Павел Алексеев – Просто Богиня (страница 65)

— Ну, разумеется, я хорошо вас понимаю, дражайшая Екатерина Алексеевна, — ухмыльнулась я плотоядно, — Не вижу никаких проблем. Сейчас заключим договор и…

— Опять деньги тянуть будешь? — грустно сказала Фурцева.

— А как же! Или мадам хитрожопая министр, решила бесплатно на Богине покататься? Бесплатно у нас только кошки родятся. Кстати, вот я и договорчики заранее приготовила. Тут только ваша подпись и печать нужны… Ну и дату поставить. И можно в бухгалтерию нести…

— Так ты знала?!

— Ну… Догадывалась, — уже в полный голос, рассмеялась я.

— Правильно я сказала — хитрожопая.

***

Досада Фурцевой была вполне объяснима. СССР тяжело, со скрипом, поворачивал в сторону частичной, частной предпринимательской деятельности. Как некоторые говорили — ко второму НЭПу. Пессимисты и разные нехорошие личности шептались о деградации КПСС, предательстве в Кремле, о старческом маразме Брежнева… Да много чего болтали, но постепенно, эти разговоры сходили на — нет.

Государство, чётко сказало, хочешь зарабатывать — имея для этого возможность? Зарабатывай. Но законным образом и десять процентов с прибыли отдай государству. Считаешь, что это много? Тогда работай как все и заткнись. Это касалось всех. Как и обычных людей, так и любое предприятие. Имеет возможность завод или фабрика, на базе своего производства — не в ущерб самому производству, производить какую-либо продукцию — производите, продавайте, но налоги платите. Как вы в дальнейшем распорядитесь этими деньгами — не наша проблема.

Так вот, народ сначала робко, потом всё смелее и смелее, взялся за дело. Появились всякие артели, кооперативы, частные лавочки и магазины, народ стал проникаться возможностью жить спокойно, свободно и сытно. И что самое главное — не боясь государства. Даже появилась народная шутка, заплатил налоги — спи спокойно.

А хитрожопой меня Фурцева правильно называет. Я озаботилась всеми необходимыми документами и на базе своей студии выпускала клипы с моими правами на собственность — как собственную продукцию. И не подкопаешься ко-мне — сама ведь Закон этот писала, мне-то уж не знать как там и что. В ЦК на обсуждение его подавал Косыгин, но моё авторство этого Закона пока тщательно скрывалось, что будоражило умы не только в СССР, но многих разведок мира — кто же в СССР такой умный? Кто стоит за всем тем, что СССР круто изменило свою политику? Кто этот 'Серый кардинал'?

Разумеется, не всё было просто. Со скрипом привыкала система правоохранительных органов, когда тех, кого надо было недавно ловить — теперь приходилось, как минимум не замечать. Менялись статьи административного и уголовного кодекса, появились статьи касающееся налогообложения, менялись разные нормативные акты определявшие сферу деятельности частных предприятий. Менялось многое, приспосабливаясь к новой политике государства. Приспосабливался и криминалитет…

Глава 31

— Богиня, можно вас на минуту? — обратился ко мне, симпатичный молодой человек, приветливо улыбаясь.

Приветливо-то, приветливо. А вот на эмоциональном фоне, от него такой гадостью несло. Тут целая палитра эмоций. И опасение, и презрение, и предвкушение чего-то и похоть… Мерзкое впечатление. И, разумеется, мне сразу же стало интересно, что этому уроду от меня нужно.

— Ой, а я вас не заметила, — сказала я, растерянно хлопая ресницами, подходя к своей машине, возле которой он уже целый час тёрся.

Чужое, постороннее внимание, я ощущала уже на протяжении недели. Имею ввиду, что наблюдают за мной всегда и везде где могут, но до этого внимание было привычным — КГБ не спит. Ну, иногда возникали в поле зрения сотрудники конкурирующих — зарубежных разведок, я им по-прежнему интересна. Их эмоциональный 'запах' тоже хорошо знаком по ощущениям. А тут, что-то новенькое образовалось, совершенно незнакомое.

— О, простите, если я вас напугал, — сделал виноватую морду мой собеседник, — Меня зовут Всеволод. Можно просто Сева. Мы с вами не знакомы, вернее я-то вас хорошо знаю, а вот вы меня нет.

— Вы из наших студентов или сотрудников студии? — спросила я, сделав строгое лицо.

— О, нет, — тут же отрицательно и слегка возмущённо замахал он руками, — И не студент и не сотрудник. Буду с вами откровенен, я здесь по поручению очень важного человека…

— И какого же? — сделала я заинтересованное выражение лица.

