Паула Гальего – Все темные создания (страница 37)

Я невольно смеюсь. Её лицо выражает раздражение.

— Ведьма говорила о равновесии: очищающий ритуал в ванне и поступок, который Львы посчитали бы порочным, греховным. — Я пожимаю плечами. — Она дала понять, что неважно, как ты это сделаешь, но это должно быть… тёмным, запретным.

— Ты действительно об этом думаешь?

Она явно зла.

— Я не думаю, я знаю. Просто расслабься, подумай о чём-то порочном и… ну, ты понимаешь.

Лира пристально смотрит на меня. В этот раз я не могу прочитать её мысли.

— Я уйду, если не нужен тебе, — провоцирую я ее и улыбаюсь своей самой лукавой улыбкой.

Лира делает глубокий вдох, её грудь слегка поднимается, и происходит то, чего я не ожидал.

— Сядь, — просит она.

Я замираю.

— Магия использует силы природы, — говорит она, вновь делая глубокий вдох. — Тебе это сказали, потому что ведьмы используют разные ритуалы для направления энергии, и один из самых распространённых — это сексуальное наслаждение.

— Откуда ты это знаешь? — Я приподнимаю брови.

— Сейчас это важно?

Я снова оглядываю её, лежащую в ванне, едва прикрытую водой, с волосами, обрамляющими её лицо, которое начинает покрываться лёгким румянцем.

— Правда, не важно.

— Отлично. Тогда мы согласны. Сядь.

Её властный тон вызывает во мне нечто. Моя горло пересыхает, и я повинуясь, сажусь, как будто у меня нет выбора.

Я возвращаюсь на своё место у ванны и сажусь на мягкие подушки, которые могли бы быть удобными, если бы не напряжение, овладевшее мной.

Я наблюдаю, как Лира откидывает голову назад, слегка поворачивает её и бросает на меня взгляд, который может разрушить город.

— Я не собираюсь просить тебя переспать со мной, потому что это было бы неправильно.

Я снова хочу спросить «почему», но боюсь, что не способен сейчас этого сделать.

— Хорошо.

— Но мне нужно, чтобы ты помог мне.

Я сглатываю. Не могу усидеть на месте. Пытаюсь выдавить дерзкую улыбку, но вряд ли она кого-то обманет.

— Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал.

— Останься, — просит она. — Просто останься. Думать об этом, представлять это… достаточно греховно.

Тогда я замечаю её движение, как она скользит рукой под воду, а её дыхание становится глубже.

— Почему? — спрашиваю я. Мой голос охрип. — Почему это было бы грехом?

— Не могу тебе сказать, — отвечает она, закрывая глаза, но тут же открывает их, чтобы снова встретиться со мной взглядом.

Она тяжело вздыхает и прикусывает нижнюю губу, словно пытаясь удержать свои эмоции.

Чёрт. Чёрт.

— Я ничего не понимаю, — произношу я, не веря, что вообще способен говорить.

Я двигаюсь, всё больше нервничая, и по взгляду Лиры вижу, что она тоже заметила моё явное смятение.

— Это было бы неправильно, и всё. Тебе не нужно знать ничего больше. Ты мне доверяешь?

— Да, — отвечаю я.

Она коротко смеётся, звонко и легко, с ноткой игривости, от которой у меня мурашки по коже.

— Напрасно.

Лира закрывает глаза, откидывает голову назад и погружается чуть глубже в воду. Кожа её коленей поблёскивает в золотом свете свечей, как и обнажённая грудь, плечи и шея, которую мне так хочется поцеловать.

— Чёрт, Лира…

— Не произноси моего имени, — прерывает она меня.

— Почему?

— Просто не произноси, — повторяет настойчиво она, и я не задаю вопросов. — Просто… просто останься, смотри на меня…

Из моих уст вырывается слишком хриплый смешок.

— Это убивает меня, — признаюсь я.

Я больше не задаюсь вопросами и ни о чём не думаю, потому что она лежит обнажённая в этой ванне, её рука скользит между ног, и она думает обо мне, а я здесь, не веря, что до сих пор сижу на месте, что не встаю, что не прошу её позволить мне прикоснуться к ней так, как она это делает…

Мне начинает казаться, что это наказание, придуманное специально для меня, когда Лира снова смотрит на меня, её глаза слегка блестят.

— Никто не просил тебя просто наблюдать.

Я почти вскакиваю с места.

— Нет, — улыбается она. — Оставайся там.

Мне нужно несколько секунд, чтобы это осознать. Затем сердце начинает биться быстрее.

Глава 15

Лира

Территория Волков. Завоеванные земли. Королевство Лиобе.

Я могу потерять сознание.

Прямо здесь. Сейчас. Когда Кириан делает резкий вдох, сглатывает и тянется к ремню.

Это неправильно… но мне это безумно нравится. Если то, что мы делаем, не является погружением в запретное наслаждение, я не знаю, что может быть ещё более греховным.

Я следую за его руками, когда он расстёгивает ремень, затем штаны, и у меня перехватывает дыхание при виде того, как сильно его возбуждает то, что я ему показываю.

Я с трудом подавляю ругательство.

Он смеётся, довольный, и расслабленно откидывается назад, раскинув мощные руки и ноги. Его лицо выражает что-то настолько порочное, что тёплая волна проходит по моему телу, и я невольно думаю, каково было бы сидеть на нём или чувствовать его вес на себе.

— Ты могла бы попросить меня поцеловать тебя прямо сейчас, — мурлычет он. — Кажется, это хороший момент, чтобы оплатить свой долг.

От его взгляда я немного извиваюсь. Я чувствую, как нервы натягиваются, почти до предела, пока продолжаю водить пальцами круги, представляя, каково было бы, если бы это делал он.

— Тебе бы этого хватило?

Кириан смеётся, и этот низкий, ленивый смех вызывает у меня мурашки по всему телу.

— Для начала, да. Потом я бы поцеловал твою шею. Опустился бы ниже, к ключице… — Его глаза беззастенчиво следуют за тем маршрутом, который он описывает. — Я бы уделил время твоей груди. Поцеловал бы живот, пупок и ниже… между ног. Я делал бы это медленно, снова и снова, пока ты не попросишь меня остановиться.

Из моих губ вырывается стон, который я тщетно пытаюсь сдержать, а он отвечает хриплым, животным рычанием, пронизывающим меня до глубины души.