Павел Алексеев – Без жалости (страница 34)

Подхватив Соньку под руку, отправились в сторону дома. Вечерком, надо будет в ресторан сходить, любимую сладким накормить, для поправки нервов. Вот до чего идеальная у меня девушка. На её глазах, жених троих отпинал, а ей пофиг. Идёт, уже что-то о своём, о женском щебечет. Другой бы посмотрел и подумал — дура дурой, но я-то знаю, что это не так. Таких умниц ещё поискать. Просто характер у неё такой, пофигисткий. Как у меня. Вот почему мне в прошлой жизни такая половинка не встретилась? Или это дефицит?

— Привет Студент!

— Здорово, Василь, — хлопнул я по подставленной ладони, своего давнего знакомца, страшного и ужасного рэкетира Василия, — Падай к нам или ты только поздороваться?

— И поздороваться и поговорить, — Василь уселся напротив и задумчиво смотрел, как Сонька поглощает пирожное.

Делала она это со вкусом и очень сексуально, особенно, когда слизывала нежный крем с ложечки. Есть у неё такой талант — производить впечатление на мужское окружение. Вот не специально, а умеет. Оно само по себе так получается. Да и вообще, она за время проживания в Москве значительно лучше стала выглядеть. Слегка пополнела, округлилась в самых нужных местах. Короче, выглядит на все 100500+.

— Так о чём поговорить-то? — отвлёк я его от увлекательного зрелища, — сразу говорю, Сонька с тобой пирожным делиться не будет. Ей самой его вечно мало.

— Да ну тебя, — ухмыльнулся он, — Тут дело серьёзное и насквозь непонятное. Сегодня, тут неподалёку, двоих наших ребят покалечили. История мутная, сразу скажу. Но такая вот штука, что там срисовали твою фотокарточку. Твою и твоей подруги. Ты нечего об этом не знаешь?

— Хм… Давай-ка определимся, Василь, — ответил я, разглядывая на просвет, хрустальный фужер с лёгким, красным вином. Выпивать я не выпивал, но вот так, лёгкое вино любил продегустировать. А мог бы и водку пить, всё равно мог почти моментально протрезветь в любой момент. Нейросеть рулит!

— С чем определимся?

— Например, с тем, кто я для тебя. Друг или просто знакомый?

— К чему спрашиваешь? — нахмурился он, — Конечно друг. Просто знакомому, я бы уже предъяву кинул или вообще бы другие люди разговор повели. А так, все знают, что мы с тобой корешимся, потому и попросили вежливо поинтересоваться. Без обид, Студент, сам знаешь, мы по понятиям живём. А ты человек правильный, законы чтишь.

— Так вот, к чему я спросил, Василь. Другу — я расскажу всё, как было. А если у кого-то потом возникнут вопросы, готов встретиться и ответить.

— Годится, — кивнул он, — Так что там было? Если знаешь, конечно.

— Гуляли мы сегодня с Сонькой, решили сократить дорогу через дворы, вдруг слышим — стрельба, свисток ментовской, топот… — как можно подробнее, я изложил Василию сегодняшнее приключение, естественно не упоминая о своих способностях. Сказал, что в нас стреляли, но промахнулись.

— Вот оно как значит, — хмыкнул Василь, — Да, бывают в жизни огорчения. Пробежали бы мимо, глядишь и обошлось бы всё.

— Что они сами-то рассказывают? — спросил я.

— Не сами. Это по тюремному телеграфу передали, — кивнул Василь, — Они сейчас в больничке лежат. Но весточку про тебя на волю закинули.

— Да, умом ребята не блещут, — поморщился я, — Если они меня узнали, зачем стреляли? Мы-то чем им помешали? Ладно, хрен с ними, дело прошлое. В изолятор они как попали? Там с ними ещё мент валялся, когда мы уходили. Тоже без сознания.

— Это не ребята тебя опознали, — мотнул головой Василь, — Это им уже мусора сказали. Как раз тот мент, которому ты зубы вышиб. Вот он тебя как раз таки и узнал. Парни и так покалеченные были, так он им ещё добавил, сволочь. Всё требовал, чтобы они явку с повинной написали, где тебя и твою подругу указали соучастниками. Улавливаешь?

— Вот, гнида! — изумился я, — Это что за ментяра такой?

— Уполномоченный Степанов Вадим Сергеевич, — хмыкнул Василь, — Личность известная в определённых кругах. Очень жадный до денег. Поэтому, является одним из самых вредных наших конкурентов. Папа у него в руководстве служит, при большой должности, вот и не убрать его никак. Прикрывает плотно грешки своего сына. Они с нашими как раз и столкнулись на одной из точек. Куда тот пришёл со своим напарником, сделать предложение, от которого невозможно отказаться. А тут наши ребята за своей долей пришли. Слово за слово, ну и понеслось. Его кореша ранили, а он погнался следом. Хоть и гнида Степанов, но храбрый. Другой-бы побоялся, а этот нет.

— Хреново, — задумался я, — Он же теперь под меня копать начнёт, не успокоится.

— Это да, — согласился Василь, — Степанов злопамятный. Наши тронуть его опасаются. Всё равно дознаются рано или поздно, кто его… Папашка не простит, такую чистку организует, что мама не горюй.

