях, тем сильнее я начинал в этом сомневаться. Как правило, настоящие спецы не кича́тся тем, что они спецы.
Снаряжение, кстати, не сильно впечатляло. Одна брезентовая палатка на всю группу. Вроде как двенадцатиместная, а по факту — знаменитая советская четырёхместная «памирка». Я такую долго хранил, пока не потерялась где-то. Дятловцы просто взяли и склепали из двух маленьких одну вместительную. Получилось очень громоздко и максимально неудобно. Чисто по моему мнению, конечно. Странно, мне казалось, Игорь упоминал на вокзале две штуки. Хотя, наверное, вторая была блиновская.
Я взглядом ощупывал все рюкзаки и мешки, пытаясь определить, какие именно принадлежат группе Дятлова. Если в Вижае у меня дело с диверсией не выгорит, а этого допустить никак нельзя, надо понимать, с каким багажом мы отправимся в горы.
Даже интересно, как дела обстоят со спальниками у товарищей студентов? Вещей вроде много, глядишь, всё нужное прихватили. Хотя что-то я уже сомневаюсь в этом. Они вроде как достаточно взрослые, но с другой стороны… дети, самоуверенно считающие себя опытными во всех вопросах.
Черт… А спальники уже массово шили, или ещё нет? Нахмурился, вспоминая рассказы дядьки, но так ничего конкретного и не припомнил. Ладно, будем надеяться, что план Б сработает.
Да уж… сюда бы сейчас современное барахлишко для туристов, а не вот это всё. Я скривился, глядя на единственный ледоруб, притороченный к рюкзаку Рустэма.
— Чего стоишь, помогай, давай, — кто-то ощутимо, со всей дури толкнул меня в бок.
Этим командиром оказался Кривонищенко. Тянет его ко мне со страшной силой. Давненько что-то не появлялся рядом.
— Да вот смотрю и думаю: бессмертный ты или просто дурак? — негромко, очень ласково произнёс я и улыбнулся студенту улыбкой, которая скорее была похожа на оскал.
— Чего? — Кривонищенко растерялся.
— Того! — рявкнул я. — Тебя не учили, что в незнакомого человека не стоит кулаки пихать? Был же опыт. Вокзал забыл?
— Чего? — продолжал бестолковиться Жорик.
Я, честно говоря, уже не знаю, как им объяснить: ко мне не подкрадываться. Не трогать. Не стукать. Чревато!
— Того Георгий, того… Ещё раз и в глаз, усвоил?
Я похлопал парня по плечу, основательно так похлопал, его аж перекосило. Хотя, может, скривился он не от моих хлопков, а от «Георгия». Я помню, что он эту версию своего имени не очень любит. Следом, не дав опомниться, уточнил:
— Ты лучше мне вот что расскажи: куда это нас занесло, Георгий? В какие такие волшебные края? И какой пункт следующий? Такой же убогий, или мы сразу в горы рванём?
— Много ты понимаешь, — надулся Кривонищенко. — Вижай, это, можно сказать, районный центр. Здесь и клуб, и гостинца есть.
— Да ты что, — деланно восхитился я. — Может, и кабак найдётся?
— Чего? — снова опешил Жорик.
— Чегочка с хвостиком, — хмыкнул я. — Заладил, будто попугай. Так… Нас кормит собираются? А то жрать хочется.
Сказал я, между прочим, чистую правду. Желудок от голода сводило так, что хоть снег с земли бери и трескай. Никому в голову вообще не приходит, что со вчера еды не было? А у меня так вообще с позавчера.
— Да ты… — Кривонищенко нервно втянул воздух носом, видимо, начал подозревать, что над ним глумятся.
— Люда, душа моя… — не дослушав возмущений Жорика, я развернулся к нему спиной и, широко улыбаясь, пошёл к Симпатяге, которая с задумчивым видом пересчитывала рюкзаки.
Казалось бы, зачем мне это? Тем более, после скандала в Ивделе, Людочка смотрела на меня с явным негативом.
Ну, во-первых, в том и дело. Захотелось немного её расположить к себе. Нужно, чтоб вся группа Дятлова относилась ко мне положительно, а не только мужская часть. Во-вторых, неподалёку стояла Зина, и я чувствовал на себе её внимательный взгляд. Не захотела со мной поговорить? Ну, ок. С другими пообщаемся.
Я подошёл к Люде и сходу приобнял её за плечи. От неожиданности Симпатяга растерялась. Видимо, не ждала она от меня подобных действий. Хотя, почему же «видимо». Конечно, не ждала.
Буквально секунда понадобилась казначейше группы, чтоб прийти в себя. Она громко хмыкнула, а затем вывернулась из-под моей руки, при этом не забыв стрельнуть глазами в сторону Жорика. Наверное, после ситуации с Тибо опасалась, что честные комсомольцы донесут Блинову про её обнимашки с посторонним мальчиком. При этом по растерянности, мелькнувшей в глазах, было заметно: Людочка не может понять, шучу я, или всерьёз выражаю свою симпатию.
— А, скажи, душа моя, мы тут ночевать остаёмся, или как? Хотелось бы, конечно, с ночёвкой… — продолжал я заигрывать с Симпатягой, боковым зрением отслеживая Зину, которая с места не двигалась, стояла, наблюдала за происходящим.
— А что, Костик, уже устал? Не выспался? — фальшиво удивилась Людочка, подхватив мою игривую интонацию. — Ещё маршрут не начался, а ты уже привал требуешь.