Павел Аваста – Смертник (страница 12)

— А ведь он дело говорит — вдруг сказал маленький зеленый человечек, и у борова округлились глаза. — Давай его помоем, там лужа есть глубокая. Я видел в прошлый раз. Это не слишком далеко.

Боров улыбнулся и погнал Максима за человечком, который уже направился в глубь леса. Отошли они от полянки и правду не слишком далеко, когда встретили в низине небольшую лужу с глинистыми берегами. Там боров принялся макать голову Максима в воду и держать пока тот не начинал захлебываться. Так продолжалось довольно долго. После одного такого нырка Максим чуть было совсем не захлебнулся и отпущенный чертыхался, судорожно хватая воздух.

— Ну так что, расскажешь откуда столько всего знаешь? Твои спутники утверждают что ты врач и организовал всех с зараженными воевать — человечек хитро щурился посматривая на мучения Максима.

«Ну и что, подумаешь лужа. Это лучше все таки чем отрезанные яйца».

— Да, я врач. Акушер-гинеколог, если нужно то могу вам чем-нибудь помочь — Максим играл шута похоже последний раз в жизни.

Шутка не возымела эффекта.

— А может он из этих? — спросил вдруг боров у человечка.

— Из каких этих? — поинтересовался Максим.

— Я ничего в нем не увидел — отозвался человечек. — Он просто от кого то узнал, ну конечно не от этого мура.

— Они же хитрые твари — не согласился боров.

— Ну тогда бы своего они не дали убить.

Человечек видимо вынес окончательный приговор и боров потащил Максима обратно.

На полянке уже вовсю устанавливались новые кресты, чем собственно и занимались все сектанты кроме четверых охранников присматривавших за пленными.

Выведя Максима на полянку боров взял в руки длинный, только что принесенный кем то кинжал. Сорвал с Максима разгрузку и обнажив ему грудь, принялся вырезать на ней перевернутый крест. Максим вскрикнул и дернулся назад, но его уже цепко держали двое крепких сектантов.

— А где песнопения? — не удержавшись спросил Максим.

— Времени нет, сам видишь — обстоятельства не позволяют — пояснил человечек наблюдая за процессом и поглядывая периодически на небо. — Давай, приколачивай его уже быстрей. И потом остальных.

Килдинги подхватили вырывающегося окровавленного Максима и потащили к кресту. При помощи грубо сколоченной из досок подставки, сектанты подняли перевернутое дергающееся тело. Приложив одну ногу к грязному, покрытому бурыми пятнами деревянному кресту, принялись вбивать в икроножную мышцу ржавый костыль.

Максим заорал так, что крик заглушил удары маленькой кувалды и вызвал цепную реакцию. Девушки тоже закричали, а Катя даже попыталась убежать, но быстро сделанная подножка ее остановила.

Несколько килдингов направились к пленникам и схватили упирающихся муров. Еще несколько сектантов направились к четверке побитых рейдеров, тоже попытавшихся было бежать. Кирилл под шумок хотел тихонько отползти в сторону, но уткнулся в выставленную ногу. Девушки завизжали, стали брыкаться и вырываться, а во вторую ногу Максима до упора забивали следующий ржавый костыль. Максим орал и выл, а для крепления рук в траве ждали своей очереди еще два костыля. Рядом лежало небольшое копье.

16 Штурмовая винтовка М16А4.

17 Штурмовая винтовка Beretta ARX-160.

Глава 9

Беспилотники появились неожиданно, так что никто в суматохе жертвоприношения не успел ничего понять. Ракеты полетели во все стороны, а основной удар пришелся по тем кто находился на полянке. Это были сектанты заканчивающие установку последних крестов, а также те кто прибивал Максима. Его прикрыли их тела, и ему достались только несколько осколков впившихся в ноги и причинивших дополнительную острую боль. Голова у Максима совсем поплыла, но сознание пока что его не покидало. Правда он все равно уже не мог понять, что происходит вокруг.

Дроны в количестве не менее десяти штук выпустили град ракет не только по тем, кто был на полянке, но и в тех кто находился под слабой защитой низкорослого леса. Несколько ракет разорвались от попадания в деревья, но остальные достигли земли. Целая кучка килдингов тащивших тройку муров упала окровавленная вместе с пленниками в наколках. Одна из ракет ударила рядом с пареньком с подбитым глазом и державшими его парочкой сектантов.

Осколком чиркнуло по шее Кирилла, который поднявшись бросился вслед за убегающими в глубь леса кучкой килдингов. Руки у него при этом были уже свободны, а в правой руке торчала маленькая заточка. Ближайшего к нему сектанта Кирилл догнав остановил острием заточки в шею. Схватив автомат убитого, сразу открыл огонь уложив еще одного килдинга. Остальные бегущие уже успели скрыться за деревьями. Вдруг наступила тишина, дроны совершив налет и выпустив ракеты залпом исчезли. Вокруг были слышны только стоны раненых.

