Павел Барчук – Назад в СССР (страница 4)
— Вы… Ты… — я развернулся к парню лицом, собираясь попросить придурка пойти на хрен. Не знаю, что за капитан ему нужен и при чем тут я, но хватит уже за мной бегать. Вот это конкретно и планировал ему сказать.
Однако, не смог произнести ни слова. Прямо радом с аркой находились окна магазинчика, имевшего вывеску «Булочная». И в одном из этих окон я увидел свое отражение. Свое…
— Да ну на хер… — медленно, почти по слогам, произнёс я, рассматривая высокого мужчину, стоявшего напротив, в стеклянной раме окна.
Поднял свободную, не занятую чемоданом руку, дабы убедиться, что отражение и правда мое. Незнакомец повторил движение точь в точь. Сделал шаг в сторону. Этот левый тип тоже шагнул. Я склонил голову к плечу, внимательно изучая отражение.
Молодой, не больше тридцати. Серый костюм. Такие же свободные, как и у других, брюки, пиджак, шляпа. Рубашка без воротника. Просто белая. Лицо… Ну, наверное, мужественное. Я хрен его знает, как определять мужские лица. Слава Богу, никогда этой темой не интересовался. Взгляд цепкий, пожалуй, даже опасный. Короче, ничего так мужик, серьезный, хоть и молодой. Вот только это ни черта не я! Даже не рядом.
— Товарищ капитан, вы скажите, если что-то не так. Я просто не пойму. Мы ведь с вами еще в поезде договорились, что вместе отправимся в отдел по борьбе с бандитизмом, к этому их майору Сироте. Ну, помните? Когда вы купе перепутали и ко мне попали. Репутация у него сами знаете. Свои боятся, не то, чтоб бандиты. Ну, и оно вдвоем как-то сподручнее. Вы, тем более, сразу сообразили насчет одёжки, — парень многозначительно обвёл взглядом мой костюм. — Оно правильно. То, что нам предстоит… Надо не привлекать внимания. А я… У меня просто и нет другого. Вот, только форма. Думаю, майор с меня стружку снимет за такое явление.
Я слушал, как без остановки талдычит этот тип, и попутно продолжал разглядывать свое отражение. Что за ерунда? В который раз задаю один и тот же вопрос. Что, твою мать, за ерунда? Почему вместо привычного лица я вижу какого-то левого человека, да еще лет на десять моложе меня? Это ведь не глюки? Я осторожно ущипнул себя за бедро. Даже сквозь ткань штанов было больно. Очень больно. Не глюк, значит… Ничего не исчезло, не пропало. Ну, и не сон, соответственно.
— Так что? Идем? — парень, высказавшись, поправил головной убор и посмотрел на меня вопросительно.
Я молча сунул руку в карман. Туда, где лежало то самое удостоверение. Вынул его. Открыл. Ну… Фото, конечно, такое себе. На нем сам себя не узнаешь. Качество просто отвратительнейшее. Потом прочел, что написано в графах с личными данными. Волков Денис Сергеевич… Звание, где служил… все это просмотрел мельком. Но зато уставился на год, указанный в документе. Это прикол? Повернулся к парню в форме и слегка дрогнувшим голосом спросил:
— Какой сейчас год?
— Эх… Черт… Контузия, да? У меня тоже иной раз бывает. В ушах звенит и грохот, прямо как тогда… Рвануло между мной и нашим капитаном. Я жив остался. Сам не знаю, как. А он…
— Год какой? — повторил я с напором.
— Дык 1946, знамо дело. Июнь пока что, — ответил этот товарищ.
Я стоял молча, не зная, что сказать в ответ. Хотя, нет. Что сказать я знал. Твою мать! Сука! Да как так?! Идите на хер!
Вот такие приблизительно фразы вертелись в моей голове. Но я все равно не произносил ни слова. Почему? Да потому что вдруг очень четко, очень ясно осознал, парень ни черта не шутит. И мне это все не мерещится. То, что я вижу вокруг, это — настоящее.
— Идемте, товарищ капитан. А то нам этот Сирота устроит головомойку. Уже отметимся, обозначимся, задачу в подробностях узнаем. Да хотелось бы где-нибудь остановиться. Уморила дорога. Я же прямиком из… — парень замолчал, глядя на меня с тревогой. — Вам нехорошо?
— Мне? — я нервно хохотнул. — Очень хорошо. Даже отлично. Я прямо в восторге! Ну… Идем… Куда там нам надо?
— Да к начальнику отдела по борьбе с бандитизмом, — в который раз повторил этот бедолага. Мне кажется, он начал сомневаться в моей адекватности. Впрочем, он только начал, а я уже уверился в ее отсутствии.
Вот после этого, собственно говоря, мы оказались там, где в данную минуту товарищ майор по фамилии Сирота рассказывал нам о том, для чего и почему Волкова Дениса Сергеевича и Лиходеева Ивана Ивановича отправили в этот приморский город.
Глава 3
— Люди добрые, вы посмотрите, какие мужчины ходют по нашему двору! Это же не мужчины, это цельные кавалеры ордена красного знамени. Галя! Галя иди сюды!
