Павел Акс – Сигнал с Земли-2 (страница 22)

Я сказал управляющему, что этот неизвестный город выглядит довольно опасным и недружелюбным. На слове «неизвестный» он громко хмыкнул и переключил изображение на одном из мониторов.

Я сначала обратил внимание на пару огромных глайдеров, парящих в небе и вооруженных ракетами класса «Воздух-Земля», дронов-патрульных, сканирующих местность красными лучами, нескольких терминаторов и пауков. Но потом присмотрелся к городу. Он выглядел удручающе: разрушенные небоскребы, торговые центры, вокзал и разрушенные футуристичные поезда с чем-то напоминающим антигравитационные двигатели.

А потом заметил. И меня прошиб холодный пот. Одно из зданий — это башня Вавилон. Наиболее уцелевшая, почти нетронутая разрушениями. Я ее видел мельком, когда только входил в нее, но четко запомнил памятник на площади перед зданием: скульптура называется «Пролетарии всех стран». Она стоит в Гагаринске годов с пятидесятых.

Я истерично засмеялся, сказав, что розыгрыш удался. Несколько операторов, которые сидели за мониторами и периодически что-то щелкали на странных пультах управления со множеством кнопок, обернулись на меня с пониманием. Видимо, каждый, кого сюда приводил Жорж, вел себя так же.

Управляющий отвел меня в свой кабинет. По дороге я наткнулся на того самого толстого менеджера в дорогом костюме и с наглой рожей, с которым общался во время своей вылазки, притворяясь электриком.

Кровь застучала в висках, паника подкатила к горлу. Но, к счастью, он меня не узнал. Поздоровался с Жоржем. Точнее сказать, рассыпался в приветствиях, чуть ли не кланяясь. Выглядел настолько счастливым от встречи, что я сразу осознал: это лизоблюд не просто со стажем, он в этом деле мастер спорта.

В кабинете Управляющий дал мне папку со старыми вырезками из газет, писем, заметок, фотографиями и зарисовками. Я стал читать и погружаться, пока, наконец, весь пазл не сложился.

На мониторах действительно был Гагаринск. Только не современный, 2025 года, а 2077.

Связь с ним удерживалась через какой-то квантовый портал под Вавилоном.

В него могли проходить группы людей, небольшие контейнеры и техника. Видеопоток передавался через кабели, которые тоже проходили через портал.

Если верить информации в папке передо мной, люди со временем научились эффективно работать с артефактами и аномалиями. Появилось множество приборов для исследований, появилась возможность эффективно поглощать аномалии, заключая в контейнеры и использовать их энергию или физические особенности (антигравитация, электричество и прочее). Потом со временем научились производить микропробои, создавая аномалии, причем различных видов.

Почти мгновенно возродились технологии прошлого: телевидение, видеонаблюдение, заработали компьютеры. Корпорация Молот, НИИ Север-Квантум и Вектор Холдинг стали обладать ресурсами в тысячи раз более сильными, чем раньше.

Началась холодная война: корпоративный шпионаж, гонка вооружений, наращивание экономической мощи. За несколько десятков лет Гагаринск вырос во много раз. Жизнь стала благоприятней, чем когда бы то ни было.

Был изобретен очень простой язык программирования для роботов различных мастей: от уборщиков и домохозяек до строителей и патрульных.

Причем электроника, артефакты и портативные аномалии были доступны всем желающим и стали таким обыденным товаром, как пачка сигарет или бутылка лимонада “Буратино”.

Под землей нашли залежи многих материалов, включая металлы разных видов. Строились фабрики. Со временем прогресс шагнул еще дальше: роботов стало не просто легко программировать любому жителю города, а машины научились строить себя сами.

Человек тратил немного времени, чтобы создать программу (описывая внешность и функциональность робота в свободном формате, на русском языке), платил небольшую сумму за удаленную аренду оборудования на фабриках и за это время станок конструировал робота.

Со временем роботы-добытчики материалов из земли и роботы переработчики тоже стали обыденностью: такие были у каждого человека.

В таком комфорте общество бурно развивалось: рождались дети, генетика шагнула вперед, как и медицина, и обучение. Общество стало чуть ли не идеальным. Только одно обстоятельство все портило: люди так и не смогли выбраться за пределы лесов вокруг Гагаринска, не смогли поймать внешних сигналов. Экспедиции в 2075 пропадали за городом так же, как и в 2010.

В какой-то момент, когда ресурсов стало не хватать для всех запросов, начали все чаще и чаще происходить стычки между Молотом, Вектором и НИИ. Учитывая военную мощь, которой обладала каждая из групп, разрушения были катастрофическими: взрывались здания, разрушались мосты.

