Павел Ан – В плену у прошлого (страница 4)

– Это безопасное место?! Я сижу в кромешной тьме на самом краю бездонной шахты лифта, и если я сейчас оступлюсь, то свалюсь вниз и это будет точно конец.

– Мы сейчас отсюда уйдём, поползём дальше по шахте.

– В кромешной тьме? У нас с тобой вообще нет света, ничего нет.

– Вот поэтому нам не надо медлить, тем более, что наш побег из лифта скоро заметят.

– А стоило ли убегать?

– Стоило, уж поверь мне. Впрочем, могла бы и остаться в лифте, познакомилась бы с местными.

– Я просто растерялась. Я… У меня вообще нет идей, что теперь делать.

– Поползём с тобой дальше по шахте, ну а там видно будет. Давай так, чтобы не потеряться, вот тебе край моей робы, держись всё время за него. Хорошо?

– Хорошо.

Они немного перевели дух, после чего поползли на четвереньках по вентиляционной трубе. Здесь было очень пыльно, много паутины и даже попадались мелкие камешки. В трубе дул довольно ощутимый, тёплый ветер. Мерный гул постепенно нарастал и шёл откуда-то из темноты перед ними.

Ползли они очень медленно. Брук аккуратно проверяла руками, находившийся перед собой путь, опасаясь провалиться куда-нибудь вниз или попасть в лопасти вентилятора, которые уж точно должны были здесь находиться. И вот, наконец, они выбрались на развилок, стены сбоку на какой-то момент пропали.

Мерный гул доносился спереди и был уже довольно близко, так что был смысл повернуть в бок, что они и сделали. Они проползли ещё немного, и тут Брук резко остановилась.

– Что такое? – спросила у неё Хлоя.

– Там, внизу, есть выход. Я вижу там тусклый свет и очертание решётки. Только тут высоковато, до решётки метра два, не меньше, а сколько ещё падать если решётка сломается под моим весом неизвестно.

– И что будем делать?

– Вот что. Давай, раздевайся. Свяжем наши робы вместе в верёвку. Ты будешь её держать, а я аккуратно спущусь вниз и посмотрю, что там.

– Я не уверена, что смогу тебя долго держать на верёвке.

– Я легче тебя и другого выхода у нас нет. Если решётка прочная, я попробую на неё встать и посмотреть, что там внизу и далеко ли до пола.

Они сняли свои робы и связали их вместе за рукава. Ткань, из которой они были сделаны, хоть и была довольно грубой, но при этом и очень прочной. Хлоя скинула верёвку, и Брук полезла по ней вниз.

Хлоя держала верёвку как могла, но ей совершенно не за что было упереться. Её голое тело медленно, но верно соскальзывало вперёд по гладкой металлической поверхности трубы. Вообще, это с самого начала была плохая идея и стоило бы всё это немедленно прекратить, но Брук уже вовсю спускалась по верёвке вниз.

Хлоя вдруг поняла, что если сейчас не отпустит верёвку, то сама свалится вместе с ней. Надо было срочно что-то решать, но она не успела. Металлический пол закончился раньше, чем она предполагала, и Хлоя просто свалилась вниз в проём, упав сверху на Брук.

Решётка вентиляционной шахты вылетела под их весом, и они обе упали на пол. К счастью, до пола от решётки оказалось всего около двух метров, но, всё равно, они обе хорошо ушиблись.

Девушки оказались в небольшой, грязной комнате, тускло освещённой единственной висевшей на стене лампой.

Хлоя села на пол, потирая ушибленный локоть, нывший от боли. Рядом слышалась ругань Брук, которая сильно разбила себе коленку. К счастью, более серьёзных травм удалось избежать. Наконец, они пришли в себя и стали осматриваться по сторонам.

Это было небольшое помещение без окон, с одной единственной массивной железной дверью, которая теперь была закрыта. Дверь походила на используемые в подводных лодках и имела на себе вентиль, позволяющий её открыть. Вдоль стен комнаты стояли покрытые песком и паутиной стойки с какими-то очень старыми приборами, ровесниками вёзшего их сюда лифта. На покрытых пылью панелях управления были какие-то кнопки и тумблеры, которые можно было попробовать нажать.

– И как эта лампочка до сих пор не перегорела? – сказала Брук, глядя на тусклый светильник. – Это сколько же лет она тут светит.

– Да уж, нам, наверное, повезло, – сказала неуверенно Хлоя, озираясь по сторонам.

Она отвязала свою робу и стала одевать её на себя. Совсем недавно принятого душа как не бывало. Теперь она вся грязная, в пыли, паутине, синяках и ссадинах.

Брук подошла к одной из панелей и смахнула с неё пыль.

– Тут подписано английскими буквами, но я не понимаю, что означают эти надписи, – сказала она Хлое.

Брук нажала какую-то кнопку, но ничего не произошло. Она щёлкнула тумблером и вновь ничего не случилось.

Хлоя одела свою робу, подошла к стене и нажала выключатель, который заметила в полумраке комнаты. Вспыхнул свет, загорелись сразу несколько висевших на потолке ламп. Девушки уже успели отвыкнуть от света, который с непривычки показался им очень ярким. Впрочем, их глаза быстро привыкли.