Женский голос раздался совсем близко и совсем внезапно. Буквально минуту назад рядом со мной не было ни души. Я как раз вошёл во двор дома и остановился, пытаясь сообразить, где найти того, к кому нужно обратиться по поводу комнаты. Адрес вроде бы верный. Мне его дал майор.
Вообще дом, конечно, выглядел специфически. Он был двухэтажный, но лестница шла не внутри, как положено, а снаружи. На втором этаже она переходила в некое подобие балкона, который тянулся вдоль всего строения. И еще имелось много дверей. Если бы не крайне убогое состояние жилища, я бы сказал, что здание похоже на один из современных приморских пансионатов, в которых хозяева сдают комнаты приезжим. Просто конкретно этот выглядел очень хреновым пансионатом.
В углу достаточно просторного двора наблюдался длинный стол с двумя лавками, вбитыми прямо в землю. Чуть в стороне высилась большая стопка дров, прикрытая тряпьём. Даже не представляю, зачем здесь дрова в июне месяце. Может, конечно, у местных принято устраивать семейное барбекю по выходным, но, честно говоря, сомневаюсь.
В другом углу двора стоял… умывальник. Самый настоящий, блин, умывальник. С пипкой, по которой надо резко хлопать, чтоб в руки текла вода. В общем, с первого взгляда сразу стало понятно, условия здесь далеко не пять звёзд… Впрочем, чего еще можно ожидать от того времени, в котором я оказался совершенно фантастическим образом…
И вот когда вошёл во двор, он был совершенно пуст. Уверен в этом на сто процентов. А теперь вдруг мне орут едва ли не в ухо. Я, вздрогнув, оглянулся и только тогда заметил обладательницу этого зычного голоса.
Дородная тётка лет пятидесяти появилась, как черт из табакерки, буквально ниоткуда. Просто — хренак! И вот она уже стоит за моей спиной. Я даже не услышал, как она подошла или откуда вышла. И физиономия у нее была такая… пугающе целеустремленная.
Мало того тетка будто из-под земли выскочила, она еще и голосила на всю округу, уперев руки в объёмные бока. На голове у нее был завязан платок, концами вперед. На шее висели бусы. В комплекте еще имелась широкая цветастая юбка, блуза с длинным рукавом и галоши. Господи… Это реально были галоши. Я, глядя на них, вдруг вспомнил строчки из старого детского стихотворения.
Черт знает что, короче. Я, похоже, реально начинаю сходить с ума, раз в голову лезет подобная чушь. Хотя, если учитывать все обстоятельства, удивительно, что я пока еще держусь молодцом.
При этом смотрела тетка на меня с таким алчным блеском в глазах, будто собиралась прямо сейчас приступить к каким-то крайне возмутительным непотребствам.
Я оглянулся по сторонам. На всякий случай. Хрен его знает, что у этой бабы на уме. Судя по взгляду, ничего хорошего. Да и вообще… Мало ли, может она говорит все-таки не со мной. Естественно, кроме нас двоих никого больше не было. Значит, со мной… Плохо. Очень плохо.
— Мама, шо вы кричите? — на втором этаже дома хлопнула одна из дверей и на балконе обозначилась дебелая девица лет двадцати пяти.
И да, я знаю значение слова «дебелая». Эта особа была именно дебелой. Единственное, чем она поражала мужской взор, это размах отнюдь не женских плеч и темная полоска усиков над верхней губой, которую я смог рассмотреть даже на столь немаленьком расстоянии.
Девица выскочила из комнаты, услышав материнский ор, но, заметив меня, моментально остановилась. Ойкнула, крутанулась на месте и тут же рванула обратно со словами: «Где мой нарядный платок?!».
— Вы, Феодосия Леонидовна, скажите исче, кавалер ордена красного креста. И этот мужчина, имейте ввиду, ходит по нашему обсчему двору, а дочь на выданье не только у вас. Так шо имейте приличия, записывайтесь в очередь. Циля! Циля, срочно надевай свое лучшее платье и бежи сюда! У нас появилась надежда, шо ты не помрешь у меня под боком от старости.
С противоположной стороны от тетки в бусах так же внезапно нарисовалась еще одна женщина средних лет. Собственно говоря, именно она и выдала эту речь, от которой меня слегка передернуло. То есть помимо Гали с ее усиками здесь имеется еще какая-то Циля. И обе они находятся в поисках личного счастья.
В отличие от первой тетки, новая участница нашего междусобойчика выглядела очень худой, даже какой-то измождённой. Ее круглые, навыкате глаза упорно навевали мысли о камбале. Она и двигалась-то бочком, все время поворачиваясь ко мне одной стороной лица.
Я не то, чтоб испугался столь «душевного» приема, но в то же время сильно засомневался, не прикололся ли майор Сирота, отправив меня по этому адресу. За непродолжительное время нашего с ним общения, я успел понять, человек он весьма занимательный и где-то даже оригинальный. Настолько оригинальный, что становится сомнительно, точно ли майор — начальник отдела по борьбе с бандитизмом. Мне лично показалось, бандитизм и Сирота созданы друг для друга.