Павел Алексеев – Просто Богиня (СИ) (страница 9)
— Будь ты простым человеком, мне было бы достаточно твоих слов. Но ты не признаёшь простые слова, ты привык доказывать всё делами, так? — спросила я, глядя на него.
— Так. Правильно говоришь.
— Сделай мне подарок, если он в твоих силах. Сразу говорю, дорогой подарок. Найди для меня две сабли, для двуручного боя.
— О! — честное слово, даже когда Аслан валялся на асфальте и матерился, у него не было такого охреневшего взгляда, — Ты умеешь владеть таким оружием?
— Умею, Аслан, умею, — улыбнулась я. Не важно, что ещё пока не умела, но база уже доучивалась, поэтому, почти не соврала.
Он кивнул, попрощался и они уехали. А я, придя домой, занялась насущными делами — обед, некоторая стирка, уроки, а там и мама с папой с работы пришли. Пообщавшись с ними, сообщила, что в ближайшие дни могут быть некоторые сюрпризы, чтобы не удивлялись. Ну, родители конечно заинтересовались — откуда, да что случилось? Кое-как успокоила, сообщив, что обещанные сюрпризы — это не в последний раз. Правда, они почему-то не успокоились, но хоть не стали сильно расспрашивать. Про школьные приключения ничего им рассказывать не стала, незачем волновать.
***
За быстро промелькнувшую неделю, случилось несколько знаменательных событий. Нам поставили телефон, потом привезли обалденно красивое фортепьяно фабрики им. Борисова. Чёрного цвета, новое, блестящее — родители были в шоке. А потом была в шоке я, когда мама и папа сообщили, что их по партийной линии приглашают на работу в горком со значительным повышением оклада. Так как мама была беспартийной, то её по настойчивой рекомендации быстро приняли в кандидаты в члены партии. Ну, а потом вместе с отцом перевели в горком. Я естественно сразу поняла, откуда ветер дует, позвонила по известному номеру и поблагодарила, за чуткость и внимание к простым людям. На что получила тоже пространный ответ, что партия всегда видит достойных и поблагодарил за звонок. Понятно, шифруется — КГБ не спит. Ну и славно.
В школе всё быстро нормализовалось. Завуч боялась даже косой взгляд бросить в мою сторону, по оценкам я круглая отличница. Весь остальной народ тоже быстро смирился с моим присутствием. Потому что, кто мне возражал, быстро переходил в разряд предмета шуток, провокаций, а потом и телесного наказания. А что? Знаете, какие мощные шелбаны я могу ставить? Кирпич пополам ломается. Ну, по голове я так сильно не бью, но достаётся особо непонятливым особям основательно. Ко мне обращаются теперь или по имени, или по прозвищу — Богиня. Даже учителя, обращаясь ко мне, иногда называют Богиней. А что? Я только — за!
Незаметно пролетела ещё неделя. Потом приехал Аслан и привёз мне сабли. Перехватил меня по пути из школы, бандит несчастный. Вот, привёз мне две замечательные, старинные сабли. Вручил их и, смущаясь, сообщил, что эти сабли мне передал сам старейшина. С пожеланием увидеть когда-нибудь ту женщину, которая валяла мужчину их рода по земле. Это меня так тактично в гости приглашают. Разумеется, когда я смогу к ним приехать. Я пообещала приехать, но не раньше, чем через два года. Аслан сказал, что это не срочно, старейшина ещё молод, может подождать и подольше. Что уж там, всего какие-то несчастные восемьдесят лет старику. Ну, да, действительно…
Вот, достала я из ножен сабли, и дух захватило от восхищения. Крутнула в руках, привыкая к балансу, а потом быстро отработала комплекс, совсем отключившись от реальности. Только свист рассекаемого воздуха и шорох шагов. Когда закончила серию, обнаружила большую толпу народа, с восторгом смотревшую на меня. Увидев, что я остановилась, зрители стали хлопать и восторженно свистеть. Пришлось быстро лезть в кабину и командовать, как можно быстрее сваливать отсюда, а то ещё милиция заметёт. А мне лишние вопросы не нужны, можно сказать — только жизнь налаживается.
Вот же дура, устроила бесплатный цирк среди белого дня. Девчонка в школьной форме, машет саблями посреди улицы. Паноптикум. А Аслан восторженно ржал, представляя, какие лица будут у их старейшин, когда они увидят то, что сейчас видел он — зря они не верили ему.