— Простите, не могу сказать, — виновато ответил он, но на самом деле в эмоциях ничего подобного не ощущалось. Наоборот, появилась определённая уверенность, предвкушение и усилилось презрение и похоть, — Но вы непременно узнаете. Для этого, он приглашает вас к себе в гости. О, нет! Не спешите отказываться! Понимаете, он инвалид, геройски сражался с фашистами и там лишился обеих ног. Он с вами хотел переговорить о внеплановом концерте, для ветеранов-инвалидов, поэтому и попросил меня с вами переговорить о встрече…

— Хм… — сделала я задумчивое лицо. Как он интересно сочиняет… Ветеран-инвалид, ха! Да к гадалке не ходи, всё это туфта полная. Скататься что ли? Кажется, я догадалась, кто это по мою душу пришёл. Кстати, ребята из спецслужб наблюдают за нами, наверняка попрутся следом, да и пусть. Лишь бы не мешались под ногами.

— Вы знаете, у меня вечный недостаток времени… Но для уважаемого ветерана войны, я готова отложить любые дела. Когда он может со мной встретиться?

— О! Вы так великодушны, так добры! — заломил в экстазе руки Всеволод, или как там его по-настоящему, — Он всегда дома и если вы не против, можем проехать прямо сейчас. Вам даже не обязательно ехать на своей машине! У меня тут за углом стоит автомобиль, его закрепили за нашим уважаемым ветераном, за особые заслуги перед государством. Водитель вас после разговора доставит обратно или туда, куда скажете.

— Ну, хорошо, поехали, — согласилась я, — Он подъедет сюда или ножками до машины дойдём?

— Давайте дойдём, так быстрее будет, — заискивающе ответил он, а эмоции кипели — внутренне он откровенно смеялся надо мной. Ню-ню…

За углом стояла старенькая 'Победа', на месте водителя сидел какой-то тип в кепке, коротко глянув в нашу сторону, прищурил глаза и в улыбке сверкнул фиксой. Хм… Ну, в принципе, как я и ожидала. Интересно, далеко ехать?

— Здравствуйте, — вежливо сказала я, пролезая в гостеприимно распахнутую Севой дверь и усаживаясь на заднее сидение.

— Здравствуйте, — коротко ответил водитель и, не спрашивая адреса, с места рванул в известном ему направлении.

Всеволод начал нести словесный бред, о Великой Отечественной войне, героизме ветеранов, славе Советского оружия, вероломстве фашистов… Я слушала его трёп краем уха и прислушивалась к эмоциям. У Всеволода эмоции слегка притихли, стали более спокойными, а у водителя всё больше усиливались — проявлялись те же негативные черты, как и у Севы, но презрение большей частью было адресовано не мне, а как раз в отношении болтливого Всеволода. Видимо, тот у них не сильно в авторитете.

Тем временем, автомобиль заехал в какую-то улочку, покрутился некоторое время среди переулков и остановился у больших ворот.

— Что, уже приехали? — наивным голосом спросила я.

— Да, да! Уже приехали, сейчас вы встретитесь с нашим ветераном, — ответил Всеволод, при этом он чудом не рассмеялся. Блин, я уже вся горю от желания познакомиться с этим 'ветераном', что же там такого смешного?

Сева выскочил из машины, пройдя во двор — открыл ворота, куда и заехал автомобиль. Сам дом был большим и солидным, из помещения доносилась музыка, звучала одна из моих композиций. Или радио играло или телевизор. Хотя, может быть, пластинку крутили.

— Какой у вас ветеран музыкальный, — заметила я.

— Да, он очень любит ваши песни, — ответил Сева и на эмоциональном плане не соврал. Ну, мне пофиг как бы. Любите и любите, посмотрим, что дальше будет…

А дальше, Сева провёл меня в дом, следом за нами шёл водитель… Когда я шагнула через порог в сам дом, получила сильный толчок в спину и по инерции пробежав пару шагов, упала на пол. Ну и для достоверности вскрикнула.

Разумеется, и сам толчок и эти шаги я сделала специально, так же как и упала на пол. Интересно же, для чего они меня сюда привезли?

— Вот, привезли, — горделиво доложился Сева. Водитель, который толкнул меня в спину, остановился в дверях, опёршись плечом о косяк.

В хорошо, но слегка неряшливо обставленной комнате, вокруг стола сидело трое мужчин, с картами в руках. А на диване, сидели две женщины, до этого видимо увлечённые разговором. И все дружно уставились на меня, как на диковину.

— Что? Что случилось, я не понимаю… — залепетала я испуганным голосом.

— Так вот ты какая, Богиня… — насмешливо сказал, один из мужчин.

— Зачем вы меня привезли? Я не понимаю… — снова заговорила я, 'пытаясь подняться' и закономерно — тут же была опрокинута на пол. Это уже Сева постарался, ударив меня по лицу. Ну, это ему так показалось, что ударил. На самом деле, я прикрыла лицо рукой, и удар пришёлся по ладони. Звонко получилось. Я с удовольствием снова громко вскрикнула и повалилась на пол. Блин, вот же развлечение, на полу валяться.

— Ну, ну, Сынок, не надо так усердствовать, — сказал Севе один из сидящих за столом, — Девочка и так себя будет хорошо вести, правда?

— Сева, за что? — пролепетала я, глядя на Всеволода глазами полными слёз.