Город перешел на военное положение. По сути, разделился на три части, которые постоянно воевали за свои границы.

Каждая из корпораций (по сути, НИИ Север Квантум тоже стала корпорацией. Правительство и Губернатор ее больше не контролировали. Губернатор вообще уже ничего не контролировал) занималась не только атакой, но и обороной: были развернуты огромные сети автономных роботизированных защитных систем: турели, патрули, ловушки.

В каждой из трех частей города единственный шанс не быть мгновенно убитым роботом имелся только один: носить браслет той корпорации, которой принадлежал этот район.

Основной компонент браслета — это кристалл Зимия, нового вещества. Как его добывали, в документации не упоминается. Жорж подтвердил, что месторождения или способ создания до сих пор остается загадкой. И добавил, что кристаллы в браслетах всех трех сторон были одинаковыми, но излучение волн было уникальным: каждая корпорация использовала свою частоту, неизвестную другим.

По браслетам охранные системы, которые располагались на каждом шаге и отличали местных от чужаков.

В какой-то момент в НИИ стали вести новый проект, связанный с эпицентром Пробоя. Материалы не сохранились. Вообще все эти годы люди старались не лезть в Эпицентр, потому что там была слишком сильная энергия и слишком высокая цена ошибки.

Но НИИ решили, что они смогут освоить тот бесконечный огромный поток мощи и выиграть войну. Что-то пошло не так и от Пробоя по всему городу прошла волна какой-то энергии, с которой люди раньше не сталкивались.

Эта волна разрушила весь Зимий. Разумеется, включая тот, который был в браслетах. Все охранные системы сразу распознали в каждом человеке врага, ведь ни у кого больше не было работающего браслета. Весь Зимий распался на частички пыли.

Именно в тот момент возмущения поля Пробоя и образовался сгусток телепортирующей массы (как ее назвали в Молоте) под землей на месте бункера. Как говорят ученые, он существует вне времени. То есть и в 2025, и в 2077 одновременно.

В нашей версии Гагаринска его нашли не сразу и не сразу смогли построить вокруг него портал.

Когда создали (пару лет назад) и прошли через него, живых людей в 2077 уже не было. А вот защитные системы работали прекрасно: роботы без проблем занимались добычей ресурсов и самовоспроизводством. И их единственная задача — убивать любого человека, которого они заметят. Несколько рейдеров докладывали, что, кажется, видели местных жителей. Но большая часть сходилась во мнении, что это просто выдумки. Зачем местным жителям прятаться? Почему бы им не выйти на контакт?

Единственное, что хоть как-то проливало свет на вопрос — это лист желтой бумаги с выцветшими буквами, на котором едва удается разобрать что-то про проект “Исход” и переброску людей, тяжелой техники, ресурсов, оружия, компьютеров и станков для добычи ресурсов. Куда это все перебросили — неизвестно. Но роботы остались в 2077.

Конечно, с ними можно было бороться и разрушать. Можно было прокрадываться мимо (если повезет). Но до того, чтобы полностью их одолеть, было слишком далеко: локации добычи ресурсов и создания машин были прекрасно защищены сотнями машин с передовым вооружением и приборами разведки.

Тем не менее, Молот регулярно перебрасывал туда людей. Их основной целью было добывать оружие, электронику, устройства, чертежи, технологии.

Дело продвигалось медленно и упорно. Именно благодаря этим технологиям удалось построить башню Вавилон, в которой перемещались квартиры и работали компьютеры.

Целью Вавилона было вырастить элиту: тех, кто возглавит общество в 2077 и стратегов, которые сделают тот Гагаринск безопасным и пригодным для жизни.

Это и назвали группой проектов «Рейдер» в честь людей, которые отправлялись за технологиями в городские кварталы, рискуя жизнями. И мне предстояло придумать, какое участие я в этом приму. На все кредиты, что у меня есть, и на грант в 3 миллиона кредитов мне предстояло разработать план, который даст ценность, окупится и поможет развитию общества.

Я вооружился кипой материалов с грифом «совершенно секретно» и отправился в свои апартаменты. Лимы там не было. Время близилось к ночи, и я не стал ее беспокоить. Пойду изучать документы, а потом спать. С любовными делами разберусь завтра.

Отчеты 42 — 44 (1)

Отчет #42

Прошло несколько дней.

Мы как-то неожиданно начали жить с Лимой вместе. Сначала я остался у нее, потом она у меня. На респешен мы сделали дубликаты карт друг для друга.

Да, мы пропустили период ухаживаний. Но мы люди взрослые, у нас нет времени на несколько месяцев брачных танцев. (Интересно, а сколько ей? Лет 28? А то я не спрашивал. Она-то прилично моложе меня).