— Ты вот что, Василь. Дай мне полный расклад на Степанова, — решил я, — Где живёт, где бывает, когда… Если на стороне ночует, у любовницы, то и этот адресок тоже дай. Наверняка вы его пробивали?

— Зачем тебе это? — удивился Василь.

— Ты просто сделай, — улыбнулся я, — И пусть это останется между нами. Хорошо? Никто кроме тебя не должен знать мой интерес.

— Ты хочешь его…? — хмыкнул Василь.

— Не важно, Василь. Просто сделай. И да, по поводу твоего вопроса, моё предложение в силе. Если кто решит предъяву кинуть — я отвечу.

— Да нее, — отмахнулся он, — Какие предъявы? Ты в своём праве был, так что, у людей никаких вопросов. Сами по дурости стрелять начали, сами и попали. Мы чисто провентилировать некоторые моменты, тем более, тебя упомянули. Сам знаешь, ты хоть и не в деле, но в авторитете. Если кто и решит отомстить, то сами такого на место поставим. А от случайности, никто не застрахован, сам понимаешь.

— Да не вопрос, — хмыкнул я, вспомнив, как словил две пули в подворотне, — Я учёный теперь. Хожу с оглядкой.

— Ладно, пойду к своим, расскажу, как и что. Да по твоему интересу, поспрашиваю.

— Давай, — кивнул я, — Только осторожней интерес проявляй. Чтобы я там никаким боком не мелькал, и тобой не заинтересовались.

— Не учи учёного, Студент, — оскалился Василь.

— Иди уже, учёный, — заржал я, — А то водка прокиснет.

— Но-но! Не шути так, — шутливо изобразив испуг, проговорил он, — Водка — это святое!

— О! — хлопнул я себя по лбу, — Держи карточку.

— Чего это? — он удивлённо смотрел на буквы и цифры.

— Ты чего, не русский? Там же написано — приглашаю на мой день рождения. Число, время и место. Короче, шестнадцать лет мне исполняется, гулять будем тут. Так что, не опаздывать. Братве тоже скажи — приглашаю.

— О! Поздравляю!

— Рано ещё, — отмахнулся я, — Вот как наступит, тогда и поздравишь.

— Договорились.

Ну вот, с непонятками разобрались. Осталось решить вопрос со Степановым и с меню. Днюха через три дня, надо директора напрячь, да народ известить. Декана, ректора, главрежа с ВРК, ребят и девчат из числа студентов позвать, с которыми общаемся. Ну и так, по мелочи, ещё пара десятков знакомых наберётся. Думаю, малый зал полностью арендовать. В копеечку влетит, конечно, но шестнадцать лет один раз в жизни бывает, хе-хе! Да и вообще, это мой первый день рождения в этом мире. Надо отметить широко и шумно.

Глава 15

— Поздравляем! Поздравляем! — скандировали гости, хлопали и выкрикивали разные здравницы.

Днюха удалась на славу. Директор "Метрополя" как только узнал, для чего я хочу арендовать зал, ухватился за это обеими руками. На удивление, гостей собралось гораздо больше, чем мог вместить малый зал, поэтому, пришлось переместиться в большой. Подарков надарили вагон и маленькую тележку. Не смотря на конец ноября, цветов тоже натащили большую охапку. Я и не ожидал, что так популярен и любим у народа. Приятно, чёрт побери…

Пришли все, кого я приглашал. Пришли с жёнами, привели великовозрастных дочек. Ну, понятное дело, я не женат, Соньку некоторые всерьёз не воспринимают. А если и воспринимают, то думают — а вдруг прокатит? Ну, ну… Сонька со мной навсегда. Она мой идеал. Вон, сидит, глазки как звёздочки горят. Нарядная, красивая, довольная. Смотрю на нее, и налюбоваться не могу. Кстати, надо узнать, можно ли брак в шестнадцать лет зарегистрировать. Надо узаконить наши отношения, хотя её и так устраивает всё, но меня это не устраивает. Вот только как со свадьбой быть? Тут отгуляем, это обязательно. А как с родителями? Хотя, можно будет вторую свадьбу отгулять дома. Тут немного не так как в будущем. Обычно гуляют не в день регистрации, а тогда, когда это удобно. Суть в самой гулянке, а не во времени постановки печати в паспорт. О! Паспорт! Вот же блин. Надо ещё и паспорта нам с Сонькой сделать, а то ходим с бумажками, как бомжи. Ладно, это всё потом.

— Слушай, а ты слышал — Степанов умер, — улучшив момент, сообщил Василь.

— Да ты что? — сделал я большие глаза, — Ну, надо же! Такой человек был, такой человек… А кто это вообще?

— Эм? — Василь потряс головой и подозрительно посмотрел на меня, — Ты чего? Это же мент, который…

— Василь, да помню я кто это такой, — рассмеялся я, — Ну помер Максим, да и хрен с ним.

— Какой Максим? — не въехал Василь, но потом видимо дошло, — А! Вон ты про что. Ну, так-то да. Но помер он странно, не слышал?

— Да откуда, — пожал я плечами, — Так что там с ним приключилось?

— Говорят, застрял головой в ограде и шею себе свернул, пытаясь вылезти. Так и нашли его окоченевшим под утро.