Павел Барчук – Назад в СССР-2 (страница 4)

– Я шото не поня́л…А как мы у такой повозке уместимся? – Выдал вдруг мужик в лимонном пиджаке.

Это было даже неожиданно. Я грешным делом начал думать, Слива, Большой и кто-то там еще, так и будут молчать до самого конца.

– Слушайте… – Набрав воздуха в грудь, добавив уверенности во взгляде, начал было я процесс убеждения. Однако Сонька меня перебила.

– Идем до гаража. Совет устроим. – Девица кивнула в сторону открытой настежь деревянной створки одного из производственных боксов.

И сразу же, не дожидаясь, что ей ответят налетчики, спокойненько направилась в указанном направлении.

Парни Бати замялись буквально на секунду, но затем с удрученными лицами двинулись следом. Только Кирпич на каждом шагу оборачивался и смотрел на «Мерседес» влюблённым взглядом.

Совет длился недолго. Буквально пять минут. И он мало был похож на беседу или обсуждение. Сонька просто без остановки что-то бубнила бандитам.

Бубнила тихо, так, чтоб сохранить видимость моей непричастности к самым важным делам. Но до меня несколько раз долетело название банды конкурентов. Видимо, девица, как и я, апеллировала возможной осведомлённостью «Черной кошки».

Кстати, наш разговор со скрипачкой относительно личности капитана Волкова так и остался незавершённым. Он оборвался ровно на той части, которую девчонка не успела договорить, заметив автомобиль. То есть, ни на чем.

Пока ехали обратно к гаражам, я тоже не счел нужным к нему, к этому разговору, возвращаться.

Во-первых, из-за опасений, что Сонька все-таки сообразит, хрень какая-то происходит с капитаном. Во-вторых, это уже и не важно. Главное – реализовать задуманное. Спокойно довезти налетчиков до склада, оставить их там и благополучно умчаться в светлое, спокойной будущее, где не будет этого города с его крайне назойливыми жителями, майора Сироты, с его идиотскими планами. Не будет банд и остального дерьма.

– Ну, як скажешь… – Протянул Кирпич, чуть громче, чем разговаривала Сонька. – С тебя Батя за енти кренделя спросит, ежли чо. Наше дело маленькое.

– С меня Батя спросит, я отвечу. – С вызовом заявила скрипачка. – Вы бы топали уже собираться. Или так поедите…Шо, людей захотели повеселить?

Девица с усмешкой дернула за полу пиджака любителя ярких цветовых решений, намекая в первую очередь на его наряд.

Налётчики послушно кивнули и коллективно, дружно исчезли в темных недрах гаража.

Видимо, я зря счел их совсем бестолковыми. В некоторых вещах они вполне соображают. Потому что через час, в течение которого я успел даже вздремнуть, во двор вышли четверо вполне серьёзно выглядящих мужчин. Все они были одеты в военную форму.

– Охренеть… – Тихо высказался я, хлопая глазами, как дурачок.

Нет, в принципе очень даже умно́. Военные всегда располагают и вызывают доверие с первых же минут. Просто для меня подобные метаморфозы батиных парней оказались слегка неожиданными.

– Ну…с господцем… – Сонька хмуро посмотрела в мою сторону.

Причина ее недовольства была достаточно проста. Только она и я знали, что парням придется уходить со склада не в самых лучших обстоятельствах. А вернее, совсем в хреновых. Я предложил ей этот вариант еще в тот момент, когда мы спорили насчет угона тачки. И сейчас, видимо, девицу мучали отдалённые угрызения совести.

А вот о том, насколько эти обстоятельства будут хреновыми, вообще знал только я. Потому что в мои планы на ближайшее время входил основательный кидок и Батиных парней, и самого Бати.

Глава 3

– И шо? Сегодня хто-то шо-то скажет, или я так и буду делать себе нервы? Мене не нравится делать себе нервы. Еще больше не нравится, когда нервы мене делают какие-то фраера. Я разве похож на того, кого можно вот так запросто выставлять идиётом?

Батя, наконец, перевел взгляд с Седого на меня и данный вопрос был адресован уже в мою сторону. Минутка психологического прессинга закончилась, так понимаю. Главарь банды решил приступить к конкретным действиям.

Седой тихонечко, еле заметно, сделал маленький шажок назад. Вот прямо сантиметров на десять. Видимо, не хотелось Седому умыться моей кровушкой. А судя по настрою Бати, кровушка непременно прольется. По всем признакам сейчас начнется самая основная часть нашего разговора с Батей. Хотя, чего уж греха таить, я бы и сам на его месте поступил так же. Причем, не дожидаясь утра. Просто подчиненные побоялись его сразу расстраивать. Когда меня вели в тот чулан, где я просидел остаток ночи, один из провожатых так и сказал своему «коллеге».

– Ты шо? Тюкнулся? Он гульбанит у Роди с Малой Терновой. Щас самый разгар. Сунемся, он нам башку прострелит. Ежли хочешь, сам иди и говори. А я лучше до утра подожду. Пока у него хмель малясь выветрится. И пока его Маруся оттедова за чуб не выволочет.

