Павел Аваста – Проклятый [СИ] (страница 19)

Смертнику стало очень любопытно.

— Расскажи про себя, Берет. Я совсем про тебя ничего не знаю.

Берет подумал, подумал и начал рассказывать. Говорил он спокойно, незатейливо и за несколько минут рассказал про всю свою жизнь. Телевизионным мастером он начал работать ещё до армии после окончания училища. Отслужив снова вернулся к любимой работе. Жил он с мамой и сестрой. Своей семьи завести не получалось. С девушками он иногда встречался, но отношения как-то не строились.

Потом в его жизни случилась война. Третья Чеченская была наиболее жестокая и кровопролитная. Настолько, что журналистам запретили работать в зоне боевых действий. Потери с обеих сторон были огромны. И вот там-то Берет и научился отрезать противнику уши, носить их в карманах, развязывать языки и много чего еще. Эту войну он иначе как мясокомбинатом потом и не называл. Потому что противники относились друг к другу с крайней ненавистью и при любой возможности кромсали своих врагов на куски. Берету это все не то чтобы нравилось. Просто это стало тогда для него нормой жизни.

Когда война закончилась, он вернулся домой. На одном военном празднике Берет, украшенный медалями, приглянулся женщине с которой сошёлся, и на которой через год женился. У неё была своя квартира, в ней они и жили. Вскоре у них родился сын, которого назвали Иван. Денег теперь стало требоваться гораздо больше, чем он зарабатывал. Городок где они жили был небольшой и вызовов по ремонту было немного. Он попробовал найти работу получше, но так и не смог.

Когда с финансами стало совсем туго и отношения с женой резко ухудшились он неожиданно для себя принялся периодически обчищать квартиры. Вскрывать замки оказалось для него не таким уж сложным делом. Жена, конечно об этом ничего не знала, и когда его поймали и посадили, она была в полном шоке.

Пока он отбывал наказание жена потребовала развод, и на свободу он вышел уже разведенным. Пришлось ему возвращаться в старую однушку, где жила его пожилая мама и сестра с ребёнком. Денег снова не хватало. Ему приходилось платить алименты, и на редкие свидания с сыном без подарка он придти тоже не мог. Еще он старался заботиться о маме и сестре.

Снова пришлось заглядывать в чужие квартиры. Когда у него возникли тёрки с местным уголовным авторитетом, и тот запретил ему работать на его территории, Берет обзавёлся заточкой. В тот день когда городок накрыл кислый туман, здоровяк шёл проверить пару адресов на наличие в них хозяев.

Наглотавшись едкой гадости он сразу понял — если это не технологический выброс, то точно война.

Поэтому первое что он сделал — это направился в военкомат. Совершенно не вменяемый военком так и не смог ему сказать ничего определённого. Возле больницы людей с больной головой нашлось ещё больше, зато там объявился молодой доктор который пообещал помочь. Альтернативы не было, и в стремительном марш-броске Берету пришлось выкладываться по полной. А когда он увидел у этого врача корочки сотрудника ФСБ, то понял кого нужно держаться.

Рубер Берета напугал сильно. Монстр и правда был очень страшный. Он выглядел даже страшнее чем его бывшая тёща. На войне правда бывали вещи и пострашней. Так что этот новый мир не показался Берету таким уж и особенным. Были тут плюсы, были конечно и минусы. К минусам можно было отнести резкое усиление аппетита. А к плюсам — клавино рагу и хорошую компанию бойцов в бункере и на границе.

После рассказа Берета Смертник задумался, и просидел так, наверное, час, как вдруг Телескоп оживился и позвал Никифора. Все отдыхающие неподалёку стронги тут же поднялись с травы.

— Колонна, — уверенно произнёс Телескоп. — Какая техника, пока не знаю. Людей полно — вот это точно…

Смертник пронаблюдал как быстро спустились под землю бойцы, и полез в схрон вслед за Беретом. Сидеть в тесной душной яме в кромешной тьме было неприятно. Вентиляцию стронги сделали крохотную. Хорошо что ожидали подхода колонны не долго. Уже через несколько минут Никифор скомандовал Кобе с Хватом доставать из рюкзаков фугасы.

— Сенса чувствуете? — поинтересовался бородач у Телескопа и Смертника. — И я тоже нет. Все равно выскочим в последний момент, когда они с нами поравняются. Атакуем бензовоз и четвёртый грузовик. В нем снаряды везут.

— Мы по ним сейчас ударим — Земляк дышал в лицо Смертнику. — Вы следом выбираетесь и вглубь леса отходите. Там ждёте.

Коба с Хватом после этих слов исчезли, а наверху появился свет из откинутого люка. По ушам ударили звуки двух мощных взрывов и следом за ними многоголосый грохот из разных стволов. Телескоп полез наружу следом за стронгами. Смертник выбрался из ямы по кривой лестнице, и увидел как из за деревьев в нескольких десятков метров от люка ведут огонь стронги. Их поливали встречным огнём стоявшие на поляне муровские пикапы. По соснам, берёзам и липам били из пушек БТРы. Посредине поляны жутко полыхал огромный факел разорванного в клочья бензовоза.

