Павел Аваста – Смертник (страница 51)

— Это точно — ответил Молот. — Богатая добыча в этот раз пришла. Никогда такой не было. Даже боеприпас не слабо так потянул.

— Теперь хоть можно в рейд отправляться — сказал кропко сбитый камуфлированный боец из тех что сидел немного в стороне. — А то мы сегодня ночью на север прошли, по колонне ударили, и сразу сбежали.

— Даванули вас, Самара? — спросил вернувшийся Нодачи.

— Патронов дали по одному магазину на брата — ответил стронг. — Много тут навоюешь? А у них прикрытие было будь здоров. Евросоюзовцы мины похоже везли. Четыре машины им на воздух подняли, а они нас огнем накрыли. Пришлось через проход в минах отойти.

— Кэнон патроны к автомату еще не дает? — спросил Беркут.

— Нет конечно, они с Картриджем крупного калибра НЗ еще не восстановили — ответил Самара, и поинтересовался у Скрипача. — Нам ничего не принесли?

— Нет, все в арсенале лежит. Вместе с броней сдали — ответил рейдер. — Там в землянке правда на 5,56 еще остались. Крупного калибра около сотни штук бросить пришлось, и гранат вообще до фига. Продукты есть, вот тушенки только не осталось.

— Что за землянка? — заинтересовался Самара. — Это которую у килдингов отбили? Надо же остатки поскорее забрать.

— Мы уже думали над этим — произнес Жемчуг.

— Скрипач нашел — не согласился Самара. — Ему и решать чья землянка. Отдай ее мне, третья часть твоя.

— Круто — отозвался Барин.

— Согласен — подытожил Скрипач. — Нам надо еще подлечиться как следует, и новую команду набрать. Короля больше нет, не верится даже.

— Желающих много найдется к вам попасть — сообщил Самара. — Не успели в треугольник войти, а уже землянки полные ракет в руки лезут.

— Осколки во все места лезут — вздохнул Барин.

Дашиной картошки для него оказалось совершенно недостаточно. Барин со Скрипачом встали и пошли изучать новые расценки на раздаче. Девушка в это время снова повернулась к Смертнику.

— Почему ноль? — спросила Даша, и Нодачи удивленно вскинул брови, а Смертник усмехнулся.

— Какой ноль? — не понял Нодачи.

— Это что, матрица какая то? — снова задала вопрос Смертнику Даша.

— Не в этом дело — уклончиво ответил Смертник, и любопытство стронгов перелилось через край.

— Объяснили бы хоть о чем говорите — попросил Кобра.

— Он выставил ноль на кинжале у килдингов, и получил белую жемчужину — объяснила девушка, но понятней от этого не стало. — Как это вселенная может весить ноль? Глупость какая то.

— Ну это же килдинги — попытался уклониться от разговора Смертник, но он не на ту напал.

— Все равно объясни — не сдавалась Даша.

Она не была ученым, но ум у нее был очень пытливым. И еще она страшно любила всякие тайны и загадки. Оставлять в покое Смертника она не собиралась.

— Ничего сложного — ответил Смертник. — Скажи, сколько будет один прибавить минус один?

— Ноль — легко ответила девушка.

— А если плюс бесконечность и минус бесконечность?

— Не знаю.

— Тоже ноль.

— А вот и не обязательно. А вдруг плюс бесконечность больше или меньше, то уже не ноль получается.

— А если две части единой вселенной тесно взаимосвязаны? Что тогда?

— Ну не знаю — задумалась Даша. — А как это минус вселенная? Что за ерунда. Такого не может быть.

— Согласен — неожиданно ответил Смертник. — Минус дерево, минус яблоко, минус человек. Идиотизм. Только почему то мы этот идиотизм с первых классов школы изучаем, и никого в психушку за это не отправляют.

— Это же просто математика — не поняла Даша.

— А откуда математика берет то чего нет? — спросил Смертник глядя Даше прямо в глаза. — Где ты видела минус дом или минус реку в природе. Ну где? Даже нуля нет в окружающем нас мире.

— А вакуум?

— Это не ноль. Это очень маленькое, но положительное значение. А что такое квадратный корень из минус единицы? Ну это же бред, согласись?

— Это число «i», по геометрии проходят — Даша задумалась.

— Вся современная математика имеет дело с абстракциями — продолжил объяснять Смертник. — Исходные же математические понятия создаются учеными в основном на интуитивном уровне. Затем сложные математические модели строятся путем выхода на все более и более высокие уровни абстрактного измерения. И уже на математике базируется вся остальная современная наука.

— То есть ты хочешь сказать, что этот мир абстракции реально существует?

— А как же иначе? Мы экстраполируем задачу на уровень абстракции, решаем ее там и возвращаем готовое решение обратно. И все работает. Он не только существует, но и тесно связан с нашим миром.

— Так это и есть антимир?

— Вряд ли, скорее это что то вроде буфера между мирами. Нирвана.

— А что такое нирвана? Столько раз слышала это слово, а понять до сих пор не могу.

— Это пустота. Только пустоты не существует.

— Не поняла.

— Пустота означает наличие другого вида энергии. Если нет материальной энергии, то считается что это пустота. Но на самом деле там что то есть. Но что то совершенно другое.

— Антимир?

— Нет. Антимира там тоже не должно быть. Это уже третий вид энергии. Нирвана или мир абстракции — это только пограничная зона между двумя абсолютно противоположными мирами.

— И мы способны в нее проникать?

— Не все. Для кого то абстракция является недоступной, например для животных.

— Откуда ты знаешь?

— Мы с женой как то делали ремонт в служебной квартире. Разрешение на допуск строителей на секретный объект оформить не удалось. Легче на луну слетать. Так Камала, кошка наша, ходила и изучала что мы делаем. Она никак не могла понять, зачем это люди разводят в ведре какую то пасту, мажут ее на стену, а потом трут ее так что пыль летит? Она нюхала шпаклевку и смотрела на нас очень внимательно. Ну как можно кошке объяснить что такое ремонт?

— Никак.

— Вот именно. Она хорошо разбирается в курицах, сардельках и сметане. Абстракция не ее конек.

— Неужели без этой абстракции нельзя прожить?

— Далеко мы уйдем если у нас даже геометрии не будет?

— То есть мы можем через абстракцию выходить на более высокие уровни познания?

— Да, но это не каждому по плечу. Это определенный дар. Разум людей с таким развитым даром способен проникать в подпространства обладающие сверх-знанием.

— То есть становиться богами?

— Да, но Высшим Разумом нам не стать.

— Почему?

— Мы слишком маленькие, всего лишь крохотные проекции единого сверх-сознания.

— Вы в это верите?

— В это верят килдинги. Точнее один из этой секты с которым мы работали. Я ученый, мне одной веры мало.