– Шо? Опять с кем-то спутался? Новая маруха у него? – С тоской поинтересовался второй.

– А то! Ты шо, батю не знаешь. Погубят его бабы. Как пить дать, погубят. Маруся ему точно сердце вырвет и собакам скормит.

Исходя из этого незатейливого, но весьма интересного разговора, я понял две вещи. Первое – до утра меня не тронут. А значит, есть время придумать, каким образом выкрутиться из очередной задницы. Второе – может, Маруся и жена батина, но у них в семейной жизни явно не именины сердца происходят. Не то, чтоб данная информация сильно волновала меня в тот момент, но все же я ее принял к сведению. Если выживу, хрен его знает, вдруг опять меня с Марусей судьба столкнет. Ключевое слово «если».

В любом случае, в данный момент думать надо точно не о всяких там роковых красотках. Да и не думается на эту тему особо, когда напротив сидит главарь банды, с красными, налитыми кровью глазами, и сопит носом, словно бык, который вот-вот кинется на жертву. А в руке у него, на секундочку, огнестрельное оружие.

– Ты хто такой? – Спросил, наконец, меня Батя.

Конечно, я бы мог сказать этому гибриду, этой помеси из великого поэта и не очень успешного актера, что подобные вопросы было бы разумно задавать до того, как все произошло, а никак не после. Или гражданин бандит не слышал поговорку, что после драки махать кулаками дело, может, занимательное, но очень бестолковое?

Однако решил не выеживаться. Человек нервничает. А ну как невзначай перейдет к более конкретным действиям, не дожидаясь никаких пояснений. Например, возьмет тот пистолетик, что лежит скромно на его коленочке, да и шмальнёт мне в башку. Или не в башку. В любую другую часть тела.

Да какая, к черту, разница? Все равно приятного мало. Тем более, судя по всему, Бате было хреново не только морально, из-за сорвавшегося ограбления, но и физически. Мужика буквально подтряхивало от сильного похмелья. Он совсем не так планировал провести утро, когда гульбанил с каким-то там Родей.

– Я не пойму, шо сегодня за день… – Батя снова посмотрел на Седого. – Я шо, якось говорю не так? С какого ляду мене никто не отвечает на вопросы? Чи он немой?

– Не молчи, скотина… – Громко зашипел Седой за моей спиной.

И чего все такие нервные? Я просто задумался. Может, в конце концов, человек задуматься? Моя судьба, можно сказать, решается.

– Хто ты, фраер? – Повторил Батя свой вопрос с нажимом в голосе.

– Артист. – Ответил я и развёл руки в стороны. Мол, вот такая вот херня…Подумал, не поклониться ли? Но не стал нервировать Батю еще сильнее. Уверен, он сейчас не оценит юмора.

Почему назвался Артистом? Решил и дальше пользоваться тем погонялом, которое сказал Кирпичу. Чтоб не было расхождений. А то сам запутаюсь во всех именах и кличках капитана, к чертовой матери.

Сонька меня Меченым, кстати, назвала. Но в ее рассказе, вернее в ее пародии на рассказ, ибо ясности никакой после нашего разговора, когда мы шли по улице, не прибавилось, а даже наоборот, все стало еще туманнее, фигурировала одна маленькая деталь. Именно из-за этой крохотной детали я оставил непонятного Меченого пока что при себе.

Если сложить все сумбурно озвученные мысли скрипачки, то она сознательно и целенаправленно ждала капитана Волкова. Уж не знаю, с какой целью, конечно. И еще не знаю, было ли это самостоятельным Сонькиным желанием или девице дали поручение встретить конкретного человека. Может, у нее хобби такое. Ходить к вокзалу и встречать различных капитанов Советской Армии. Или людей со шрамом. Хрен разберешь.

Однако, я так понял, что сам Волков девицу никогда прежде не видел. И еще я понял, что свое появление он не очень хотел афишировать. Соньку вообще ни разу не удивило, что из подворотни, после того, как она убежала вместе с пацаном, я спокойно отправился по своим делам. А потом вообще ухитрился примазаться к ограблению под видом залетного типа, который решил влиться в местный криминалитет.

Я бы даже, исходя из Сонькиных слов, сказал, что ей такая ситуация показалась непонятной, но вполне допустимой. Она, видимо, решила, будто для каких-то своих, только ему понятных целей, капитан Волков надумал затихориться, представиться другим человеком, чтобы…что? Проверить хорошо ли работает местные бандиты?

Вот тут, конечно, мои размышления на тему, кем может быть капитан Волков, слегка теряют логическую нить. Она изначально, конечно, эта нить, очень тоненькая, но хотя бы есть. А вот почему Сонька сказала, будто мне виднее, как себя вести, и если пришла в голову блажь изображать из себя налетчика, то дело тоже, как бы, мое, ни черта ее понимаю.