Пока проклятый с Беретом и институтским сенсом шустро ползли подальше от смертельного ливня пуль стронги их уже обогнали. Двое из них тащили окровавленного друга который сам по всей видимости передвигаться уже не мог. В сотне метров от границы леса все остановились. Телескоп начал вытаскивать из своего рюкзака бинты и шприц, и колдовать над ним. Перевязка в клочья разорванного плеча, укол спеком и пассы руками над бледным лицом раненого.

— Ну как он? — голос Земляка передавал общение нетерпение.

Нужно было скорее уходить. Совсем рядом стронги продолжили вести перестрелку. Телескоп покачал головой.

— Крупный калибр. Большая кровопотеря. Трясти его нельзя.

Земляк думал несколько секунд.

— Коба, Хват — сейчас вы его несёте. Всё, быстрее, рванули.

Всё бросились бежать не раздумывая. Смертник бежал рядом с Беретом стараясь не упустить его из виду и ориентируясь на Телескопа чтобы не сбиться с курса. Кусты бросались ему навстречу стараясь затруднить бег, от их ветвей он отмахивался руками. Деревья мешали беглецам вставая на пути и заставляли себя огибать. Сзади стрельба уже прекратилась, но внутреннее напряжение не утихало. Бежали долго пока не сделали привал. Его никто не скомандовал. Он случился сам собой.

Берет от бешеной гонки устал настолько, что ноги перестали его слушаться. Сначала он ещё пытался делать рывки после коротких передышек, но в конце концов просто растянулся на траве. Телескоп и Смертник сразу остановились, очень быстро появился и Земляк. Выяснив, что здоровяк сам передвигаться уже не может, он взвалил Берета на плечо. Пару ему составил Никифор и теперь стронгам приходилось нести уже двоих.

Движение замедлилось. Дело было плохо, враги постепенно приближались. Телескоп на ходу комментировал приближение преследователей.

— Пятьсот метров. Двигаются цепью. Человек шестьдесят, даже больше.

— Давайте быстрее, — подгонял стронгов Земляк передавая Берета Крюку и гибкому юноше. — До воды нужно дотянуть. Там передохнем.

У озера отдышались пол минуты и сразу полезли в воду. Смертник плыл с большим трудом думая о том как бы не утонуть. Погибать так нелепо точно не хотелось. Берету помогал плыть юноша, которого Хват назвал Окунем. Фактически Окунь плыл за двоих. Сам Хват плыл рядом забрав предварительно себе рюкзак юноши. Выбравшись через кусты на берег Смертник упал на траву в полном изнеможении.

— Давайте, вставайте — Никифор с беспокойством поглядывая на кусты за озером. — Они в обход побежали.

— Может засаду устроим? — спросил Телескоп у Земляка критически изучив Смертника.

— Нет, уходим. Их слишком много.

— Техника — возбуждено крикнул Никифор.

— Где? — повернулся к нему Телескоп.

— С севера идут нам наперерез. Семьсот метров.

Земляк взглянул на Телескопа, но тот пожал плечами.

— Я и за пол километра технику с трудом различаю. Черт, сенс! Семьсот метров.

— Он с этой колонной, — подтвердил Никифор.

— Он нас засек? — спросил Земляк и оба сенса кивнули.

— Подъем! — зло скомандовал Земляк, и Смертнику пришлось подняться. — Двигаемся на юг. Быстро.

Дальнейший бег дался бойцам совсем тяжело. Даже сильные стронги устали нести на себе по очереди двух человек. Смертник держался на морально-волевых и чувствовал себя лошадью которую сейчас вот вот загонят. Теперь он тормозил всю команду. Во время очередной передышки Телескоп сообщил новости о преследователях.

— Четыреста метров на север, три БТРа. Шестьсот метров на северо-запад, шестьдесят четыре человека. Идут точно за нами.

— Их сенс по рации ведёт — крикнул Земляк. — Бежим быстрее.

Гонка продолжилась, но скорость передвижения была уже не та. Дистанция до преследователей все сокращалась. Муры сзади торопились как могли, а внешники на БТРах двигались по лесу параллельным курсом уже совсем рядом.

— Бросайте меня, — Смертник услышал как хрипит Берет. — Бросайте, мать вашу. Я вас прикрою.

Такого голоса от Берета Смертник ещё не слышал. Здоровяк начал вырываться, и его уронили на землю. Тут же появился Никифор.

— Давай тебя сменю, Окунь — сказал сенс.

— Я остаюсь, — Берет щелкнул предохранителем. — Уходите, я прикрою.

Смертник бросать друга не собирался и присел рядом с ним. Телескоп взглянув на проклятого поморщился и тоже снял с шеи автомат.

— Где вы там? — Земляк появился через несколько секунд. — Что такое, млять?