– А вот и тумблер включения, – сказала Хлоя, стирая пыль с одной из панелей. – Но я не уверена, стоит ли его нажимать. Мы ведь включим с тобой неизвестно что.

– Ну и что, просто проверим работает оно или нет, включай.

Хлоя послушно нажала тумблер, стрелки на приборах пошли вправо, загорелись несколько лампочек на панели. Дальше они ничего нажимать не стали, а просто выключили приборную панель. Вообще, время теперь было дорого, и надо было как можно скорее выбираться отсюда.

Брук заметила висевший на стене небольшой шкафчик и открыла его. В нём лежал пакет с медицинской ватой, несколько упакованных бинтов и пару пузырьков, в одно из которых был йод, а в другом какая-то непонятная прозрачная жидкость.

– О, да тут спирт, – сказал Брук, смахнув пыль с этикетки прозрачной бутылки.

– Раз уж ты всё это нашла, то обработай свою разбитую коленку и забинтуй её, чтобы не загноилась, – сказала Хлоя. – Да и мне не помешает помазать ссадины.

– Для ссадин тебе и йода хватит, а спирт давай прибережём, – сказала Брук.

Впрочем, она воспользовалась советом своей подруги и обработала свою разбитую коленку.

Тем временем, Хлоя заметила стоявшую сбоку на небольшом столике банку из-под кофе. Она открыла её. Внутри действительно были зёрна кофе, которые уже давно потеряли свой запах и превратились непонятно во что. Она открыла тумбочку и нашла в ней пару чайных ложек, керамическую кружку и ещё одну жестяную банку, внутри которой оказался сахар. Порывшись на полке, она нашла небольшой перочинный нож.

– О, а вот это очень кстати! – обрадовалась Брук, увидев нож. – А ну, дай-ка его сюда.

– Зачем? – спросила настороженно Хлоя.

– Я немного поработаю над своим нарядом.

Хлоя протянула ей нож, и Брук немедленно принялась за дело. Она почти полностью обрезала бывшие на робе длинные рукава, отрезала верх, сделав себе подобие топика. Нижнюю часть робы она разделила на две половины, сделав из одной набедренную повязку, а из другой вещевой мешок, в который и сложила все найденные ими в комнате полезные пожитки. Мешок она завязала верху длинным, тонким куском ткани, а из обрезков рукавов сделала подобие лямок, для которых проделала в мешке прорези. Продев лямки, Брук завязала их узлом, так что у неё получился небольшой рюкзак.

– Круто, – сказала Хлоя. – Я тоже так хочу.

– Так бери и делай.

– Нет уж, я не такая рукастая как ты, у меня так точно не получится.

– Ладно уж, давай свою робу, сделаю и тебе по старой дружбе.

Брук быстро переделала робу Хлои по точно такому же принципу, так что теперь они обе были одеты практически одинаково.

– Эх, жаль мы не нашли воды, – сказала с досадой Брук. – Просто ужас как хочется пить.

– И есть тоже, – согласилась Хлоя.

– Знаешь что, давай поедим кофе с сахаром. Ну не всё сразу, но хоть по паре ложек съедим для поддержания сил.

– Этот кофе старше меня. Думаю, не стоит его есть.

– Да ладно, брось. Он всё это время был плотно закупорен.

Брук взяла несколько кофейных зёрен и, положив их в рот, стала жевать. Потом она набрала ложку сахара и тоже отправила её в рот, пережёвываю всю массу. Хлоя недолго смотрела на неё, ей уже самой очень хотелось есть. Так они съели половину всего кофе и сахара, которые им удалось найти. Остальное было решено приберечь на потом.

Покончив со скудной трапезой, они подошли к двери и покрутили вентиль. Дверь поддалась, и её удалось открыть. Они оказались в тускло освещённом довольно широком коридоре, из которого выходили ещё три похожих двери. В конце коридора была огромная стальная дверь, закрывавшаяся подобным образом.

Они прошли в коридор. Все три двери отказались плотно закрыты, однако несколько дальше слева находился пустой дверной проём. Девушки вошли в него и оказались в санузле. Этот санузел очень походил на тот, в котором Хлоя не так давно принимала душ. Похоже, их построили в одно время. Только здесь практически не было грязи и пыли. Хлоя нажала выключатель, и на потолке санузла загорелась лампа.

– Надо же, тут всё работает, – удивлённо сказала Хлоя. – Как будто отсюда только недавно ушли.

– Ага, – буркнула себе под нос Брук. – Вот только воды тут никакой нет.

Она подошла к умывальнику и повернула кран, который поддался на удивление легко. И вдруг, совершенно неожиданно, из него потекла мутная, ржавая вода.

Брук очень удивилась и даже растерялась. Она так сильно хотела пить, что напилась бы теперь и из простой лужи, но Хлоя её вовремя остановила. Брук очень боялась, что вода в трубе вот-вот закончится, но она продолжала течь, постепенно светлея. Наконец, Брук не выдержала и, припав к крану, принялась жадно пить ржавую воду. Она пила долго, очень долго, даже через силу. Наконец, она вспомнила про свою подругу, которая теперь тоже наверняка очень хотела пить и уступила ей место. Хлоя вдоволь напилась ржавой воды, после чего они набрали ещё немного в найденную ими керамическую чашку.