Я попросила Аслана, передать Олегу Фёдоровичу, что если это возможно, желательно узаконить наличие у меня этих сабель. На что тот, просто достал из кармана уже готовые бумаги, извещавшие любопытных, что данные сабли являются предметами моей коллекции — предметов старины и разрешены к хранению и транспортировке. И он молчал? А я тут волнуюсь. Тфу на него…
Дома, когда родители увидели у меня сабли, то уже не удивились. Махнули рукой на мои причуды. А я, налюбовавшись на своё приобретение, любовно протёрла промасленной тряпочкой, убрала обратно в ножны и повесила на стену. Буду иногда тренироваться, чтобы тело помнило вес, балансировку и ощущения.
***
Свои таланты в музыке, я не показывала никому. Даже подругам. Не знаю почему, просто не показывала. На их любопытные вопросы просто отвечала, что только собираюсь учиться. Потом, этот вопрос сам собой увял. Девчонки иногда тыркали в клавиши, изображали собачий вальс. Вот… А потом, на уроке пения, преподаватель, решила показать мне моё место в музыке. Как-то — до этого она меня не трогала, а тут видимо под настроение я ей попала.
Началось всё достаточно спокойно. Анастасия Викторовна предложила каждому исполнить любую песню, которую можно засчитать как итоговую за четверть. Но петь надо сольно. Естественно, народ начал дружно смущаться, а мы, сидя с самом конце небольшого актового зала с подругами, тихо хихикали, обсуждая одноклассников. Ну и тут же попали 'певичке' на заметку. Как уже состоявшийся, негласный лидер, разных мелких шалостей и провокаций, я тут же стала объектом 'мотивированной агрессии'. Ну и началось…
— Филатова, а ты чему там смеёшься? Что-то смешное услышала? Расскажи нам, мы тоже посмеёмся.
— Вы уверены, Анастасия Викторовна? — приняла я её 'вызов', - Вдруг мы обсуждаем матерный анекдот? Вы действительно хотите его услышать?
— Мне говорили, что у тебя острый язычок, Филатова. И как соотносится звание члена ВЛКСМ с матерными анекдотами?
— А, где в уставе ВЛКСМ, указано, что я не могу их рассказывать или слушать?
— А, как же моральный облик комсомольца?
— Вы подозреваете меня в аморальном поведении?
— А, анекдоты?
— А, доказательства?
— Ты сама призналась.
— Не призналась, а предположила. А если я сообщу, что летаю на луну — поверите?
— Да, поверю. От тебя всё можно ожидать. Всё, всё Филатова! Хватит уже, иди на сцену.
— Зачем это? У меня по алфавиту фамилия не первая.
— Будет первая. Иди, или двойку поставлю.
— Это шантаж, Анастасия Викторовна!
— Иди уже, балаболка, — вполне добродушно усмехнулась та в ответ, — Посмотрим, как петь будешь, а то по всем предметам отличница, а по пению ещё старые трояки висят. Посмотрим, везде ли ты талантлива или есть недостатки, Богиня.
— Богини идеальны! — нравоучительно подняла я палец, выбираясь на сцену.
— Давай уже, идеал, что петь будешь? — она вопросительно посмотрела на меня.
— Ну, не знаю, — я действительно задумалась. В моей базе были изучены тысячи композиций, никому не известных, я проверяла. Только вот что исполнить?
— А, кто знает? Я что ли? — отозвалась певичка. Вот язва.
— А, можно своё исполнить? — спросила я, — Аккомпанемент на пианино.
— Своё? — вот тут я заинтересовала её нежную и творческую натуру, — Ты пишешь стихи и умеешь играть на фортепиано?
— Ну, да, и пишу и играю, — повела я плечиком, — Так можно или нельзя?
— Можно, разумеется. Очень любопытно, знаешь ли… Не замечала за тобой таких талантов.
— Всё течёт, всё из меня…
— Ладно, ладно, начинай уже, шутница.
Придвинула стул к пианино, подняла крышку. Пробежалась пальцами по клавишам. Настроено нормально, но звук паршивенький. С моим не сравнить, которое дома. Ладно, что я там выбрала?
/фрагмент песни Ёлка — Бросай/
http://www.youtube.com/watch?v=rziFXGKrhZI
Ещё при первых звуках проигрыша, Анастасия Викторовна удивлённо округлила глаза, внимательно наблюдая за моими руками. Ну, а когда я начала петь, да ещё в необычном стиле и в полный голос… Шок — это по-нашему!