Кирилл огляделся и почувствовал боль в боку. Дотронувшись рукой он нащупал кончик осколка немного торчащего наружу из толстой жировой прослойки. Нужно было от него избавиться, но сначала Кирилл занялся осмотром маленького ада образовавшегося вокруг.

Несколько сектантов с трудом, но приходили в себя: некоторые из них стояли держась за сочащиеся кровью раны, другие пытались подняться. Кирилл прекратил мучения килдингов при помощи одиночных выстрелов из только что позаимствованной у недостаточно быстрого сектанта Беретты.

Один из рейдеров был мертв, а «пианист» лежал на боку и оглядывался, его правая нога окрасилась в красный цвет еще больше. У третьего дела были гораздо лучше, коротышка даже смог встать довольно легко столкнув с себя мертвое тело крупного килдинга. Руки у коротышки были уже свободны.

А вот у девушек дела были совсем плохи, они ведь находились не очень далеко от края полянки в момент атаки с воздуха. Неподвижное, залитое кровью тело Кати было просто нашпиговано осколками, так же как и тела пары тащивших ее сектантов. Лежавшая на животе Даша была вся испачкана кровью, но еще шевелилась. На тех же кто находился в момент атаки на полянке можно было и не смотреть. Там разорвалась большая часть ракет. Если там и были выжившие, то их опасаться не стоило, и потому Кирилл вернулся к рейдерам.

— Ну что, как вы? — поинтересовался Кирилл держась за немного кровоточащий бок.

— Долбаная нога — отозвался «пианист». — С начала пулевое зацепило, а теперь еще и это. Помоги перевязку сделать или дай мне что-нибудь, сам перевяжу, только наручники убери.

— Сейчас бинт поищу — отозвался Кирилл и, срезав пластиковый жгут на руках «пианиста», направился к рюкзаку Максима валяющемуся на траве в сторонке и почти не поврежденному. — Давай осколок вытащу — Кирилл вернулся к «пианисту» уже с рюкзаком. — Ножом поддену, да не дергайся ты так. Перевязку сам сделаю, руки убери. А ты как? — спросил Кирилл коротышку.

— Я нормально, меня этот толстый спас. Думал он на смерть меня тащить пытается, а оказался вторым крестным. Жалко не успел спросить как его зовут — широкоплечий коротышка получил только пару небольших осколков в руку, которые кривясь от боли сам и выдрал найденным у килдинга ножом. — У тебя что, Барин?

Толстячок ответил не сразу видимо ранения сказывались серьезно.

— Фоку мне разорфало и вубы зафепило — ответил он капая кровью изо рта.

Кирилл освободил его от наручников, и начал осматривать Барина обнаружив у того истерзанную несколькими осколками левую руку, ногу и бок. Из дырки в щеке кровь со слюной стекала по застрявшему в челюсти осколочку.

— Извини — сказал Кирилл выдирая осколок ножом и пихая на его место кусок амерского бинта.

Барин взвыл от боли, но вскоре смог самостоятельно держать кусок бинта насквозь пропитанного кровью. Кирилл разрезав одежду на толстяке добрался и до остальных осколков. К счастью для Барина никаких особо сильных кровотечений из ран не было, и вскоре он оказался забинтованным. Бинтов на перевязку однако не хватило, и в ход пошли обрывки футболок срезанных с убитых сектантов. Кирилл подкладывал под грязные потные обрезки куски обычного бинта. Закончив с Барином занялся и своим осколком приносящим весьма неприятные ощущения. Оставшийся от осколка порез, заклеил лейкопластырем из рюкзака.

Потом Кирилл пошел взглянуть на умирающую Дашу, которая все еще возилась в траве, но почему то уже стояла на четвереньках. К немалому удивлению Кирилла девушка вдруг села повернувшись к нему окровавленной спиной и уверенно произнесла:

— Не смотри.

Кирилл удивился еще больше увидев как Даша поднимается на ноги держась руками за полностью разорванную спереди блузку.

— Ну чего уставился? Дай что-нибудь из одежды, не видишь эти уроды блузку порвали — кровь на ее спине видимо не принадлежала Даше раз она так спокойно разговаривала. — Ты что с трупа собрался снимать?! А, ну да… Дай только другую, ну найди какую-нибудь куртку поменьше и чтобы не слишком в крови.

Кириллу потребовалось некоторое время чтобы переварить услышанное. Он даже в начале подошел изучить окровавленную спину девушки чтобы убедиться — ранений действительно не было. Везением Даша превзошла всех включая Кирилла. Куртку почище он не стал долго искать, и дал девушке ту, что была на первом убитом им килдинге.

И тут Кирилл вспомнил про Максима. Вот уж кому повезло меньше всех, ведь он даже не мог убежать болтаясь окровавленным на кресте. К новому удивлению Кирилла Максим был еще жив, а вокруг лежало сразу три мертвых тела. Руки приколотить жертве они не успели.